Безумец.

Фёдора безумие окружало уже давно. Сцепило плечи длинными пальцами, оставляя запах сигарет и красные следы на бледной коже, без страха заглядывая в убийственные фиалковые омуты, не желая отпускать от себя ни на шаг. Достоевский и не сопротивлялся. Порой, Фёдору казалось, что только ему подвластно разглядеть красоту безумца. Красоту действий, лишённых здравого смысла, вещей, разбросанных по холодной тӗмной квартире, кристальных капель после прогулки под холодным ливнем на белоснежных прядях, паучьих пальцев, оплетающих хрупкую грань бокала с кроваво-красным вином, задумчивый взгляд, смотрящий сквозь сигаретный дым, густым облаком оплетающий лёгкие, куда-то в глубь тёмного двора с бледно-жёлтым светом фонарей. Достоевский часто проводил молчаливые вечера выпивая кофе на старом балконе с кучей хлама лежащим в пыльном углу, а рядом, сбрасывая ещё горящий алым светом пепел куда-то вниз, стоял безумец, выкуривая одну за другой сигарету. На его лице не было ни единой эмоции, взгляд казался стеклянным. В такие моменты Фёдор восхищался таким несвойственным спокойствием и задумчивостью для него. Безумец смотрит лишь чёрно-белые фильмы, пролистывает книги обращая внимание только на картинки, гуляет под осенним дождём, а после не желает греться под пледом и отказывается от горячего чая, дарит поцелуи у всех на виду, носит летом тёплые свитера, не спит допоздна, а ранним утром его неубранную постель можно обнаружить пустой. Он пахнет сигаретами, жжёным пластиком и бензином, невольно приковывает взгляд к себе. В глазах безумца сверкают похотливые искры, улыбка часто возникает не к месту, а прикосновения холодом отдаются по всему телу. Не раз Достоевскому доводилось сидеть на старом библиотечном стуле, смотря как за огромными шкафами стоит фигура, рассматривая страницы книг в поиске напечатанных пейзажей и портретов, гулять по ночному городу, сплетая пальцы в тщетных попытках согреть руки, чувствовать морозные прикосновения к нежной шее и получать поцелуи, не обращая внимания на косящихся прохожих. Его личное безумие звали Николай, и рядом с ним Фёдор сам стал безумцем.