Ничего не изменилось

      — Сейчас всё пройдёт, Котёнок, — постаралась улыбнуться Ледибаг.       — Ты опять не понимаешь. Если ты вернёшь всё, как было, мой отец отберёт кольцо и запрет меня, может быть, в подвале, — всхлипнул Кот.       — Мы сможем найти выход даже в этой ситуации. Ты же знаешь, мы со всем справлялись.       — Нет, тебе нельзя будет подходить к нему! Он Бражник, он…       Блан зажмурился и замотал головой, стыдясь того, что сказал, а Леди не могла поверить в сказанное. Это не могло и должно было быть правдой!       — Уходи, просто уходи. Мне не нужна твоя помощь. Помощь нужна была другому мне, но всем было наплевать. Так смотри, запоминай, а потом расскажи всем, что может сделать безразличие, недоверие и игнорирование. Я всегда был готов сделать всё ради тебя, но тебе это никогда не было нужно. Чёрт, ты сама ведь мне рассказала, что начала встречаться с кем-то, кого встретила позже меня. Это даже не тот, из-за кого ты отказывала. Почему этим вторым не смог стать я? Я настолько ужасен для тебя? Но знаешь, у меня тоже есть настоящие чувства, есть проблемы, есть травмы. Мне тоже больно, было больно. Я ненавижу тебя, ненавижу, ненавижу, ненавижу! Ты сделала мне гораздо больнее, чем мой отец. Ты сама сказала мне, что не хочешь, чтобы мы были напарниками. Тогда почему сейчас ты делаешь вид, что тебе не всё равно? Зачем? Чтобы в очередной раз похвастаться, что ты такая хорошенькая, раз спасла меня? Если да, то просто проваливай. Я не хочу тебя видеть.       Он сломался, по щекам бежали слезы, голос надрывался, тело трясло.       Героиня, не ожидавшая услышать такое, испуганно смотрела на юношу. Неужели правда была настолько жестокой? На самом деле другая она, которая была чуть-чуть старше, могла сказать напарнику такое? Что вообще произошло?       Вот только шокированная Баг не заметила, как хватка на её руке пропала. Резкий толчок в грудь, заставил девушку упасть на спину.       — Больше ты мне не помешаешь. Я и так слишком долго ждал чего-то.       Кот Блан вскочил на ноги и побежал, а после спрыгнул с площадки.       Затылок и спина сильно болели, но Ледибаг должна была подняться. Она должна была закончить этот кошмар! Приподнявшись на локтях, девушка тяжело вздохнула, но всё же встала. Встав на перила, героиня посмотрела вниз, ища злодея.       — Катаклизм!       Крик заставил её повернуть голову и взглянуть наверх. Её сердце замерло, дыхание замерло, всё замерло в это мгновение. С верхней площадки главного символа города любви летело безжизненное тело, облаченное в белый костюм, белые волосы слегка развевались. Всё это происходило в считанные секунды, но для Маринетт они казались годами ада.       Она закричала, но голос словно не принадлежал ей. Когда Блан упал в воду, Ледибаг сорвалась с места и прыгнула. Оказавшись в холодном безграничном море, а может даже океане, девушка быстро поплыла к тонувшему Коту. Даже отсутствие воздуха сейчас было неважно.       Наконец схватив юношу за руку, героиня подхватила его и начала поднимать. Было тяжело, его тело тянуло обратно вниз, нехватка кислорода начала давать знать о себе, но Ледибаг не сдавалась и упорно продолжала плыть. Наконец выбравшись из воды, девушка сделала глубокий вдох и слегка закашлялась. Всё это напоминало ужасный кошмар. Так хотелось проснуться, чтобы больше не испытывать весь этот ужас.       Захватившись йо-йо за одну из балок, героиня дёрнула леску и вместе с Котом взлетела в воздух. Они упали на одну из нижних площадок. Тело горело от боли и воды в лёгких.       Ледибаг наклонилась над лицом Блана, которое стало ещё бледнее, чем было. Он был холодным, его кожа напоминала лёд, даже через перчатки костюма она ощущала это.       — Нет…       Положив руку на шею, она быстро нашла место, где должен был ощущаться пульс, но ничего не было.       — Нет.       Прижавшись к его груди, она надеялась услышать тихий стук сердца, но всё, что она услышала — тишина.       — Нет!       Её охватила паника, до этого она никогда не видела мертвых. Никто раньше не умирал на битвах. Что ей сейчас делать?       — Супер шанс! — сквозь слёзы произнесла Ледибаг. Ей в руки упал фен, который сейчас казался абсолютно бесполезным.       Маринетт судорожно вспоминала, что нужно делать, если человек захлебнулся. Когда она только начинала быть героиней, то много читала о различных массажах сердца и других полезных вещах. Наконец она вспомнила нужные движения, начала их делать, но руки дрожали, из-за слез она ничего не видела.       — Живи, чёрт возьми, живи! Пожалуйста! Я больше никогда не буду игнорировать тебя, но останься со мной, прошу!       Ничего не помогало, его глаза были закрыты.       Девушка отчаянно схватила его колокольчик и сломала. Черная бабочка выпорхнула из сломанного предмета. Героиня быстро поймала акуму в своё йо-йо и вскоре освободила уже белую бабочку.       Юношу, лежащего на холодном железном полу, на секунду охватила чёрная дымка, а когда та исчезла, вместо Кота Блана теперь лежал Кот Нуар, но он всё ещё не дышал.       Ледибаг, не зная что делать, схватила фен и, включив его, начала сушить свои волосы, а потом и волосы напарника. Это было так глупо, но только на это героиня теперь была способна.       Сзади послышался какой-то шум, но всхлипы Маринетт заглушили его.       — Минибаг, прекрати, надо возвращаться. Ты уже ничего не исправишь.       Сильные руки обхватили плечи Леди и потащили от тела Нуара.       — Нет, я должна ему помочь! Отпусти меня! Я всё исправлю! Чудесное исцеление всё исправит! — пытаясь вырваться, закричала юная героиня.       Но, конечно, Банникс её не послушала и всё же смогла затащить Ледибаг в нору.       Когда портал в холодный и теперь абсолютно безжизненный мир закрылся Маринетт закричала, ужас сковывал её. Она не справилась, она позволила ему умереть, именно она довела его до такого состояния.       — Минибаг, дыши, есть ещё шанс исправить будущее. Я займусь этим, а ты, пожалуйста, держись. То, что произошло, это очень страшно, но надо как-то справиться.       Эти слова сейчас казались такими пустыми и глупыми, Ледибаг даже не слушала их.       — Отправь меня домой, просто отправь меня домой.       Голос был не похож на её прежний. Хотя вряд ли в ней хоть что-нибудь осталось прежним.       — Да, конечно, — тихо согласилась Банникс и повела девушку к другому порталу.

***

      Уже оказавшись в своей комнате, Маринетт отменила трансформацию. Банникс не осталась с ней, давая Дюпен-Чен личное пространство. Тикки молчала, не решаясь сказать даже слова поддержки, остальные квами тоже ничего не говорили, словно чувствуя, что сейчас это было лишним.       Девушка же сидела на своей кровати, уткнувшись носом в согнутые колени. Волосы всё ещё были мокрыми, холодная вода капала на ткань. Если Маринетт сейчас не предпримет хоть какие-нибудь меры, чтобы согреться, то она, скорее всего, заболеет, но сейчас простуда казалась такой ерундой на фоне главной проблемы.       В настоящей, для Маринетт, временной линии Кот Нуар был ещё жив, но что если бы именно он умер? Как бы она жила без его улыбок и шуток? Что бы она делала, если бы знала, что больше никогда не увидит самого весёлого человека в её жизни? Вот только так получилось, что самый весёлый оказался самым несчастным.       Как она вообще не заметила его отсутствия? Три дня без него теперь представлялись вечностью. Сейчас Маринетт хотелось видеть друга каждую секунду. Ей предстояло извиниться за столь многое, за всю ту боль, которую он оказывается скрывал. Но где сейчас найти его? А что если он уже ненавидит её и не хочет видеть?       Нет, нельзя было полагаться на теории возможных исходов. Сейчас надо было только действовать. Страх всё ещё сковывал её тело, но теперь ещё и давал мотивацию. Если Маринетт не хочет потерять Кота Нуара и вновь испытать этот холодящий кровь ужас, то она должна была что-то начать делать именно сейчас.       Перед глазами всё ещё стоял вид белого холодного лица, часть которого была закрыта маской. И Дюпен-Чен была уверена, что ей ещё много месяцев, а может и лет будет сниться это в кошмарах. Но сейчас она должна была быть сильной. Ради него, теперь всё, что она будет делать, будет ради него.       — Тикки, подкрепись. Нам скоро надо будет сделать кое-что важное, — прохрипела Маринетт.

***

      Ледибаг специально двигалась по главным улицам города, стараясь привлечь внимание парижан. Она сделала небольшой крюк и вернулась к парку возле дома, к парку, где стоял их памятник.       Некоторые фанаты, оказавшиеся поблизости окружили героиню, интересуясь, что она делает.       — Можете, пожалуйста, все включить свои телефоны и позвать знакомых сюда, а после включить камеры, — попросила девушка, стараясь скрыть эмоции. Люди сразу энергично начали соглашаться и спустя минуту стояли с направленными на героиню телефонами.       — Всем здравствуйте. Наверное, вы знаете о том, что мой напарник пропал и не появлялся на последних битвах. Кот Нуар, если ты это видишь, то знай, что все мои слова будут посвящены именно тебе. Я бы хотела извиниться перед тобой за всё. Мне не хватает тебя, я прошу тебя, вернись. Это всё, что мне надо. Я знаю, что, наверное, глупо, если мои слова ты увидишь в какой-нибудь скандальной статье, но больше у меня нет способов связаться с тобой.       Горожане лишь приходили и приходили, чтобы слушать эту речь.       Слова, казалось, не кончались, а Ледибаг с трудом сдерживала слёзы.       Никто не заметил тень, которая появилась на мгновение на крыше ближайшего здания, а после исчезла так же быстро.       Сегодня луна взошла на небе слишком рано. Быть может, это намёк судьбы, что лунный мальчик всегда будет с ней.       Маринетт больше ни в чём не была уверена.