Между нами лишь кислород

      Доходя до университета, Артём, всё ещё нервничая, наконец снимает наушники. За последние дни они будто приросли к нему, в них постоянно играли видео из ютуба и это были далеко не его любимые летсплеи и блокбастеры, а уроки, просто куча уроков для пересдачи. Он со страхом выдыхает, стараясь не обращать внимания на блокнот друга, лежащий там-же, где и ранее одетые наушники. Сегодня они оба должны быть на пересдаче, а в итоге идёт только он и это было невыносимо.       Ещё утром ему писала Аня и предупреждала, что, если они не выйдут на связь в промежутке или через десять часов, значит что-то пошло не так и нужно вызывать 112. Стресса от её смс прибавилось, а вместе с ним и надежда. Надежда, что близкий друг вернётся, а вместе с ним и прежнее спокойствие. Всё-таки теперь от него зависит жизнь ещё двоих, а это, знаете, не очень и легко выдержать.       — Хэй! — Артём поворачивается на отклик, конечно он сделал это из любопытства, но когда понял, что обращались именно к нему, то застыл в шоке.       — Я? — просто для галочки уточняет тот, смотря на парня. Он разглядывает его снова, будто сравнивая факты и перестаёт скрывать свой шок, — Вы Джон? То есть, мистер Джон, как к вам лучше обращаться? — было немного неловко.       — Вижу, я попал по адресу, — он довольно улыбается и парень честно не понимал почему по спине пробежали мурашки, — просто Джон, окей? — студент кивает в знак согласия, в очках писателя отражается солнце, где в доли секунды мелькает его отражение, — я тут по делу, не знаешь, где мне найти её, ну, или Линча, как я понял, ты его знаешь, — Артём не успевает понять смысл вопроса, как перед лицом всплывает фотография Ани.       — О! — с явным удивлением он смотрит на фотографию, — простите, нет, не могу сказать где они… — студент продолжил, хотя подозревал, что Джон и так всё знает, — просто они полезли в эти катакомбы, ну, или канализацию, как вам удобно. Хотя мне казалось вы знаете, — он с подозрением сужает глаза, судя по рассказам Ани это точно был друг Линча, да и сам мужчина своими действиями это подтвердил.       — Серьёзно? Блин, никогда не думал, что попросить прощения так сложно. Катакомбы говоришь, — Артём кивает, вообще по-хорошему ему стоит пойти уже в здание, но и бросать потенциального сыщика не хотелось, да и о каком прощении шла речь? — Попасть туда как?       — Подвал универа, — без промедлений отвечает он, — и знаете, я бы, честно, вам помог, но мне нужно спешить. У меня пересдача скоро, — он неловко потерает шею, ощущая как пот прилипает к пальцам, — мы можем встретиться как я закончу, ну или вы позвоните им и уточните. Ладно, рад с вами познакомиться и удачных поисков! — он срывается с места и только у самого входа в здание останавливается и машет рукой, окончательно исчезая в стенах здания.       — Ха, чёртовы догонялки, — Джон снимает очки и, потерев переносицу от напряжения, устало выдыхает. Не хватало ещё лезть куда-то, хотя, видимо выбора у него особо и не осталось, — ну позвонить то я могу всегда.       Писатель достаёт из кармана телефон и уже привычно нажимает на первую иконку, всё-таки закреплять контакты на быстрый набор довольно удобно. Пока он дожидается набора номера, да и самого ответа в целом, мимо проходит ещё пара учеников, и кажется среди них он видел кого-то похожего на Лукаса.       — Ало? — парень не был уверен, но кажется Линч буквально прошептал это.       — Линч, я хотел извиниться, — выпаливает он, прежде чем в голове формируется хоть какой-то диалог. Кожу мгновенно опаляет жаром и Джон старался скинуть это на солнце, — я понимаю, что не вовремя, но я в Екатеринбурге и хотел бы встретиться, — он замирает в ожидание. В грудь поступает новая порция кислорода, а писатель пытается прислушаться к звукам на заднем фоне.       — Линч? — было до ужаса тихо, будто в преддверии бури. Сердце бешено стучало, а потом Джон понял одно — Линч бежал. В телефоне стали слышны всплески воды, как если бы кто-то прыгал по лужам, а судя по скачкам звука, телефон он всё ещё сжимал в руках.       — Джон, я… — фраза обрывается, а вслед слышится удар о что-то тяжёлое, звук плескающейся воды сменяется на отдаляющийся шаги и Джон надеялся, что журналист не выронил телефон.       — Линч? — он зовёт его спустя пару секунд, но ответа так и не приходит, — Линч! — крик разносится громче и парень даже не замечает прохожих, что на секунду остановились, смотря на него. Нет, нет, нет. Только не телефон, как он найдёт его, если не может даже связаться?

***

      Лёгкие разрывало от нехватки и тяжести воздуха. В обуви хлюпала вода, что даже при беге успевала впитываться в ткань. Линч не мог сказать куда бежит, зато мог сказать зачем. Ведь не каждый день просто так пытаются ударить по голове? Каска, на удивление парня, оказалась полезной, хотя часть слов от Джона он всё-таки прослушал. Парень не мог понять что-же чувствует. Ему было страшно, страшно от неизвестной погони, страшно за состояние Ани, которая отправилась в другом направлении и страшно после разговора с Джоном. И вот именно, что после разговора, ибо телефон он успешно просрал. Техника просто выскользнула из рук и осталась где-то на полу, и Линч честно надеялся, что не в воде. Иначе телефон ему точно не спасти, не говоря уже о sim-карте.       В глазах всё плыло, пока ушибы продолжали ныть. Если так посмотреть, журналист чувствовал себя хуже некуда, обычный бег с поворотами выбил его из сил. Будто он стал на лет восемь младше, когда о хорошей выносливости можно было только мечтать.       — Твою-же мать… — голос звучит на уровне шепота, продолжая снимать всё на закреплённую камеру, — это что за кукольный театр? — Линч в шоке и непонимании смотрит на очевидный труп девушки. Они встретили похожий труп парня, но тот был куда в лучшем состоянии, чем эта девушка.       Руки обвязанные верёвками были подвешены под самый потолок, а от каждой царапинки были высохшие разводы крови. Красные полосы были отчётливо видны на бледной коже, её руки, вплоть до плеч, были изувечены порезами, из которых даже формировался какой-то узор. Тонкий топ висел на ней как тряпка, полностью пропитавшийся кровью и может грязью, судя по грязным разводам. Волосы прядями спадали вперёд, а под глазами сформировались чёрные полосы, неужели она была жива на момент подвешивания?       Линч медленно переводит взгляд к полу, куда предположительно стекала кровь и резко оборачивается. В глухих катакомбах раздаётся звук удара и если бы журналист мог, то сожалел бы, что снял каску, чтобы отдышаться. Ведь смотря на пол, он заметил падающую тень, которая явно поднимала руки для удара, а развернувшись, в глазах уже начало темнеть от резкой боли. Неужели всё так и закончится? Он ведь не может так просто погибнуть.