Немец головного мозга

Роберт стоял на вышке уже несколько часов. Неожиданно для всех он заметил в дали очертания какой-то суши. – Там! Ребята, там! Там что-то есть! – крикнул он остальным. Подростки выглянули и тоже увидели какие-то очертания. – Что это? Куда мы приплыли? – спросил Генрих у индусов. – Куда, говорите! – Туда, где вы умрете. – кратко ответил старший. – Ах вы ебаные суки! – резко сменился Беспалов. Он схватил старшего индуса, приставил к стенке и начал жестоко избивать. – Говори, блять! Говори! А то всех матросов на тебя натравлю, сволочь! – Каких матросов, Роберт? – со страхом, глядя на сцену избиения, спросила Саша. – Хватит! Не бей его уже! – девушка подошла к детективу поближе и попыталась отдернуть его за рукав. – Отвали, шавка! – выкрикнул Роберт, откинув Икотскую на пару метров, а затем продолжил лупасить индуса до крови. – Ты реально сумасшедший, Роберт! Перестань! – выдал Генрих. Немец схватил первую попавшуюся под руку металлическую деталь, замахнулся и ударил... Беспалов увернулся в последний момент от натиска, тем самым Генрих попал прямо в висок индусу. Тот упал замертво. – Что ты наделал, дебил? – воскликнул Куприн позади. – Ты его нахуй убил! – Я... Я не хотел! – Генрих отошёл на пару метров от трупа и детектива. – Я хотел остановить Роберта! – Ты меня хотел убить?! – злобно возмутился мужчина. – Меня, чтоб я тут вместо него лежал перед вами весь в крови?! Беспалов успокоился и опустил взгляд, но после чего снова сверкнул злобной улыбкой и накинулся на Хренберга. Он крепко схватил его за шею и начал душить. – Убить меня хотел! Тварь, сука! – кричал Роберт в лицо подростку, ещё больше усиливая хватку. Ребята подбежали к мужчине и начали его оттаскивать от Генриха, но детектив не поддавался и не отпускал парня. – Отпустите меня, грязные свиньи! Отпустите! – кричал Роберт. – Я на вас натравлю своих псов, они сгрызут и глазом не моргнут! – Дед, пей таблетки! – выкрикнула Вика. – Какие псы еще? Отпусти Генриха! Беспалов будто пришёл в себя и резко опустил парня. Хренберг начал без конца кашлять, держась за горло. Он был весь красный и вот-вот мог потерять сознание. К нему подбежал Ваня. – Геш, ты как? – коснувшись его щеки, тревожно спросил Воробьёв. – Сильно он тебя? – Кх-кх... – кашлял Генрих. – Тварь ебучая... Сука... Ваня критикующим взглядом посмотрел на Роберта. Он встал и пошёл прямиком к нему. – Какого хера ты творишь? – Ваня присел к детективу и схватил его за футболку. – Что ты творишь?! Почему ты убиваешь нас?! Что с тобой произошло? – Я... Я не знаю... Правда. Простите меня... – произносил Беспалов, глядя в пол. – В лицо смотри мне! – вскрикнул Воробьёв. – Смотри мне в лицо, подлец! Роберт лишь посмеялся. – На тебя? Ничтожество. – взглянул на парня мужчина. – Чтоб какая-то старая мелюзга мне приказывала, что мне делать? Мне?! Старому человеку?! Да тебе конец, сука! Я потерял столько родных людей, столько друзей и товарищей! Я в абсолютном отчаянии, а тут ты со своим "подлец"? Это я подлец? Это Сен Цьзу подлец! – Блять, что с ним... – произнёс Куприн. – Он несёт полнейший бред. – То какие-то псы, матросы. То потеря друзей и... Сен Зу? Или кто? Роберт! Приди в себя! – вскрикнула Саша. – Роберт! – она резко ударила ему по щеке. – А... Сука... – произнёс Беспалов. – Я... Опять что-то нёс, да? Сука... Я не знаю, что со мной твориться... Простите меня, прошу. – Его настигла страшная тьма. – произнёс выживший индус. – Вы умрете от рук его. – Никого я... – фыркнул Роберт. – Не убью... Обещаю. Никого из вас, никому не причиню вреда... Я попытаюсь разобраться в себе, обещаю... – Лучше скажи, сколько ещё примерно плыть до этой суши. – сказал Рома. – Да тут всё очевидно. Осталось ещё 36 часов, 13 минут и 52 секунды. 51. 50. – ответил Арсений. – А, ну, действительно, очевидно. – усмехнулась Вероника. – Но, мне кажется, что ещё больше суток на этом корабле мы точно не выдержим, сука. Генрих еле-еле пришёл в себя и сел к остальным ребятам. Ваня пришёл обратно к нему. – Может нам следует начать с чего-то? – спросил Ваня. – Как ты думаешь? – О чем ты? – в недопонимании спросил Генрих. – Ну как... Наши отношения. Они же должны как-то... Что-то... Не знаю. Между нами ведь что-то есть, я прав? – произнёс Воробьёв. – Ну, может быть. – усмехнулся немец. – Я не представлял себя в отношениях с парнем, правда. Особенно с тобой, Ваня. Может быть с Владом там, с Геной. Но никак не с тобой. Парни встретились взглядами. – Тем не менее, ты хороший человек, Ваня. Спасибо тебе за всё. – улыбнулся Генрих. – А... – Ваня отвёл взгляд и загрустил. – Можно хотя бы поцелуй напоследок? Генрих хихикнул, коснулся рукой подбородка Воробьёва и повернул его лицо к себе. Он нежно поцеловал его в губы и ушёл. Икотская заметила это, но сделала вид, будто дальше возится с ребёнком. – Ты ведь это видела, да? – произнес Куприн. – Дикость какая-то. Ваня испортил Гешу. – Возможно. – будто равнодушно ответила Саша. – Мне всё равно на Хренберга. Он мне никто. Только лишь отец моего ребёнка, да и только... – Иногда складывается ощущение, что ты сама винишь себя в том, что не удержала Генриха с собой. – сказал Влад. – Ты не виновата ни в чем. Он сам решил трахнуть Лизу и этого гомосека. Понимаешь? – Да, возможно... Неловкое молчание. – Слушай, давай Влада с Крис поищем? Куда-то они запропастились. – произнес Куприн и приподнялся. – Пойдём. Девушка улыбнулась уголком губ и парочка направилась вниз к каютам, дабы найти ребят. Они слышали какие-то шорохи и подошли к каюте. Ребята остановились возле неё и прислушались. – Ах! Да! Глубже, Степаночкин! Глубже, мой сладенький! Глуууубжеее!!!! – кричала Кристина, постанывая. Из каюты также издавались звуки Влада, который стонал не тише своей девушки. Влад с Сашей переглянулись и слегка улыбнулись. – Не будем им мешать, наверное... Хах. – усмехнулась девушка, поправляя волосы. – Да уж... – ответил Куприн, оглядываясь обратно, намереваясь уйти, но что-то его останавливало. Что-то... Они резко посмотрели друг на друга и поцеловались. Куприн повалил девушку на кровать соседней каюты и второпях стал её раздевать. – Быстрее... – тихо произнесла Саша. – Нас могут увидеть... – Плевать. – ответил Влад. Он снял с себя трусы и без колебаний влез в киску девушки. – Ах! – вскрикнула Икотская. – Ах! Ах! М... Ах! – М... О, да. – Влад шлепнул по заднице девушки и ускорил свой трах. Он нагнулся к Саше и страстно поцеловал её, после чего ещё усерднее продолжил трахать. Незаметно для ребят в каюту вломились Степанкин с Кристиной, которые также повалились на их кровать. Заметив такую компанию, ребята без разбирательств стали обмениваться партнёрами. Куприн вытащил член из молодой мамочки и вставил его в рот Енотовой, пока та в свою очередь надрачивала Саше. Степанкин встал напротив головы Икотской и начал трахать её в рот, параллельно целуя Кристину в её задницу. Влад повернул Енотову пиздой к себе и начал её жёстко ебать, держась руками за поручни. Степанкин также поступил с возлюбленной Влада, но только стал трахать её в жопу. После минуты такой сцены, Енотова взяла принесённую с собой деревяшку, засунула себе наполовину в пизду и отодвинула Степанкина от Саши. Она вошла имитированным членом в свою подругу, затем в неё подключился Влад Степанкин, а уже в его мужской зад вошёл Куприн. – АХХХ! АХХХ! – раздавались стоны из каюты. Ребята не прекращали свой трах. После двадцати минут Парни почувствовали, что вот-вот спустят. Тогда Влад выпустил своё молочко в рот Кристины, а Степанкин в жопу Икотской. Порево закончилось, ребята стали приходить в себя после такой безумной встречки. – Ух... Ну и вечер. – произнесла Кристина, положив руку на стол. – Ой, что это? Енотова увидела блокнот, который ранее также был замечен Генрихом и Ваня, но по понятным причинам, парни забыли про него. Тем не менее, Кристина открыла его...