Девушка, которая лгала.

Девушка лежала весь день молча, смотря в потолок. Ей поставили капельницу, а руку зашили. Элли напрочь отказалась есть, ей ничего не хотелось. Ее тошнило от запаха больницы и от врачей, от их наигранно тона. Хотят избавиться от тебя побыстрее, а сами сюсюкаются. Ее тошнило от одиночной палаты в которой она лежала. Это возвращало ее в те времена, когда она лежала в психиатрическом отделении. Девушка никогда не боялась тишины или одиночества, но эти белые стены напоминали ее одиночную палату в той больнице. То время, когда она оттолкнула санитара, за что ее привязали к кровати, а она всего-то не хотела насильно пить лекарства. Она не разговаривала с врачами, поэтому уже все в отделении хотели, чтобы ее побыстрее забрали. Она не могла думать, мыслей совсем не было, как и сил. Тупое прожигание взглядом потолка убивало ее. Элли пыталась сконцентрироваться на руке, хотя бы на чем-то. Она пыталась шевелить предплечьем, но безнадежно. Врачи вкололи ей обезболивающее, поэтому почувствовать хоть что-то не получалось. — Привет. — в палату тихо зашёл Олли и сел рядом с девушкой. — Как ты себя чувствуешь? — девушка не ответила, даже не посмотрела на него. — Мне сказали, что ты ничего не ела сегодня. Тебе надо сил набираться, а ты не ешь. — Олли грустно улыбнулся и взял девушку за руку. — Какой смысл? — тихо сказала та и посмотрела на парня. — Смысл? — Да. Меня отсюда не выпустят. Я не хотела, чтобы вы звонили в скорую, потому что отсюда мне пути нет. Только в психушку. Я не хочу туда. Ты… Не представляешь, как там плохо. Когда… Тебе нельзя ничего. Как тюрьма, только все вокруг, говорят, что лечат. Пичкают таблетками, не говоря от чего они. Насильно заставляют пить сомнительные лекарства, не говоря названия. Я один раз… Оттолкнула человека, который мне хотел дать лекарства. Не сильно, но он не удержался, упал и ударился головой об угол тумбочки. У него не было ни сотрясения, ничего, но… — девушка перевела взгляд обратно на потолок. — Они посчитали, что я опасна и привязали к кровати. Пичкали успокоительным и кормили через трубку, чтобы не отвязать. Это кошмар и он повторится, и я ничего не могу сделать. Потому что уже здесь. Завтра меня переведут в другой отдел и еще минимум полгода проведу в четырёх стенах. — Элли. — в палату тихо зашел Йоэль и встал рядом с другом. — Ну, что гений, добился своего? — Элли было бесконечно обидно, что все так получилось, ей на надо было смотреть на него. Девушка узнала парня по голосу. — Послушай. Не будет никакой психиатрии, слышишь? — Олли взял руку девушки в ладоши. — Мы подписали бумаги. Йоэль подписал. Теперь ты не принадлежишь этой больнице и они ничего не решают. Ты никуда не поедешь. Потому что мы отказались. Завтра мы заберём тебя и поедем, куда захочешь. Поняла? Девушка посмотрела на Олли, зачем на Йоэля. — Правда? — парень кивнул. — Молодцы. — она закрыла глаза. — Зачем вам это? — девушка слабо вздохнула. Олли посмотрел на друга, но быстро перевел взгляд обратно на Элли. — Потому что так правильно. — он поцеловал руку девушки и вышел из палаты. — Зачем ты пришёл? — девушка посмотрела на Йоэля, когда Олли ушел. Йоэль сел рядом. — Возможно, мои слова прозвучат неубедительно. Возможно, я сейчас выгляжу как идиот. И ты будешь права. Но я пришел, потому что мне не все равно. Потому что, мне очень жаль… И… — Ты извиниться пытаешься? — девушка слабо улыбнулась. — Черт возьми, да. — парень взял руку девушки и прижал к себе. — Мне не все равно, что с тобой было в прошлом, потому что это имеет значение в настоящем. Если не захочешь говорить, я буду жить с этим и не буду поднимать эту тему. Если расскажешь, я буду тебе бесконечно благодарен и мне будет легче. Я не знаю, правда не знаю, как могу извиниться… Но… Ты мне говорила про маленького принца, помнишь? — парень посадил на кровать, рядом с девушкой, мягкую игрушку лисы. — Я понял. Я не буду просить у тебя второго шанса или третьего, я уже не помню, но если ты… Черт. Я всегда все порчу. Ты была права. Во всем. Я не умею контролировать себя. — парень смотрел в пол. — Ты единственная, кто терпит меня на протяжении такого долгого времени. Обычно меня никто не выдерживает уже на второй день и уходит. — девушка провела ладонью по его щеке. — Если в следующий раз попытаешься меня случайно убить, помни, что рядом есть Олли, который тебе голову за это открутит. Но я обещаю одеваться теплее. — Йоэль поднял на нее глаза, а девушка улыбнулась. — Ваше время закончилось, начинается санитарный час, прошу выйти из палаты. — в комнату зашла медсестра и посмотрела на парня. — Да, конечно. — он достал браслетик и завязал на правой руке девушки. Она не успела его рассмотреть, а Йоэль поцеловал ее в щёку и вышел из палаты. Когда парень скрылся за дверью, Элли посмотрела на запястье. Там была красная нить с подвеской. Небольшой жёлтый смайлик смотрел на девушку. — Есть будете? — медсестра тяжело посмотрела на Элли и не ожидая ответа развернулась на выход. — Да, пожалуйста. — тихо сказала девушка и перевела взгляд на женщину. Она внимательно на нее посмотрела и кивнула. Остаток дня и ночь прошли уже не так плохо. В компании нового друга Элли было не так тошно находиться в больнице. Время начало идти быстрее, игрушка ее отвлекала и переносила в воспоминания. Голова постоянно вспоминала отрывки сказки и ей было легче, ночью она даже смогла заснуть на несколько часов. Рано утром за девушкой приехал Йоэль. Она даже не успела проснуться, когда медсестра зашла в палату вместе с парнем. Он быстро заполнил все бумаги, которые требовалось. Девушке сообщили, что парень приехал заранее, поэтому она успела одеться и нацепить на ноги кроссовки до того, как он за ней пришёл. — Доброе утро. — Он улыбнулся и поднял девушку на руки. — Я сама дойти смогу. — Элли посмотрела на парня. — Неа. — он вынес Элли из палаты. У сонной девушки не было желания сопротивляться, она лежала в его руках, прижимая к себе игрушку. Он донес ее до машины, посадил на переднее сиденье, а сам сел на водительское. — Куда мы сейчас? — она посмотрела на парня. — Куда захочешь. — А есть выбор? — Ну, могу отвезти тебя домой или… — Поехали на репетицию. — Какую? Ты откуда знаешь? — парень вопросительно посмотрел на девушку. — Я есть в общем чате между прочим… — Ах ну да, точно. Нет, тебе нельзя сейчас играть. — Я не буду. Просто хочу посидеть и послушать. К тому же, какая репетиция без вокалиста? Правильно? — Но… — Пожалуйста. — Элли посмотрела на парня. — Ладно, ладно. — машина тронулась с места. День был хороший, тёплый и безветренный. По небу плыли небольшие облака. Настоящее лето. Парень посмотрел на девушку, которая с интересом смотрела в окно, и улыбнулся, заметив на ее руке красную нить. Йоэль был в полной уверенности, что девушка не оставит ее, снимет при первой возможности, но то что Элли носит его подарок, парня порадовало. Машина остановилась около концертного зала. Девушка вышла из машины, вдыхая свежий воздух и закрывая глаза от ослепляющих лучей солнца. — Пошли? — парень открыл дверь в здание, пропуская девушку перед собой. Элли кивнула. Репетиция шла полным ходом, правда девушка заметила особенность, ребята были расстроены. — Неужели, из-за меня? — спросила девушка тихо, останавливаясь в дверном приёме. — М? — Йоэль встал сзади и посмотрел на неё. — Они грустные… У вас что-то еще успело произойти за это время? — Нет. Просто все за тебя переживают. — парню очень хотелось обнять девушку, поцеловать, но он побоялся опять все испортить. — Понятно. — Элли ответила это очень тихо, она не знала, что может ответить на эти слова. Ребята зашли в зал. Девушке было бесконечно неловко перед друзьями за произошедшее, поэтому когда они начали радоваться ее возвращению, Элли смутилась окончательно. — А Алекс плакал ночью. — Йоонас победно сообщил эту новость и посмотрел на друга. Глаза парня действительно были красные. — Я тебе сейчас всеку! — парень бросил барабанной палочкой в друга, но Йонас успел увернуться. — Да ладно, ничего постыдного в этом нет. — парень улыбался. — Я просто спал плохо! Не плакал я. — Алекс пытался отправляться, но по его неуверенному тону, чувствовалось, что Йоонас попал в точку. — Отстань от него! — Томми осадил друга. — Не только Алекс переживал. Элли устало села на первый ряд, рядом с Йоэлем и посмотрела на всех остальных. Вид у парней был действительно уставший. — Предположу, что у вас много вопросов. Я решила, что расскажу вам, поскольку вы как-никак мои… Друзья и обязаны знать. Особенно, после того, что случилось. — она посмотрела на Олли, ища поддержки и нашла ее. Она рассказала ребятам все то, что рассказала Олли и то, о чем он и Йоэль узнали в больнице. — Вот. Больше скрывать мне нечего. Вы все знаете. Группа же собирается в тур, верно? Я не поеду. Останусь тут. Думаю, теперь вы меня поймёте и… Это лучшее решение, я буду мешаться. — Не согласен. — Нико посмотрел на нее. — Кому ты будешь мешать? Никому. Если ты боишься, что будешь забывать про таблетки, мы напомним. Если тебе понадобится в больницу или аптеку мы найдем время и сходим. Ты часть нашей группы. — Мы не будем тебя заставлять играть с нами, если тебе не нравится. — Подхватил Томми. — И не имеем права. Но, то что ты назвала не является для нас проблемой. Мы спокойно под тебя подстроимся и сделаем всё, чтобы тебе было комфортно. — Томми, как всегда говорит прямо. — Олли устало улыбнулся и посмотрел на Элли. — Но в общем он прав. У каждого из нас тоже есть проблемы, которые приходится решать. Поэтому, если ты хочешь, мы будем рады, что ты поедешь с нами. — Но решить надо как можно быстрее. — тихо добавил Алекс. — Первое выступление тура через две недели, в Оулу на фестивале. — Ну… — Элли помолчала. — Если вам не будет это мешать, то я поеду. Но пообещайте, если я не потяну, то вы меня отпустите и доиграете тур без меня, хорошо? Парни заулыбались и конечно же согласились. Репетиция прошла без Элли. Девушка сидела в зале и наблюдала как ребята прогоняют программу. Последний из сингл Balboa ей был не знаком, поэтому она заняла минут десять времени, разбором нот этой песни. На прошлом выступлении было ограничено время и парни не успели спеть эту песню. Когда все ушли за сцену убирать инструменты, Элли подошла к своей гитаре в стойке и протерла ее от пыли. — Элли. — Алекс подошёл к ней и обнял, утыкаясь лицом в ее волосы. — Я так переживал, ты не представляешь. Я так боялся тебя больше не увидеть. Я… — его голос задрожал и он затих. Девушка обняла его в ответ, пытаясь успокоить. Она гладила его по волосам, зная, что парня это всегда расслабляло. — Главное что я жива, верно? Остальное все не важно. Ну-ка не раскисай, а то как будто хоронишь меня. — она посмотрела в его глаза и, убрав волосы с его лица, поцеловала в щёку. — Прости. — парень посмотрел на нее и слабо улыбнулся. — Уже лучше. — Пойдем отсюда, больше тут делать нечего. — Йоэль подошёл к друзьям и посмотрел на девушку. — Домой тебя отвезу. Ты, чего, плачешь? — он посмотрел на друга. — Нет. — он обиженно отвернулся, а девушка улыбнулась и вновь прижала его к себе. — Оу. — Йоэль решил, что придет немного позже. — Олли. — он подошёл к другу. — Скажи, только честно. Это хорошая идея? — О чем ты? — он поставил свою гитару в стойку. — О том, чтобы она с нами поехала. Когда ей снимут швы? — Сказали, что через два дня. Сегодня вторник, соответственно в пятницу точно должны снять. А что? — Я к тому… Я к тому, что, успеет ли ее рука до конца зажить? Мы же еще отрепетировать должны с ней, раза два, хотя бы, перед туром. — Предлагаю спросить это у медиков, когда в больницу поедем. Как швы снимут будет ясно, что ей можно, а что нет. Еще как заживать будет. — он устало провел рукой по лицу. — От этого тоже много зависит. До конца не успеет точно. Йоэль тяжело вздохнул и посмотрел на Элли. У нее получилось успокоить парня, он уже стоял рядом с ней и улыбался. — Все таки они ещё дети, правда? — Олли слабо улыбнулся, смотря на эту картину. — Не знаю, Олли. Разве можно называть детьми, людей, которые через столько прошли? Я и об Алексе сейчас говорю. У него ведь тоже явно не все гладко было, когда он на сцену пробивался. — Он может быть собой рядом с ней, это здорово и взрослым такое редко дано. Поэтому и дети. — Разве тебе с ней не комфортно? — Йоэль посмотрел на друга. — Или мне. Да всем парням. — Я этого не говорил. Ты когда-нибудь видел, чтобы он плакал? Что-бы показал, что-то, что у него глубоко в душе? Он всегда старается скрыть какие-то свои чувства, а тут не получилось. Мы ненамного их старше. — Он сел на возвышение установки Алекса. — Но разница большая. Когда ты в последний раз был откровенен с кем-то? — он посмотрел на друга. — Вчера. — тихо сказал он. — Не касательно Элли и нас. — Никогда. — Вот. Мы уже давно утратили способность верить другим, неизвестным нам людям. Доверие в наше время, большая роскошь. Он ей доверяет больше всех нас, даже больше тебя. Хоть мы так мало знакомый. Поэтому и дети. Им свойственно встретиться с кем-то и выложить все тайны, веря, что они будут друзьями до конца жизни. И это прекрасно. — он смотрел как Алекс смеется, а Элли стоит рядом улыбаясь. — Мы с вами так давно знакомы и понятно, что каждый из нас друг-друга знает как пять пальцев. Знает о проблемах и помогает их решать. Мы скорее всего никогда уже не будем как они. Должно пройти время, чтобы мы так просто открылись человеку. Возможно не очень то гладкое прошлое помогло им найти общий язык, А возможно, что-то чего нам не понять. И это не значит, что они любят друг друга или… Не значит, что тебе надо бросить Элли и «отдать» Алекси, просто мы взрослые. — он грустно посмотрел на девушку, встал и пошел к выходу из зала. Йоэль еще долго не мог понять, с чего бы Олли потянуло на такую лирику. К слову, он этого и не понял. Просто, смирился с тем, что, возможно, он не такой романтик как Олли. — Ну что, идём? — он обратился к девушке. — Да. Они втроём вышли из зала и поспешили по домам, каждый в своих мыслях.