Сахарная улыбка

      — У меня нет времени на вас, раньше надо было приходить! — отнекивался преподаватель.       — Я приходила, отрабатывала, — отстаивала себя темноволосая девушка, надеясь хоть на малейшее снисхождение.       — Значит, мало отрабатывали, — грубо отрезал мужчина, — За что мне ставить вам? За глазки?       — Я еще могу отработать.       — Ну, так отрабатывайте! Когда сдадите мне нормативы, тогда и поставлю вам зачет, — повысил голос мужчина, явно ликуя в душе, — Ничего не делают, потом ходят кругами вокруг кафедры.       Девушка ничего не ответила, оставаясь стоять на месте, а преподаватель зашел в аудиторию. Началась вторая пара, а в коридоре стало тихо. Она нервно дышала, краснея и сжимая кулаки. Пак Юна проклинала преподавателя физкультуры.       Все началось с того, что девушка грубо ответила на его отвратительно грязный подкат в виде шлепка по заднице, отчего гордость молодого мужчины была задета, и он счел своим долгом теперь сгноить ее на отработках. Признаться честно, Юна была совсем не спортивной, хотя и выглядела стройно. Физкультура давалась ей плохо, да и по остальным предметам она не была отличницей. И все бы ничего, справлялась как-то без троек, но какой-то ничтожный зачет можно было поставить хотя бы за ее исполнительность и ответственность: Юна выполняла все задания, пусть и неидеально и даже порой плохо, и не пропускала ни одной пары. Но самовлюбленного Ким Со Джуна это не волновало. Юна перешла ему дорогу — не удостоила его вниманием в ответ на «благосклонный» жест, коим отвечало большинство девушек потока, что происходило отчасти из-за привлекательной мордашки, но в основном, конечно, из-за автомата по предмету. И будь у Юны возможность, она бы смачно харкнула в морду этому извращенцу, но быть отчисленной из-за какого-то зачета — просто смех. К тому же, Юне очень нужно было здесь учиться, чтобы получать хорошую стипендию, с помощью которой она хотя бы немного могла бы помочь небогатой и одинокой маме. И хоть девушка и подрабатывала в кафе, денег всегда было впритык. Поэтому сейчас ей кровь из носу нужно было рвать всё и вся за свое место под солнцем, поэтому каждый день, после пар или в окна между ними, брюнетка приходила на отработку.       Юне нужно было сдать основные нормативы, а потому она пыхтела изо всех сил, что на самом деле не давало результатов: бегала она медленно, прыгала недалеко, мяч ее не любил вовсе и тому подобное. Но она отчаянно приходила на тренировку после занятий, просила ключи на кафедре физической культуры и спорта, когда помещение было не занято, и практиковалась дополнительно. Этот вторник не стал исключением, и Юна, прокручивая в голове разговор с объектом ее ненависти, зашла в уже открытый до нее спортзал университета.       Юна и не заметила, как Юнги спал на матах в самом углу. Проснулся парень почти сразу — от громкого хлопка двери и матерных слов, которые девушка адресовала преподавателю. Парень протер заспанные глаза, а затем стал наблюдать. Девушка выглядела полным нулем, бревном и мешком с камнями, чтобы не делала. Из-за злости, нараставшей с каждой новой неудачей, Юнги мог все больше узнать о ее богатом словарном запасе. Она пыталась тренироваться с мячом, но он больно ударил ей по лбу, с сильной отдачей отскакивая от стены, отталкивая девушку на полметра, из-за чего Юна хваталась за голову и с новой силой начинала причитать. Она тщетно бросала в кольцо, так ни разу и не попав за все время. Юна поплелась к другому концу зала за круглым сорванцом и только почти у самой стены увидела блондинистого парня, который лежал, подперев голову ладонью, и внимательно следил глазами за каждым ее движением.       — Твою ж мать! — завопила она, подпрыгнув от неожиданности, еще не до конца осознавая, что все это время просто позорилась. Юнги слегка вздрогнул и перевел себя в сидячее положение, продолжая смотреть в побледневшее лицо.       — Ты…ты кто? Ты чё тут лежишь?! — повышая тон, сказала она.       — Я тут сплю, — начал блондин, — Ну, спал, по крайней мере.       — Зачем? Это место не для сна, а для занятий спортом! — попыталась уличить Юна парня, т.к. по ее мнению, ему тут не следовало находиться.       — Спортом тут как раз никто не занимался, — потянулся Юнги. Девушка сделала лицо кирпичом, не сразу поняв подколку.       — А я что, по-твоему, делаю?! — дошло до нее, наконец, и она покраснела и насупилась. Юнги промолчал, снова укладываясь на мат, подкладывая ладони под голову. Девушка на секунду растерялась от его наглости, а потом сорвалась:       — Иди отсюда!       — Да твож… — испугался он ее крика, — Ты че орешь? Занимайся, чем хочешь. Мне плевать на тебя, — на удивление спокойно и холодно ответил Юнги и закрыл глаза, даже не думая уходить.       Девушка постояла несколько секунд, потом посмотрела налево, затем направо, будто выискивая того, кто поможет ей выгнать парня, пару раз дернулась в попытке что-то сказать, но так и не придумала что. Дойдя до крайней степени неловкости, возмущения и злости, она стремительно вышла из зала, попутно захватив свой рюкзак. Юнги открыл глаза, когда она хлопнула дверью.