День его свадьбы

      День свадьбы Гарри стал точкой отсчёта новой жизни Гермионы Грейнджер. За считанные секунды некогда лучший друг превратился для неё в любимого мужчину и чужого мужа. Осознав такую неизбежную и элементарную истину, самая умная студентка Хогвартса сутки рыдала в самолёте, а затем ещё неделю у мамы на плече.       Когда слёзы просто-напросто закончились, Гермиона решила заняться тем, что всегда получалось у неё лучше всего — учиться. Причём, сфера на этот раз была выбрана принципиально новая и нехарактерная для неё. Девушка записалась на профессиональные курсы бариста и ещё на несколько кулинарных, по выпечке. Не сказать, что это сильно интересовало, просто хотелось чем-то занять голову и тело. Но постепенно она втянулась. На самом деле, в кулинарии было что-то от зельеварения: необходимое и точное соотношение ингредиентов, поочередность их добавления, учёт времени приготовления. За пару месяцев Гермиона Грейнджер научилась готовить все виды кофе не хуже настоящего бариста и освоила несколько редких и сложных рецептов булочек, от одного запаха которых текли слюнки у всей округи.       На удивление, Гарри писал ей достаточно часто, всё время интересовался сроками возвращения и намекал, что её заждались в Министерстве. Гермиона отвечала намного сдержаннее, чем обычно. Да, она до безумия скучала по лучшему другу, но сейчас нахождение с ним рядом просто свело бы её с ума. Поэтому девушка приняла одно из самых сложных решений в своей жизни — свести это общение практически к минимуму. Её ответы были официальными и «холодноватыми», она перестала делиться личным и не выспрашивала у него никаких подробностей. Вычеркнуть Гарри из своей жизни одним махом пера Гермиона не могла, ведь это будто душу разбить на двое. Она отпускала его медленно, постепенно и мучительно. Как оказалось, привычка заботиться и беспокоиться о нём была уже частью её личности, и избавляться от неё приходилось, ломая себя и заливая по ночам подушку слезами.       Когда она сообщила, что не вернется осенью, то поняла, что Гарри это задело. Письма начали приходить реже и тоже стали носить более сухой и церемонный характер. С одной стороны — она добилась своего, а с другой — сердце разрывалось на части. Но, Гермиона приняла как факт, что для того, чтобы Гарри был счастлив, она должна его отпустить. У него теперь есть большая дружная семья Уизли, а у неё есть она сама. И собственная жизнь, с которой нужно что-то делать. Все годы учёбы она жила лишь жизнью Гарри, его проблемами, его предназначением, им самим. Она стала неотделимой от него, а сейчас приходилось возвращать себе себя. И это не очень-то получалось. Лишь врожденная упёртость не давала Гермионе сдаться.

***

      Трижды перечитав письмо, Гарри бросил его в камин и схватился за голову. Его бесили и задевали такие сухие ответы Гермионы. Он скучал по ней как сумасшедший, ждал возвращения, надеялся, что к осени она точно устроится в Министерство, и их дружба возобновится.       Всё лето они с супругой жили в Норе, так как текущий ремонт на Гриммо делал дом Сириуса непригодным для комфортного существования. Теперь у Гарри была семья, большая и, как он думал раньше, дружная. Но с каждым днём он чувствовал себя всё более и более одиноким, брошенным… словно снова осиротел. Постоянным столпотворением народа Нора напоминала проходной двор. А невозможность побыть наедине со своими мыслями угнетала… Он, не узнавая сам себя, стал срываться на Джинни. Потом просил прощения, мучаясь чувством вины. А по выходным вошли в привычку посиделки в баре с Роном, где они не ограничивали себя в выпивке. По итогу эти дни просто вылетали из жизни.       Когда Гермиона сообщила, что не вернется к сентябрю, Гарри хотелось рвануть в Австралию и притащить её оттуда силой. Но он понимал бессмысленность и глупость такого поступка. Подруга ни от кого не скрывалась, регулярно писала, хоть и не такие тёплые письма, как бы ему хотелось, но была там с любящими родителями.       Успокоившись, он понял её. Но поселившаяся в душе обида никуда не уходила. И он стал писать реже. Конечно, будь у него возможность побыть с родителями, он бы поступил, наверное, так же. Тем не менее, ощущение одиночества сжирало изнутри. Как же часто, сидя в гостиной Норы, он погружался в свои мысли, устремив взгляд в одну точку, и не слышал, о чём говорят остальные? Навязчивая забота Молли и Джинни радовала только поначалу, через пару месяцев же начала раздражать, а к осени он был счастлив, что ремонт на Гриммо закончен, и буквально сбежал из фамильной резиденции Уизли.       Вообще жизнь налаживалась. Дома ждала молодая красивая жена и жаркие ночи, финансов хватало на все потребности, да и карьера обещала идти в гору после окончания аврорских курсов. Гарри должен был чувствовать себя счастливым. Им восхищались, боготворили, благодарили… А он, засыпая, хотел оказаться в той самой палатке в Королевском лесу Дин. Где не было ничего: ни тёплого ужина, ни должного комфорта, ни счастливого будущего, но был человек, с которым он чувствовал себя целым.

***

      Гермиона скучала: по магии, Англии и, конечно же, по Гарри. И если с последним пунктом ничего нельзя было сделать, то насчёт первых двух у неё появилась идея. Мечты о карьере в Министерстве окончательно отпустили её, к тому же, там пришлось бы постоянно сталкиваться с лучшим другом, а это было слишком тяжело эмоционально. Как героиня войны, Гермиона Грейнджер получила неплохой гонорар. Она хотела тишины, покоя, дарить людям радость и быть максимально далеко от политических хитросплетений и объекта своей больной любви.       Хогсмид — волшебная деревушка, спрятанная в горах, напоминающая восторженные детские сны. Сказочные домики с острыми крышами, красочные магазины, своеобразная оторванность от целого мира. Измученная войной душа стремилась к покою. И Гермиона приняла неожиданное для самой себя решение — приобрела жилище, которое, по счастливой случайности, оказалось выставлено на продажу одним из местных жителей. А далее, включив свой рациональный мозг, составила бизнес-план. Она сдала лондонскую квартиру родителей, а полученный доход меняла на галлеоны. Сама же сняла небольшое помещение на центральной улице, решив открыть кофейню. Маггловский напиток она теперь умела готовить профессионально, да и булочки даже без использования магии у неё получались волшебными.       Таким образом, к ноябрю все организационные вопросы были улажены, и Гермиона Грейнджер стала жительницей Хогсмида и владелицей небольшой кофейни, в которую наняла местную девушку-сквиба в качестве своей помощницы и одну из волшебниц на выпечку булочек. За месяц обустроив помещение и обучив людей, она открыла свой маленький бизнес. И, что удивительно, её продукция стала пользоваться спросом не только у местных жителей, но и у студентов Хогвартса, посещающих деревню на выходных. Конечно, такое занятие не приносило бешеной прибыли, но на жизнь хватало. И даже доставляло удовольствие. Это место напоминало ей сказочные рождественские открытки, которые она рассматривала, будучи совсем ребёнком и ещё не зная, что является волшебницей. Оно постепенно залечивало сердечные и душевные раны своим покоем, теплотой и уютной красотой.       Гермиона не делала тайны из своего местонахождения, но и специально никому сообщать не стала. Ей пришло несколько писем от Министра Магии с приглашениями на работу, которые девушка вежливо отклонила. Она начинала новый этап жизни и возвращаться к старому не собиралась. Переписка с Гарри прекратилась ещё в Австралии. После очередного короткого письма она просто не получила ответа. Цель была достигнута… Потом же плакала… долго и навзрыд… Ругала себя, несколько раз писала ему километровые пергаменты, но сжигала, так и не отправив. Уже здесь, в Хогсмиде, она также иногда продолжала писать эти письма в пустоту. Накатывало. Но здравомыслие побеждало, и Гермиона в последний момент брала себя в руки.       Она занималась аналитикой бизнеса, много читала, превратив свой скромный домик в подобие библиотеки. К лету она настолько сработалась со своими людьми, что смогла слетать в отпуск в Австралию, а в новом учебном году её ждал небольшой сюрприз.

***

      Гермиона мысленно выругалась, когда связка ключей выпала из её рук, и присела, чтобы поднять её.       — Извините, мисс… Вы уже закрываетесь? — приятный мужской голос, раздавшийся совсем рядом, заставил девушку быстро вскочить на ноги.       Взгляд скользнул по незнакомцу, и Гермиона в панике замерла, приоткрыв рот. Он очень сильно напоминал ей Гарри. Средний рост, худощавое, но крепкое телосложение, чёрные волосы, очерченные скулы и глаза… правда серые, не зелёные. Но тёмные ресницы делали их очень выразительными.       — Мисс?       — Извините… — Гермиона с трудом пришла в себя, — вы хотели что-то приобрести?       — Да. Слышал, ваш кофе просто волшебный, — улыбнулся незнакомец.       — Благодарю, мистер…       — Итан Милтон, мисс, к вашим услугам, — он протянул ей ладонь для приветствия. — Новый преподаватель Хогвартса по Древним рунам.       — Оу… — она автоматически ответила на приветствие. — Гермиона Грейнджер.       — Я знаю, кто вы…       — Мистер Милтон, я готова задержаться и сварить вам кофе при условии, что мы не будем обсуждать то, что пишут обо мне эти ужасные газеты.       — Принято, мисс Грейнджер, — он галантно придержал дверь, пропуская её вперёд.       Позже он вызвался проводить её и Гермиона согласилась, хотя и жила совсем рядом — в 15 минутах ходьбы. Новый знакомый оказался приятным собеседником, был тактичен, не задавал лишних вопросов и слегка волновал её из-за внешнего сходства с Гарри.       Так они стали приятелями. Итан частенько появлялся в Хогсмиде на выходных и пристрастился к ароматному маггловскому кофе и фирменным булочкам. Гермиона же нашла в нём интересного человека и галантного кавалера, всегда соблюдающего дистанцию и не нарушающего границы.