А воображение рисует нас рядом...

Как ты попала в передрягу, в которой тебя закинуло в демоническое пространство, предварительно оторвав руку? Это крайне увлекательная история. Знали ли вы о демонах, что разрывают пространство? Нет, Вергилий не в счёт. Ты тоже о них не знала и считала, что находишься в полной безопасности, ведь ничего кроме повреждений и грозить то не должно. Не должно. Связь с Преданным у тебя возросла, а потому ты могла проворачивать кое-какие трюки. Например, Преданный мог стать хлыстом, карая демонов. По энергетике меча ты понимала, что ему это нравится. Он упивается их смертью и страданиями. В этот раз тебя зажали со всех сторон, тем самым повышая эффективность меча в разы. И вот, когда демоны были уничтожены, под твоими ногами разверзлась пропасть, в которую ты и упала, однако закрылась она раньше, чем ты полностью в неё прошла. Правая рука осталась во внешнем мире. — Вот… Блять, — ты прикусила одежду на плече и отступила к ближайшему камню, подавляя истерику. Инстинкты орали об опасности, а боль закрывала взор красной пеленой. У тебя нет такой регенерации, как у Вергилия, что делало ситуацию ещё более опасной. Ты не представляла, как будешь сейчас сражаться. А сражаться все равно придётся, ведь демоны чуют кровь, уже учуяли. Ты чувствовала, как стонет земля под их шагами, слышала их дыхание, рычание. Отпустив ткань, ты бьешься головой о камень, стараясь отвлечься от адской боли. — Рит, как думаешь, каковы наши шансы на выживание? — спрашиваешь ты, найдя в себе силы перетянуть обрубленную конечность ремнем. Открытую рану ты прижгла с помощью Преданного, от чего вообще перестала чувствовать руку. Лучше, чем ничего. Но похоже на несколько секунд всё же вырубило, ибо пришла в себя ты уже на земле. «В данной ситуации невелики. Это место отторгает меня, ангел тут почти бессилен» — ты чувствовала, как он недоволен. Ваши возможности тут и правда ограничены, да и к тому же привлекут только больше внимания. Ангел для демонов здесь, словно фонарь в кромешной тьме. А вот демоническое начало тебе ещё не поддавалось в той мере, в которой можно было бы защищаться. — Мне от них камнями что ли отбиваться? — ты рвано выдыхаешь и сжимаешь в руке слабо потрагивающего Преданного. Даже он сейчас излучал сомнение. Подвергать свою хозяйку опасности меч не желал, если можно так выразиться. — Рит, мы в дерьме, — фраза срывается с сухих белых губ сама собой, стоит только выглянуть из-за камня. Тут демонов уже с сотню, если не больше. « Выпусти меня!» — рык существа в голове столь громкий, что ты едва не зажимаешь уши руками…рукой. — Ты себя не контролируешь, — ты расправляешь крылья, ибо они могут послужить щитом от некоторых атак, — если я отрублюсь, то вообще неизвестно, что будет. Я могу умереть, а ты погрузиться в свое безумие настолько, что даже подобраться будет невозможно. Впрочем, поговорить вам не дали. Небольшая стайка демонов все же пошла в наступление. Самые глупые и нетерпеливые, а оттого быстро умирающие. Преданный пронзил мерзкие тела, будто и не было никаких костей. Это стало точкой невозврата. Демоны сорвались. И все следующие мгновения ты честно пыталась оказать сопротивление, но под конец, оставшись без крыльев и получив глубокие раны, ведь демоны просто рвали тебя на куски, сделать это не оказалось невозможно. Сознание покинуло тебя слишком быстро. Первое, что ты слышишь — взволнованные голоса. Сквозь бессвязную какофонию из звуков, мыслей и странного пищания, ты распознала голос Жанны, только у неё присутствуют те самые истеричные нотки, которые так раздражают. Потом ты различаешь громкого Данте. Неужели с кем-то спорит? Что происходит? И этот писк, он словно гвоздями вбивается в сознание. Выключите! «Будто грузовиком проехались» — примерно так ты описала свое состояние, когда вспомнила, как вообще формулировать предложения. А еще ты действительно не понимала почему тело не ощущается, будто осталась только голова, да и та болела. — Моя кровь не действует. Почему? — этот голос начисто смёл все мысли и ты затаила бы дыхание, если бы понимала как, если бы только могла ощущать и контролировать своё тело. Ты узнала Вергилия. Его голос, такой родной и тёплый ранее теперь окрасился беспокойством. Ты услышала странную интонацию в его голосе, невероятную. Страх. Вергилий боялся. Кажется он искренне боялся за тебя. «Открыть глаза. Я хочу открыть глаза. Ну пожалуйста» — единственным твоим желанием было показать демону то, что ты в сознании. Ты жива и не умрёшь… Возможно. — Я не знаю, Вергилий. Её энергии настолько мало, что не позарился бы даже низший демон. Её тело отвергает, кажется, всё, что имеет демонический окрас. Вряд ли она примет твою кровь, — Ви? Это говорит Ви? Он тоже здесь?! От резкого вздоха ты зашлась страшным кашлем и тут же, сквозь пелену новой боли, ощутила, как кожу на руке растирают чьи-то пальцы. Похоже такой кашель уже был ранее, ибо ты распознала только тяжёлые вздохи и не услышала ни одного вопроса о том, что же происходит. Но похоже Вергилий умеет читать мысли. — Она умирает, — прохрипел Вергилий, уткнувшись лбом в твою холодную бледную ладошку. Он искренне считал себя виноватым в том, что не успел и не предвидел грозящую тебе опасность. Ведь его ещё тогда напряг странный всплеск силы в районе, что зачищала ты. Странное чувство сомнения Вергилий тоже отбросил на задний план, ведь ты достаточно хороший боец. Зря. Данте, видя состояние брата, заставил всех выйти и ушёл следом. От того, что они всей толпой будут стоять в комнате и следить за показаниями медицинских приборов ничего не изменится. Лучше всем начать искать помощь вне вашего дома. С тех пор ты приходила в сознание каждый день, но до сих пор не могла глаз открыть, не могла даже дыхание контролировать и задыхалась от кашля каждый раз, стоило горлу едва пересохнуть или ощутить вспышку боли. Но зато ты более отчетливо начала чувствовать свой организм и не была этим довольна. Обезболивающие не действовали, и поэтому ты медленно плавилась в огне собственной боли каждую минуту, когда была в сознании. А ещё ты чувствовала Вергилия, он сидел с тобой каждую ночь, что-то говорил, несколько раз даже пел колыбельную, по крайней мере тебе так показалось, ведь язык был незнаком, и всегда держал твою руку. Прикасался, целовал, гладил. И ты отвлекалась на эти бесхитростные манипуляции, они снижали боль, либо ты просто её в какие-то моменты не ощущала, настолько сильной она была. В таком русле прошло две недели. Первый раз ты открыла глаза, когда никого в комнате не было. И неужели свет всегда был таким ярким? Ты едва ли не взвыла от безысходности. Это вечный кошмар из боли. Да, тебе становилось лучше, но очень медленно и едва ли можно было заметить изменения невооружённым глазом. Ты нуждалась в сильном источнике энергии, но прекрасно помнила, что кровь Вергилия становилась обычной, теряя все свои свойства, попадая в организм, к тому же после этого тебе каждый раз становилось ещё хуже. Это было отторжение. Очень вовремя… Но долго держать глаза открытыми ты все же не смогла, сил не было вовсе и вскоре всё потемнело. — Прости меня. Пожалуйста. Вергилий. Он прямо сейчас находился рядом, держал тебя за руку. Ты ощущала его горячее дыхание. Наконец-то ощущала. Только вот сжать руку в ответ не могла, но глаза… Ты смотрела на своего демона с грустью. Он показался тебе совсем потерянным, таким безликим. Ты желала обнять его или хотя бы сжать пальцы, немного, всего на миллиметр, но Вергилий бы понял. Он бы всё понял. С другой стороны, ты не ощущала видимых улучшений в своём состоянии. Организм практически не боролся и будет ли честным давать своему любимому надежду? Ты вполне серьёзно рассматривала вариант своей смерти, ибо он был реален. Ты не знала, что нужно сделать, чтобы восстановить темп регенерации, она будто вовсе отключилась. И только ты начала закрывать глаза, как столкнулась взглядом с Вергилием. Ты увидела, что он не верит. Действительно не верит в то, что видит. — Т/и? — его голос сорван, словно от долгого крика и твоё сердце сжимается от боли, но уже не физической. Тебе больно от всего того, что ему пришлось пережить за это время. А ещё стало стыдно за свои мысли о смерти. Как ты теперь сможешь оставить его тут одного? — Прости меня. Пожалуйста, прости меня, — Вергилий целует твои пальцы и это заставляет едва заметно улыбнуться. Говорить ты не сможешь следующие несколько недель, а восстанавливаться будешь и того дольше. Но теперь возможность смерти ты не рассматривала вовсе. А ещё Вергилий позже наконец предположит, что медицинские растворы с питательными веществами тебе просто напросто не подходят или же их не хватает. Столь медленную регенерацию он обосновал нехваткой ресурсов у твоего организма. И как же он оказался прав…