Передышка

Олег прислонился спиной к холодному бетону и откинул голову назад, случайно ударившись затылком, но лишь поморщился и прикрыл глаза. Все тело ныло от нескончаемых избиений на протяжении, по ощущениям, вот уже часов пяти; вспухшие веки превратили глаза в щелки, кровавая пленка покрывала всё, что он еще хоть как-то воспринимал вокруг себя; стянутые веревкой запястья онемели. Только раны на спине уже не причиняли такой резкой боли, как раньше. Возможно, он просто привык к ней, ведь она сопровождала его всё то время, что он находился в компании своего бывшего сослуживца, в какой-то богом забытой дыре. Холодная стена немного успокаивала пульсирующую боль - это единственное, что он мог для себя сделать. Точнее, то, что ему позволили сделать, сняв с крюка под потолком и в одиночестве оставив лежать на полу. Правда ненадолго: Дракон вернулся буквально спустя пару минут, с сигаретой и зажигалкой в руке - и Олег вздрогнул, сильнее стиснув зубы. Однако вопреки его ожиданиям, Вадим просто молча уселся рядом с ним на пол и, так же прислонившись спиной к стене, закурил, спрятав зажигалку в карман брюк. Ничего он не сказал и когда Олег невольно сполз на бок, ткнувшись плечом в его плечо - сохранять вертикальное положение оказалось труднее, чем он думал. Так они и сидели, не проронив ни слова: Вадим неторопливо курил, слушая, как хрипло дышит его пленник. А потом, словно уколотый чувством несправедливости, - чего это он пыхтит в одиночестве - перехватил сигарету поудобнее и практически силой вставил ее в рот Волкова. Для этого пришлось одной рукой зафиксировать его голову и разжать челюсти, впрочем, Олег не то чтобы был в состоянии особо сопротивляться. - На, держи. Не благодари. Сигарета прилипла к нижней губе, словно какой-то бесполезный атрибут, и вхолостую тлела дальше. Дым разъедал и без того слезящиеся от крови глаза, проникал в горло, хотя Олег очень старался практически не дышать. И как очередная насмешка над ним - приобнимающая рука Дракона и пальцы, коснувшиеся щеки. - Вадим, ты зря стараешься. Я все равно не скажу где он... - буквально выдохнул Волков. Дракон сильнее стиснул зубы. Накрыло невыносимым желанием отвесить ему отрезвляющую пощечину. Разве он не понимает, что своим упрямством не оставляет ему выбора!? Что его не поймут ни работодатель, ни свои, если он продолжит долбиться, словно рыба об лед, а не прикончит упертого, а потому ставшего ненужным пленника? Но вместо удара или даже потока отборных матов, Вадим произнес одно единственное слово. - Затянись, - а дождавшись, пока пленник вдохнет, забрал сигарету себе в зубы и тут же несильно хлопнул его по затылку, вцепившись пальцами в волосы и наклонив его голову вперед, вынуждая выпустить дым через ноздри. Снова на пару минут повисла тишина, пока Дракон, наконец, не поднялся на ноги, лишь покосившись на Олега, завалившегося на бок, когда исчезла опора. Он действительно сам толкал его на преступление. - Ладно. Но видит бог, я не хотел, чтобы всё закончилось так. Волков лишь хмыкнул, с трудом различая, как Вадим подошел к деревянному ящику чуть в стороне, что-то с него взял и обернулся к нему, выплюнув на пол сигарету. В руках блеснул металл зазубренного лезвия. - Дурак ты, а не волк... - с каким-то даже сожалением выдал Дракон и направился к нему. Неторопливо, словно позволяя насладиться последними минутами жизни, прежде чем он вонзит кинжал ему в сердце или перережет горло, вот только не было в глазах того торжества и насмешки, которыми было пропитано всё его естество в самом начале их предметного общения. Только уважение и какая-то даже грусть от грядущей потери столь интересного противника. Их разделяла всего пара-тройка шагов, когда за пределами ангара послышался какой-то грохот. Вадим резко обернулся, недовольно прищурившись. - Ну что там еще!? Никуда не уходи, - бросив быстрый взгляд на пленника, он покинул помещение... не обратив внимание на окурок, дотлевающий на полу в паре метрах от Волкова. Это был его шанс, тот самый, один на миллион. И он обязан его вытянуть. Стиснув зубы, Олег напрягся и, упершись в пол плечом, попытался подползти ближе, помогая себе отталкиваться ногами. Только бы окурок не потух... Только бы раньше времени не вернулся Вадим... О том, как он будет выбираться, он подумает позже, когда хотя бы слегка приблизит свои шансы одержать победу в рукопашной схватке. Когда оставалось преодолеть какой-то несчастный метр, Олег внезапно осознал, что брать тлеющую сигарету пальцами ему, в общем-то, нет надобности - и здесь ему помогло везение, каким-то странным образом вложившее Вадиму в голову мысль связать запястья пленника спереди, а не за спиной. Усмехнувшись разбитыми губами, Волков вытянул руки, подсунув бечевку под янтарно-пепельный конец окурка, и лишь вздрогнул, невольно стиснув зубы и сжав ладони в кулаки, когда жар коснулся кожи, оставляя на руках ожоги. Но дело было сделано - поврежденную, истончившуюся веревку он смог разорвать даже в своем нынешнем состоянии и, растерев онемевшие, стертые в кровь запястья, несмотря на то, что это причиняло жуткую боль, поднялся на ноги. А вот теперь можно было подумать о том, как пройти через Вадима и выбраться отсюда. И стоило признать, что еще чуть-чуть везения ему бы не помешало.