all i see is red

Сильный. Опасный. Непреклонный. Нужно убить кого-то? Что ж, легче простого. Безжалостный Мастер знал бесчисленное количество потрясающих способов убийств и пыток. Все зависело от его настроения: хочет ли он сегодня видеть кровь? Если да… То он брал свой миниатюрный кинжал, украшенный золотом и камнями, и измывался над своими жертвами до их последнего вздоха. Если нет, всегда можно задушить или переломать косточки, одну за другой. Он убивал своих подопечных призраков в порядке очереди, за малейшую оплошность. …Не бойся убивать, наслаждайся этим, — прозвучало в голове хриплым голосом прошлого хозяина Долины Призраков, которого он безжалостно убил голыми руками. — Я не боюсь, — усмехнувшись лишь уголком губ, мужчина смахнул с лезвия капельку крови, — уберите это безобразие с глаз моих долой. Скривив презрительно губы, повелитель взметнул ярко красную ткань своего длинного одеяния и устроился на кресле. Взгляд его был направлен на скалистую стену, лишь бы не видеть, как слуги тащат по полу разодранное в клочья тело. — Ну вот, теперь мое настроение хуже некуда. И это все ваша вина! Почему вокруг сколько крови?! — молодой правитель сжал виски, жмурясь от невыносимой головной боли, пока прислуга бросилась на каменный пол, чтобы оттереть с него вязкую кровь. — Хозяин Долины чего-нибудь желает? Я сделаю все… Чтобы настроение хозяина вернулось в норму, — девушка в изысканном одеянии упала на колени, пачкая дорогую ткань в крови какого-то недостойного. Мужчина небрежно оглядел ее тонкий стан, задержавшись на лице, пытаясь понять кое-что… Неужели эти глупые девицы, даже спустя шесть лет его правления, не теряют надежды? — Призрак Красавицы, — он хмыкнул, — не думал, что ты одна из них. Вэнь Кэсин засмеялся звонко и поднялся с неудобного каменного стула. Обходя группу из десяти человек, он подошел к ней, помогая встать с пола. — Брось, ты же знаешь, — он провел ладонью по изгибам ее тела, но тут же закатил глаза, — это меня не интересует. Мне нравятся сильные поджарые тела, крепкие мышцы, длинные ноги, и уж точно меня не интересует мягкость женского тела. Передай им, что я жду. Чем дольше мое ожидание, тем хуже настроение, поняла меня? Лю Цянцяо всегда была смышленой, поэтому без лишних вопросов убежала на поиски Десяти Демонов Долины. Менее чем через минуту они стояли перед ним, склонив головы. — Ну и где он? — с напускным спокойствием спросил Вэнь Кэсин. — Знаете, тот милый мальчишка умолял не убивать его, но новости, которые он принес, так сильно меня расстроили. — Мы ищем его повсюду! Просим Хозяина Долины смиловаться! — подал голос Призрак Длинного Языка. — Просим Хозяина Долины смиловаться! — заорали они вдруг хором, усиливая и без того надоедливую боль. Мужчина словно тонул: не мог свободно дышать, чем глубже погружался в морскую бездну, тем больше давление сжимало его бедную черепушку, грозясь раздавить ее в порошок. — Возможно, мне стоило порезвиться с тем мальчиком, прежде чем убивать… Что думаете? — улыбнувшись, Мастер обошел своих подчиненных, заглядывая каждому в глаза. — Кто готов заменить его? Убийцы молчали, прожигая дыры в полу своими испуганными взглядами. — Никто из вас? Он подошел к белому призраку, приподнимая его подбородок своим любимым веером. Режущие пластины, вмонтированные в него, мгновенно пустили кровь; Кэсин наклонился к чужой шее, словно планируя слизать алую капельку, но в последний момент передумал… — Приведите мне главу Тяньчуан. Я даю вам три дня. Призраки все так же стояли неподвижно, заставляя кровь повелителя кипеть в жилах. Он был зол. — Вы меня слышали?! Его взгляд был безумен, руки подрагивали из-за еле сдерживаемой злости. Он убил одного сегодня; не хотел марать руки во второй раз. Прикрыв глаза на несколько секунд, Вэнь попытался успокоиться. Когда его длинные ресницы взмыли вверх — никого вокруг не было. Только он и холод каменных стен. Он подождет эти три дня. Если желанный мужчина не будет стоять перед ним через эти три дня… Кэсин закопает заживо бездельников, коих величали Десятью Демонами Долины. Сильнейшие из сильнейших? Кэсин фыркнул, подумав об этом. Кто действительно был силен, так это глава Тяньчуан. Сталь, которая прослеживалась в его взгляде, в каждом его движении, завораживала и притягивала. Тот был сильнейшим мастером боевых искусств, которого Кэсин только встречал на своем пути, а Вэнь повидал немало; но также он был изящен и обладал неземной красотой, которую Хозяин Долины никогда в жизни не смог бы игнорировать. Когда Мастер впервые увидел его, сражающегося не на жизнь, а на смерть со Скорпионами, он уже тогда был готов пасть к его ногам. Затаившись между веток и пышной зелени, Вэнь Кэсин впитывал в себя каждое движение этого человека. Незнакомец порхал над землей, будто бы ее не касаясь. А его гибкий меч… Отчего-то ему был знаком этот меч, но воспоминания кружились над ним, дразня, не желая спускаться к своему господину. Глава Тяньчуан действовал быстро, четко, без запинок. Сметая врагов на своем пути, он запал в сердце Кэсина так глубоко, что уже никак не вытащить. Не выжечь, не смять и не выкинуть. Он был совершенно прекрасен. Бесчисленное количество раз Хозяин Долины посылал воинов за крупицами информации и столько же раз терял часть своих подчиненных. Те, что возвращались, смиренно докладывали обо всем, что смогли узнать. Вот так, спустя год метаний и безумно одиноких, тоскливых ночей, Кэсин приблизился к разгадке: где же находится логово бездушных наемных убийц, и кем был тот мужчина, бесповоротно околдовавший повелителя диких демонов, не принадлежащих этому миру и никакому другому. Иногда ночью, минуя сонную стражу, Вэнь Кэсин возвращался в то место, где впервые смог насладиться точеными движениями его рук, безукоризненными выпадами с мечом, забирающими жизнь. Незнакомец был великолепен в своей жестокости. И сейчас, стоя на самой верхушке того дерева, мужчина смотрел на песчаную дорогу: прошел год, сотни тысяч людей проходили по этой дороге, втаптывая пролитую кровь глубже в землю; не осталось ничего, что бы напоминало об этой битве. Только из треснутой ветки, на которой он тогда притаился, выросла еще одна. Возможно, она обозначает новое начало? Хотелось бы верить. Красный — цвет ярости, цвет крови, цвет злости, что вспыхивала в сердце когда-то маленького мальчишки, потерявшего родителей в ужасных обстоятельствах. Красный сопровождал мальчика всю его жизнь: сочащийся из открытых переломов отца, которые были творением его любимого учителя; застывший на маминых лопатках, когда озверелые призраки воткнули вилы в ее спину. При жизни изящная, нежная, любящая… Она лежала подле отца, давным-давно издавши свой последний выдох. Красные одежды прошлого Хозяина Долины, красные шелковые простыни, его собственные красные ханьфу, сверкающие золотыми и серебряными нитями во всем своем великолепии. Он окружил себя красным неосознанно, но так отчаянно хотел избавиться от него. Уничтожить все красные ткани, имеющиеся на горе Цинья, уничтожить всех призраков, носящих этот проклятый цвет. Его месть… Скоро она свершится. *** Чжоу Цзышу смотрел на то, как умирают его братья, единственные родные для него люди, не по крови, а по духу. Молодые парни падали наземь, смотря безжизненными глазами куда-то вдаль. Некоторым по двадцать, некоторым по восемнадцать лет. Все они были хорошими воинами, но не настолько хорошими как призраки, не видевшие дневного света на протяжении двадцати лет. Вырвавшиеся на свободу для выполнения поручения, они словно сошли с ума еще пуще, сметая все живое на своем пути. — Хватит! — выкрикнул Лорд, хрипя, не в силах остановить слезы. Призраки послушно застыли, тем не менее не выпускали пока еще живых воинов из своих цепких лап. На лице мужчины была написана вся боль, которую враги причинили ему своими действиями. — Что вам нужно? Почему напали на нас? — Наш повелитель желает видеть главу вашей никчемной организации, — глубоким голосом ответил один из призраков. — Это я, и я пойду с вами. При условии, что мои братья вернуться домой в целости и сохранности! — Лорд, нет! — Глава, мы будем сражаться с ними, не идите у недостойных на поводу! — Всем молчать! — приказал Цзышу, переводя взгляд на мужчину в изумрудных одеждах. — Согласны на такую сделку? Призрак повернулся к остальным и, пошептавшись, кивнул. Он не сопротивлялся, когда на него повесили кандалы, сковывающие руки и ноги. Не сопротивлялся, когда толкали в спину, заставляя идти быстрее. Послушно падал, когда его били кнутом под коленями. Он перестал считать количество ударов, которые наносили по ногам и по спине, рассекая дорогую ткань. Кровь окрасила его темно-синюю накидку, делая цвет еще более глубоким. Запах металла витал вокруг него, одурманивая рассудок. Чжоу Цзышу ненавидел кровь. Ее вид. Ее запах. Все связанное с кровью вызывало в нем отвращение. Но он шел; шел дальше, стирая ноги в кровь, не издав ни одного звука, ради своих молодых учеников, чтобы не дать им всем умереть, как когда-то позволил Цзюсяо. Призраки насмехались над ним, подшучивали над его покорностью, особенно один низкорослый и уродливый убийца: он постоянно хихикал. Цзышу выглядел спокойным, как скала, но внутри него бушевала гордость и ненависть. Он мог бы поквитаться с ними прямо сейчас, разорвать всех на части голыми руками, ведь меч у него отобрали. Но не стал этого делать… Лучше будет страдать в одиночку. Он совершил столько плохих поступков, убил столько невиновных людей по приказу Хэлянь И, что заслуживал самого жестокого наказания и болезненной смерти. Цзышу знал: сейчас он идет на смерть. Страшно не было. Мужчина чувствовал только облегчение. Он сможет, хоть в какой-то мере, искупить свои грехи и умереть наконец в ужасных муках. Вот чего он ждал, но его ожидания не оправдались…

***

Мимолетное счастье молниеносно сменилось злостью на лице Хозяина Долины. Быстро осмотрев пленника на наличие ранений, Кэсин с притворной радостью хлопнул в ладоши. Он продолжал хлопать, глядя на своих довольных подчиненных и вдруг, застыв, тихо спросил: — Кто это сделал? — Я, я! — рассмеялся счастливый призрак, ожидая похвалы. В следующую секунду Вэнь взмахнул веером, отсекая тому левую руку. — Ты бил его левой или правой рукой? — коротышка кричал, упав навзничь, прижимая обрубок к груди. — Отвечай! — Он бил его левой, левой, — нервно изрек Хэй У Чан, — Милосердный Владыка, Хозяин, Вы хорошо наказали его. — Не только он бил главу Тяньчуан, — выплывая из толпы, весело бросила девчушка в пурпурном платье. Она указала пальчиком на троих безымянных призраков, которые всю свою жизнь, не снимая, носили уродливые маски, — вот эти трое тоже. Пустив свой веер в полет, Вэнь Кэсин перерезал горло тем троим. — Гу Сян, почему ты была с ними? — Я возвращалась из темного леса, куда ушла искать тот редкий цветок по твоему приказу, Господин. Наткнувшись на них, я просто слилась с толпой, — девушка достала из пояса цветок неописуемой красоты: его желтые лепестки сверкали и переливались даже в темноте. Лорд Чжоу, опущенный на колени стражниками, не смел подняться. Но и не мог не следить за тем, что происходило. Этот мужчина. Почему он наказывает тех, кто бил его? Да еще и так жестоко… Цзышу не мог отвести взгляд от этого устрашающего монстра, который сейчас так бережно держал цветок; любовался им с полуулыбкой на лице, покручивая между пальцами. Хозяин Долины был совсем не таким, каким он его представлял. Видимо, информация о смерти прежнего Хозяина еще не попала в руки Тяньчуан. Но вот он тут, глава влиятельной организации наемных убийц; если он когда-нибудь выберется отсюда, то точно с увесистым списком фактов о Призрачной Долине. Словно вспомнив о чем-то, Кэсин встрепенулся и подошел к пленнику. Он аккуратно прошелся ладонями по чужим плечам и талии, нащупывая раны. — Гу Сян! Девушка, всегда понимающая своего хозяина с полуслова, начала выгонять заинтересованных призраков на улицу. Приказав страже никого не впускать в пещеру, она ушла, кинув последний взгляд на двоих мужчин, расположившихся прямо на холодном каменном полу. Кэсин осмотрел чужую спину и ужаснулся: его взгляду предстало кровавое месиво. — Я убью его… Убью, — зло прошептал он, останавливая свою руку в цуне от ран. Подхватывая мужчину на руки, словно принцессу, он нес его в специально приготовленные покои. Вэнь сам выбирал каждую вещицу, которую Цзышу мог видеть в этом помещении. Только нежный и глубокий голубой вокруг, никакого красного. Отбиваясь от навязчивого Хозяина Долины, мужчина вдруг понял: сил не осталось. Поэтому просто позволил нести себя на руках, чувствуя какое-то странное раздражение. Он не сказал ни слова. Не издал ни звука, когда его посадили на плетеный стул. — Не двигайся, — сказал захватчик, оставляя своего пленника совершенно одного, без стражи. Он что, совсем глупый? — подумал Цзышу, хмурясь. Вернулся странный мужчина с ведром теплой воды, тканью и какой-то корзинкой. Почти нежно хлопнул Цзышу по пальцам, когда тот потянулся к влажной ткани. — Я могу сам. — Нет, не можешь. Медленно стягивая разорванные кнутами одежды, он пытался сделать это максимально аккуратно. Но как бы Кэсин не старался, кровь, которая пропитала ткани, присохла к ранам и, наверное, весь этот процесс был невыносимо болезненным. Чжоу Цзышу все еще не издал ни одного звука. Это было достойно восхищения; Хозяин Долины незаметно улыбнулся, сидя за спиной у мужчины. Он распутал пояс, просовывая ладони под чужими локтями, и снял сразу же два слоя одежды. Лорд, непривыкший к такому, попытался возразить, но его перебили, когда первое слово не до конца слетело с губ. — Сиди смирно. — Почему ты делаешь это? — Цзышу задал вопрос, который его беспокоил весь вечер. Он слегка повернулся, чтобы взглянуть на своего мучителя. Мучителя ли? Но тот только ласково улыбнулся, потупив взгляд, не разрешая себе встретиться взглядом с прекрасным мужчиной, которого подвел. Сняв белую рубашку и откинув ее не глядя, Кэсин все так же молча принялся омывать каждую кровоточащую ранку на стройном теле Лорда. Обработав их какими-то необычно пахнущими мазями, мастер поставил бутылек рядом с кроватью. — Как мне называть тебя? Лорд рассмеялся. — Ты знаешь, что я глава Тяньчуан, но не знаешь моего имени? — То, что я его не знаю, не значит, что я не мог его узнать, — вкрадчивым голосом прошептал он, и внутренний голос Цзышу вопил «этот мужчина опасен». — Чжоу… — секундная заминка насторожила Кэсина, — Чжоу Сю. — Что ж, Чжоу-сю, думаю, ноги ты сможешь обработать самостоятельно? Не хотелось бы переходить границу дозволенного на нашем первом свидании и снимать с тебя штаны.

Свидании?!

Цзышу закашлялся и, когда пришел в себя, Хозяина Долины и след простыл.

***

В покоях, которые подготовил для него "Хозяин" лично (это он узнал от навязчивых служанок), было прекрасно все, кроме того, что даже капелька дневного света не могла сюда пробиться. Когда он пытался выйти из спальни дальше чем на три чжана, стража вежливо рекомендовала ему вернуться. Он хотел увидеть природу снова, подышать приятным ночным воздухом, а не той сыростью, которая преобладала в пещере. Лорд не ел еду, которую ему приносили, он не глупец. Даже если Хозяин Долины лечил его раны и наказал виновных, не значит, что его не попытаются отравить. На второй день он не удержался и выпил весь кувшин воды, выливая часть на лицо. Каждый день Цзышу приносили красивейшие наряды и уведомляли о том, что его просит к себе Повелитель. Но он сидел на краешке кровати, даже не поворачивая голову. Он пленник. Даже если мужчина лечил его раны, он все равно его пленник. И это не имеет значения, предоставили ему прекраснейшие покои или кинули бы в темницу. Он не будет идти у этого дикого зверя на поводу. Не так легко. Так прошли четыре дня; он был голоден, но это не то, что Цзышу не мог игнорировать. Глава Тяньчуан пришел сюда умирать, и, если это будет смерть от голода — так тому и быть. После воды он не почувствовал никаких изменений в своем состоянии, поэтому мог наслаждаться только ею. Кэсин звал своего пленника, но ни разу не прислал за ним стражу, чтобы того привели насильно. Также он ни разу не заявился лично, поэтому то, что он стоял сейчас на пороге покоев Цзышу, наверное, было плохим знаком. Когда мастер в своем длинном красном ханьфу переступил через порог, он удивился, увидев Цзышу сидящим на кровати в неестественной позе: прямая спина, слишком напряжен. Кэсин понял, что мужчина просидел так большую часть времени, скорее всего не ложился, только прохаживался туда-сюда, чтобы размять ноги. Его прекрасная медовая кожа проглядывала из прорезов на спине, и Вэнь Кэсин ласково улыбнулся, восхваляя вслух чужие лопатки. — Они хорошо заживают, продолжай обрабатывать каждый день. — Я не дотягиваюсь, — раздраженно вспыхнул Цзышу. — Прости, что пренебрегал тобой. У меня были важные дела. Но ты тоже виноват, не приходил ко мне, когда я звал. — Я не слуга тебе, чтобы являться по первому зову. — Все так, А-Сю. Я же могу называть тебя А-Сю? Ты совершенно потрясающий мастер, перед которым я должен вымаливать прощенье за неподобающее отношение моих подопечных призраков. Прости, А-Сю. Лорд застыл. Он не ответил ничего, лишь поднялся с кровати, чтобы поравняться ростом с "гостем". Он чувствовал себя ничтожным, разговаривая с этим мужчиной и смотря на него снизу-вверх. Они стояли близко, вторгаясь в личное пространство друг друга, и Цзышу отпрянул. — Не подходи ко мне так близко. — Меня зовут Вэнь Кэсин, если вдруг это тебя интересовало хоть раз, за то время, что ты живешь здесь. — Живу? — Цзышу презрительно рассмеялся, — я существую. Я пленник здесь. Он развел руки и покрутился, — Да, это прекрасные покои, все такое дорогое… Но кому оно нужно, если я не могу даже выйти на улицу воздухом подышать?! К концу своей тирады мужчина сорвался на крик. Хозяин Долины протянул к нему свою длинную изящную руку, нежно касаясь впалой щеки. — Почему ты не ешь? Ты похудел и выглядишь неважно, — тонкая нить беспокойства в его голосе показалась гордому главе насмешкой. Он фыркнул. — Чудовище,— выплюнул лорд с презрением. — Сколько ты еще будешь держать меня здесь? — А-Сю, ты же понимаешь, что пока ты здесь, твои братья в безопасности. Поэтому я прошу тебя, переоденься и приходи в мои покои, чтобы поужинать вместе. — Что, не нравится то, что видишь? — Цзышу указал на свою потрепанную и грязную рубашку. — Ты прекрасен в любом одеянии, а еще прекраснее будешь смотреться на красных шелковых простынях в моих покоях, сверкая наготой, — кокетливо, без заминки ответил Кэсин. — Но сейчас о другом. Я не хочу, чтобы ты заболел от того, что пренебрегаешь едой и мытьем. Лорд нахмурился, признавая правоту главы призраков и скрывая так свое смущение. Вот зачем он говорит такие вещи? Бесстыдник. Тот наклонился к Цзышу, обдавая ухо горячим воздухом, и прошептал: — Я буду ждать тебя. После того как Кэсин покинул покои, внутрь зашли мелкие призраки; они наполнили бочку горячей водой и встали возле двери, собираясь следить за мужчиной: мало ли что ему взбредет в голову, вдруг захочет утопиться? — Я и шагу не сделаю в сторону бочки, пока вы тут. — Но Господин приказал нам проследить за лордом. — Если я не спущусь к этому чудовищу на ужин, это будет ваша вина. Впервые за неделю он опустил ноги в обжигающую воду и почувствовал, как напряжение покидает его икры и лодыжки. Опустившись полностью, мужчина удовлетворенно выдохнул. Окунув ткань в воду, он выжал ее и вылил несколько капель какого-то мыла, которое оставил Вэнь Кэсин перед уходом. Принюхавшись, Цзышу уловил нотки лимона и ели. Приятный запах, дарящий умиротворенность, смешивался с запахом древесины, который поднимался вместе с паром. Насладившись приятной негой, ласкающей тело, мужчина слой за слоем облачился в подаренные одежды, отмечая хороший вкус этого выскочки. Разгладив несуществующие складочки, Цзышу посмотрелся в зеркало — действительно очень похудел. Он не тренировался вот уже 5 дней, и тело неосознанно рвалось в бой, даже не имея подпитки в виде еды. Лорд не хочет этого. Не хочет видеть его, не хочет выполнять его просьбы, не хочет слушать этот вкрадчивый голос, флиртующий совершенно бесстыдно. Не хочет понимать, к чему ведут эти намеки. Но… Он берет красивую черную шелковую ленту и собирает часть волос в высокий хвост на затылке. Охранники ведут его по тускло освещенным коридорам, и, ступая вот так, при полном параде, Цзышу выглядит действительно как красавец, коим провозгласил его Кэсин ранее. Их ужин — это действительно только ужин, несмотря на огромное количество двусмысленных взглядов и таких же брошенных полушутливых фраз. Цзышу понимает, чего от него хочет Вэнь Кэсин; то, как он плавно скользит по нему взглядом, заставляет лорда чувствовать себя не в своей тарелке. — Не насмотрелся еще? — резкие слова вылетают изо рта, прежде чем он успевает подумать, стоит ли говорить их вслух. — Мне всегда будет мало: мой А-Сю совершенен. Присутствие Лорда Чжоу не может не радовать меня, ведь я так долго искал тебя. Это «мой» прозвучало отвратительно приторно и Цзышу закатил глаза. — Зачем же ты искал меня? Зачем я тут? — Кэсин наклонился, с улыбкой смотря исподлобья на любопытного собеседника, словно решая, пришло время, чтобы раскрыть секрет, или нет. — Если я расскажу моему А-Сю, почему же он мне приглянулся, что я получу взамен? — Цзышу пораженно отпрянул, запахнув свой шэньи* под звонкий смех Хозяина Долины. — Ох, А-Сю, ты такой бесстыдник. Возможно, мне стоит озвучить то, что я имел ввиду. Мужчина легким взмахом руки открыл веер, обмахиваясь им почти игриво, — А-Сю, возможно, ты сможешь взамен на информацию есть еду, которую тебе приносят? Не переживай, что она может быть отравлена, потому что я готовлю ее лично, и близко никого не подпуская, — глава Тяньчуан пораженно уставился на Кэсина. — Если хочешь, я прикажу, чтобы служанка прямо перед тобой пробовала каждое блюдо. Они конечно слишком хороши для нее, но если это желание А-Сю, то так уж и быть… Когда нарочито сладкая речь повелителя горы Цинья закончилась, Цзышу не знал, куда себя деть. Так он, оказывается, каждый раз выкидывал еду, которую для него готовил лично Хозяин Долины? Это какой-то абсурд. Наверное, он спит и ему снится очень странный сон. Ущипнув себя за руку, он еще раз взглянул в поразительно доверчивые глаза Кэсина. Он красив. Безусловно. Высокий, хорошо сложен, а лицо было даже слишком идеальным: темные радужки карих глаз обрамляли длинные ресницы. Его длинные волосы мягко струились по плечам, ловя каждый проблеск света и сверкая золотом. Очень красиво. Лорд Чжоу понял, что засмотрелся, когда Кэсин захихикал, как подросток. С ним на удивление легко было общаться и это так раздражало. Он его захватчик. Не друг, ни в коем случае. — Лорд Чжоу, не знал, что тебе так приглянулось мое лицо. Если хочешь, можешь смотреть на меня целую вечность, ведь я буду смотреть на тебя в ответ. — Я согласен, — собеседник вдруг встрепенулся и тогда Цзышу уточнил: — согласен не выкидывать еду. Несмотря на то, что этот ответ был не таким, каким его представлял Кэсин, он довольно кивнул. И принялся рассказывать о том, как на забытых землях, среди высоких сосен он увидел нечто завораживающее. Мужчина смотрел сквозь стену, с мягкой улыбкой предаваясь воспоминаниям. — … И вот ты здесь, рядом со мной. Я впервые услышал твое имя из твоих же уст, и я счастлив прямо сейчас, наслаждаясь вкусной едой и крепким вином с тобой, А-Сю, — кокетливый взгляд из-под полуопущенных ресниц предназначался Цзышу, и он не смог игнорировать этот очевидный флирт, покрываясь мурашками по телу. — Почему ты такой бесстыдник? Хозяин Долины только улыбнулся, поднося к губам металлическую рюмку. После, отослав слуг и охрану, Вэнь Кэсин провожает лорда к его покоям и слышит в ответ: — Я бы дошел сам, или ты думаешь, что я смогу сбежать? — Я просто хотел побыть с тобой чуть дольше, — их взгляды слова столкнулись в беззвучной схватке: напряженный Цзышу и влюбленный Кэсина. Взяв сильную, покрытую рубцами руку мужчины, Хозяин Долины подносит ее к губам, нежно касаясь. Они не перестают смотреть друг на друга, и напряжение чуть-ли не сверкает молниями, в большей степени из-за злого взгляда лорда. — Я тебе не девица какая-нибудь! — кричит он вслед довольному Кэсину. Он смотрит на подпрыгивающего от радости молодого парня и вспоминает свои первые минуты в этой пещере, когда тот безжалостно убил троих подчиненных и отрезал руку одному из Десяти Демонов. Неужели это один и тот же человек? Ностальгия, застилавшая его глаза во время рассказа о прошлом, нежность, скользившая в его голосе. Забота, которой Повелитель горы окружал его, могло ли это все быть обычным обманом? Обман ради информации, которой обладает Цзышу. Скорее всего, это так. На сытый желудок засыпать легче, а после водных процедур кости уже не ломит на погоду. Раз уж он согласился есть еду, приготовленную Им, значит, если он ляжет в эту постель и вздремнет пару часов, ничего плохого не случится. Ведь так? Цзышу сам не заметил, как башня из его принципов начала шататься. Он думал, что нет ничего крепче, чем это каменное строение, но, как оказалось, есть на свете что-то, что способно уничтожить даже самую высокую крепость. Это «что-то» просто снесет с ее пути сильным порывом ветра, не заметишь даже, как рухнет все, чего ты так старался добиться, что взращивал в себе прикладывая невероятные усилия. Вэнь Кэсин был чудищем. Монстром, заботливо омывающим его раны. Тем, кто так нежно звал его по имени. Он был тем, кто расшатывал эту, когда-то самую крепкую, крепость. И Цзышу хотел сбежать, лишь бы сохранить часть своего благоразумия. Бежать что есть мочи, вперед, туда, где его ждут братья. Туда, к прежней жизни, полной разочарований и боли. Туда, где он потерял всех своих близких. Сбежать, лишь бы не смотреть в эти искренние глаза, сверкающие обожанием, лишь бы не слышать все эти услаждающие комментарии в сторону его фигуры и внешности. Лишь бы Вэнь Кэсин не засел у него глубоко в душе и сердце. Ведь он монстр: обаятельный, красивый, умный и сильный, не способный на чувства и любовь. Он может только убивать, пуская кровь своих врагов, смахивая красные капельки со своего белоснежного веера. По шелковым простыням так приятно скользить ногами, — подумал Цзышу, еще не до конца проснувшись. Он выспался наконец, и это ощущалось так хорошо. Поесть, выпить вина, поболтать с интересным собеседником и лечь спать, когда хочется, - разве это не лучшая жизнь? Цзышу не чувствовал запаха крови, не убивал уже целую неделю. И вот такая жизнь, как он выразился раньше, «в плену», была намного лучше, чем жизнь подле принца Цзина, который всячески манипулировал главой Тяньчуан. За полупрозрачной бумажной дверью скользнула фигура, и Цзышу укрылся по подбородок: он точно не готов был принимать гостей в таком виде. Но подумав, что лучше все-таки что-то накинуть на себя, Цзышу поднялся и запахнул вчерашний ярко синий шэньи. Незваный гость постучал о деревянную раму седзи** и, не дожидаясь ответа, отворил дверь, бесстыдно вломившись в чужие покои. — И что ты делаешь в моих покоях с самого утра? — Доброе утро, А-Сю. Я вижу, настроение у тебя хорошее, так что от прогулки не откажешься? — От прогулки по подземельям? — Вэнь Кэсин помотал головой из стороны в сторону. — Ты же хотел погулять по окрестностям? Давай я покажу тебе самые красивые места, о которых не знает никто, — глаза бесстрастного главы загорелись, а губы тронула мимолетная улыбка. — Подожди минуту, — не пытаясь выгнать Хозяина Долины за дверь, Цзышу зашел за полупрозрачную ширму, не скрывающую почти ничего, и начал снимать одежду, одновременно распуская волосы. Ширма, кажется, не была предназначена для таких высоких людей, потому что прямо сейчас, развратник Чжоу Цзышу открыл взору Кэсина свою длинную шею и широкие плечи. Тонкие выпирающие ключицы словно хотели быть зацелованными, и, не контролируя себя, Хозяин Долины подошел поближе. Лорд Чжоу, осознавая, что делает, продолжал спокойно одеваться, глядя мужчине в глаза. Его иссиня-черные волосы прикрывали часть лица, поэтому изящным взмахом кисти он откинул их назад. Кэсин сглотнул. Спрятав все, что могло бы притягивать взгляд помешанного Господина, Цзышу наконец вышел, присаживаясь перед зеркалом. Он взял деревянный гребень и, причесавшись, повязал ту же ленту, что и вчера. Кэсин наблюдал за этим какое-то время, поражаясь грациозности этого мужчины. Он подошел, вытаскивая из-за пояса милое украшение: на кожаных ремешках мерцали разной величины бусины. Задавая безмолвный вопрос, он повязал украшение поверх ленты несопротивляющемуся лорду. Приобняв за плечи, Вэнь Кэсин повел своего возлюбленного к выходу из сырой пещеры. Он собирался показать мужчине кое-что невероятное. Кое-что, от чего тот потеряет дар речи. *** Их прогулка действительно была увлекательной. Кэсин, как человек лучше всего знающий эту местность, много чего рассказывал Цзышу: о редких травах, растущих на самой вершине горы, о животных, которые иногда выходили на пение его флейты. Чтобы продемонстрировать, он усадил спутника на отсыревший ствол молодого деревца, в которое ударила молния, судя по всему, а сам вытащил из рукава нефритовую флейту и начал рассказ. И сколь разговоры с ним были невыносимы, столь прекрасна была его игра на инструменте. Изящные длинные пальцы порхали над отверстиями, извлекая совершенно новое звучание, кое Цзышу прежде не слыхал. Он забылся, плывя на ласковых волнах музыки, да так, что не заметил, когда лесная лань подошла к ним близко-близко, заглядывая в глаза с легким любопытством. Лани — пугливые животные. Кэсин — безжалостный убийца. Но его чистая, незапятнанная темным прошлым музыка может заколдовать даже животных. Да что там животных, она заколдовала самого Цзышу. Наблюдая за молодым Господином этих земель, Цзышу понимал: он не может видеть в нем только убийцу. Потому что Вэнь Кэсин некто более, чем просто горный монстр, обезумевший от одиночества. Он — заблудшая душа, так отчаянно тянущаяся к свету. Вечером, когда мужчины вернулись с прогулки длиною в день, Цзышу как будто тянул, не желая отпускать Хозяина Долины. Он махнул в сторону своих покоев: — Не хочешь выпить? — Хочу. — Тогда нам надо сначала раздобыть вино, — усмехнулся Лорд Чжоу, заставляя собеседника звонко рассмеяться. Свечи мерцали, отбрасывая причудливые тени на стены. Мужчины о чем-то громко спорили, ярко жестикулируя. Один из них, скинув свою алую накидку, остался в ханьфу такого же алого цвета. Тонкий пояс, коим была золотая цепочка, подчеркивал его талию, а под тканью, идеально прилегающей к спине и груди, ходили ходуном мышцы при каждом движении. Глава Тяньчуан завороженно наблюдал за подвыпившим Кэсином, растерявшим свою привычную величественность. Сейчас Хозяин Долины Призраков сидел перед ним, развратно расставив ноги, и доказывал что-то, громко ругаясь. Он был забавным и таким же притягательным. Чжоу Цзышу отвел взгляд, набираясь терпения. Этот мужчина не перестает его удивлять. — Ты собрался пить всю ночь? Смотри, на ногах уже не стоишь. — А-Сю, отведи меня в мои покои. А-Сю… А-Сю… — рвано выдыхал он, цепляясь за плечо своего избранника. — Чш-ш… Отведу, — тут же обняв пьяницу за талию, он сглотнул, впиваясь пальцами в податливую плоть. Кэсин отреагировал, простонав, и пьяно глядел на Цзышу с еще большим обожанием, чем раньше. — А- Сю, почему ты совсем не пьянеешь? — Потому что я взрослый мужчина, а не как некоторые. — Но мне двадцать шесть лет! — А мне двадцать восемь. Вот когда станешь таким же старым, как я, тогда не будешь пьянеть от безобидного вина. — Правда? — Цзышу кивнул, стараясь отстраниться от чужого лица, насколько это возможно. — Мой А-Сю совсем старый, — немного грустно пробормотал мужчина. Цзышу больно ущипнул того за плечо, наслаждаясь болезненным криком этого глупенького чудовища. — Если хочешь, чтобы я отвел тебя, просто молчи. С каждым новым днем они все сильнее понимали друг друга; в Долине стало сравнительно мирно: безумный Вэнь успокоился, встретив родственную душу, вот о чем ходила молва. Но жестокий мастер действительно не убивал никого с того дня, когда его возлюбленного привели к нему на коленях, всего в ранах. Он чувствовал сильную вину за те раны, которых Цзышу определенно не заслуживал, и не знал, как же ему извиниться перед мужчиной. Стараясь выполнять все его просьбы, Вэнь Кэсин убрал стражу от его покоев и теперь Лорд мог выходить на улицу, когда захотел. Они часто вместе выходили за пределы Призрачных владений, прогуливаясь по лесу, охотясь на диких зайцев и разводя костер под открытым небом. Однажды Кэсин, схватив Лорда за руку, потащил его к озеру. Он начал ловко сбрасывать одежды, слой за слоем, пока не явил взору Цзышу бледную кожу, покрытую паутиной синих венок. На теле Вэня было множество затянувшихся шрамов от плети, намного больше, чем у самого Цзышу. Скинув яркие одежды, он явил Лорду настоящего себя, так же, как и каждый день до этого: сбрасывал маски, менял представление Чжоу о мире, о любви, о природе. Хозяин Долины был невероятным. Раздражительным, болтливым, но прекрасным. Бросив мимолетный взгляд на Цзышу, Вэнь Кэсин забежал в воду, разбрызгав ее и попадая даже на своего спутника. Но тот не злился. Он медленно начал выпутываться из своей одежды, пытаясь успокоить бешено стучащее сердце. Прикладывая невероятные усилия, чтобы не прикрыться и не убежать под плотоядным взглядом Кэсина. Лорд вошел в воду спокойно, привыкая к ее температуре. Она была прохладной, но зато такой чистой, что можно было легко рассмотреть дно. — А-Сю, давай на перегонки? — сказал младший, уже разворачиваясь и готовясь к старту. — Лао Вэнь… Повернувшись, Хозяин Долины заметил напряжение Лорда и подплыл к нему. — Неужели ты не умеешь плавать? — Умею, просто… — он несмело погладил тонкие шрамы под сердцем Кэсина. — Ты мне расскажешь? — Это старая история, дело рук прошлого Хозяина Долины. А-Сю, не стоит волноваться из-за этого. Что было, то прошло. Мужчина немного успокоился, но решил спросить: — Ты убил его? — Да, — немедленно ответил Кэсин. — Тебя это беспокоит? — Нет… Нет. Он был очень плохим человеком, измывался над тобой. Рад, что он получил по заслугам, — Вэнь Кэсин, засияв глазами, словно бусинами, бросился к Лорду, обхватывая своими большими ладонями его тонкую талию. Он прижался к возлюбленному, совершенно позабыв о том, что на них ни клочка ткани нет. Мужчины, словно кусочки паззла, подходили друг другу; Хозяин Долины был достаточно силен, чтобы получить то, чего желал, но не хотел, чтобы все произошло так, без согласия. Поэтому он ждал, ждал и ждал. Будучи раздражительным и навязчивым, Вэнь Кэсин приходил к Лорду каждый день. Рассказывал ему захватывающие истории, или показывал красивые места. И он видел, как отношение его А-Сю постепенно менялось. А сейчас, когда они стоят, в чем мать родила, обнявшись… Чжоу Сю не отталкивает его. Он слегка смущен, но всем своим видом пытается показать, что это не про него. Кэсин обожает это. Эту черту характера он готов восхвалять в стихах до самой смерти, потому что легкий румянец, появляющийся на щеках мужчины, выглядит слишком прекрасно и развратно. — Вэнь Кэсин, скажи мне… — Лорд Чжоу немного нахмурился. — Почему ты… Никогда… — Почему не воспользовался шансом? — Да. Мужчина задумался на мгновение. — А-Сю. Я хочу тебя, безусловно. Но я хочу всего тебя. Хочу, чтобы твое тело принадлежало мне, — он провел по чужой груди, задевая коричневые бусинки сосков. — Но еще сильнее я хочу, чтобы твоя душа тянулась к моей душе, понимаешь? — Да… Да, я понимаю, — прошептал Цзышу и, привстав на цыпочках, подарил своему захватчику нежный поцелуй. Кэсин, не ожидавший от строптивого А-Сю таких решительных действий, пораженно глядел на мужчину. Желание было сильнее, чем благоразумие, поэтому он воспользовался ситуацией и ощупал чужие привлекательные выпуклости с хитрой улыбкой. Прижимая Лорда к себе сильнее, Хозяин Долины бесстыдно ласкал возлюбленного, оглаживая руками, скользя пальцами по ребрам, бокам и ягодицам, но в воде все ощущалось не так ярко. Будто прочитав мысли любимого, Кэсин подхватил того под бедра и вынес из воды, аккуратно укладывая мужчину на свою собственную накидку. — Одежда испачкается, — подал голос Цзышу. — Одежда меня сейчас волнует в последнюю очередь, — улыбнулся Вэнь Кэсин, даря еще один безумно сладкий поцелуй. Один из тысячи, или может быть из миллиона. Лежа на мягкой ткани, они сплелись руками и ногами, доставляя друг другу невообразимое удовольствие лишь потираясь и двигаясь навстречу друг другу. Вэнь Кэсин мечтал о том, что завладеет Лордом еще до того, как они познакомились; Чжоу Цзышу же, правда, пытался бороться с обаянием этого демона. Но сердце считало совершенно иначе, не прислушиваясь к мозгу. Он не мог сдержать трепет каждое утро, когда Кэсин приходил и забирал его завтракать. Все, о чем глава Тяньчуан мог бы мечтать, это уйти из этого удушающего места вместе с Хозяином Долины; возможно, они смогли бы стать странниками, которые бы не задерживались надолго в одном месте, познавая новые и прекрасные места. И, когда дорога им надоест, они могли бы осесть в наиболее понравившемся месте, где-нибудь, где всегда весна, где цветущие сады радовали бы взгляд предначертанных друг другу. Не доведя дело до конца, мужчины быстро накинули одежду, не заботясь о том, как небрежно они выглядят; без оглядки они покинули волшебное озеро и поспешили в пещеру, чтобы продолжить начатое. Дверь в покои задребезжала, когда Вэнь Кэсин прижал к ней своего мужчину. — А-Сю, почему же ты столь прекрасен, лишаешь меня самообладания, — прошептал молодой господин, ошеломленно разглядывая гладкую кожу, вид на которую открывался по мере снятия одежды. — Мы только прижимались друг к другу на берегу озера совершенно голые, не делай вид, что впервые видишь меня. — Не важно, сколько раз я уже видел А-Сю во всей красе, я никогда не перестану восхвалять его красоту, — немного обиженно ответил Кэсин, сразу же подхватил мужчину на руки и отнес его на кровать. — Почему ты меня всегда носишь на руках? — возмутился Лорд Чжоу. — Я умею ходить и уж точно не похож на юную девицу. — Ответ прост, — наслаждаясь прекрасным видом, раскинувшимся перед ним, фыркнул Кэсин. — Я хочу баловать тебя, носить на руках, целовать… Нельзя? — Мне неловко, — немного погодя сказал Цзышу, наблюдая за четкими выверенными движениями мужчины. Тот выпутывался из своего ханьфу куда более грациозно, чем сам Цзышу минутой ранее. И это действительно стоило внимания: под халатом отсутствовало нательное белье. Ткань, скользнувшая по сильным запястьям вниз, в считанные секунды оказалась возле чужих длинных ног. Теперь Чжоу Цзышу мог рассмотреть любовника, не отвлекаясь на переживания. Чужой взгляд вдруг потеплел, и мужчина неумолимо приближался к откинувшемуся на подушках Лорду. Его поступь была грациозна, словно поступь дикой кошки; этот человек был опасен, в ровной степени настолько же, насколько нежен. Вэнь Кэсин оседлал бедра Цзышу, держа рукой оба его запястья над головой. Он шептал какие-то смущающие глупости, чередуя с будоражащими поцелуями. Языком он вырисовывал на желанном теле узоры, которые были понятны только ему самому. — А-Сю… — дрожащий голос выдавал всю палитру эмоций, которую сейчас испытывал некогда бездушный Мастер Долины Призраков, — позволь мне подарить тебе удовольствие, кое ты еще никогда в жизни не испытывал. Чжоу Цзышу вынырнул из дымки возбуждения, затянувшей его сознание и одобрительно промычал, смешивая ответ со стоном. Скольких мужчин ублажал Вэнь Кэсин до того, как Цзышу появился в его жизни? Скольких целовал вот так, под коленкой, совсем уж ласково. Лорд Чжоу никогда не спрашивал, да ему и не интересно, ведь теперь он знает, что взгляды, которые принимает в дар от этого мужчины — абсолютно искренны. Своими умелыми руками младший откупоривает пузырек с маслом и, выливая небольшое количество в ладонь, согревает его, растирая между пальцами. Цзышу даже рад, что их покои находятся в пещере и дневной свет не попадает сюда, иначе он бы просто умер от смущения прямо в процессе. Кэсин, склонившись над пахом мужчины, сглотнул от предвкушения. Одна его рука успокаивающе покоилась на животе сжатого в маленький клубочек Лорда. — А-Сю, постарайся расслабиться, я не наврежу тебе, — прошептал Кэсин, целуя партнера в выпирающие косточки. Теплые влажные пальцы коснулись сжатого входа, и Лорд вздрогнул, но чужой горячий рот захватил его в плен спереди, сглатывая слюну и обхватывая Цзышу горлом еще сильнее. Это тянущееся удовольствие смогло отвлечь его от боли проникновения и, через долгих пятнадцать минут ласк, Лорд растерял весь рассудок, мыча от удовольствия, насаживаясь с удвоенной силой на длинные пальцы любовника. Выпустив естество Цзышу изо рта с громким причмокиванием, Кэсин соединил их взгляды, не отпуская чужой ни на секунду. Он кружил своим распутным языком по головке и длине, слизывая свою слюну, смешавшуюся с солоноватыми соками самого Лорда. Старший знал, что Хозяин Долины тот еще развратник, но и представить не мог, что действительно будет метаться по его постели, скуля от удовольствия. Вэнь Кэсин был ласков, действовал медленно, доводя любимого до исступления. Громкие стоны Лорда разносились на всю пещеру, отбиваясь от гладких каменных стен. Сегодня все узнают, что Чжоу Цзышу наконец-то принадлежит ему, сердцем и душой. — Лао Вэнь… Я готов. Даже услышав это, Кэсин чувствовал волнение, исходящее волнами от партнера. Он поравнялся с мужчиной, не разрешая ему отводить взгляд. Покрывая нежными поцелуями лицо, он взял изящную руку Цзышу и провел ею по своей груди, вниз, туда, где его возбуждение готово было извергнуться в любой момент от неосторожного движения. — Ты стал таким… Ублажая меня? — А-Сю, — его шепот послал стаю мурашек по коже Лорда, — я желаю слиться с тобой воедино. Хочу, чтобы этот первый раз ты запомнил на всю жизнь, потому что последующих будет бесчисленное количество. — Тогда действуй. Возьми меня, Лао Вэнь. Завладей же моим телом, пометь меня, сделай своим, — этот сбивчивый шепот, полный желания, не мог принадлежать Чжоу Цзышу, но других вариантов не было, потому что Кэсин застыл, не в силах вымолвить ни слова. Выныривая из оцепенения и рыкнув, младший набросился на беззащитную шею любовника, покрывая ее укусами и влажными поцелуями; втягивал кожу посильнее, оставляя багровые следы на нежной коже. — Ах! Шиди… Рука Цзышу все еще скользила по плоти, размазывая сочащуюся естественную смазку, и Кэсин, вылив вторую порцию масла на пальцы, смазал себя, вздрагивая от приятной ласки. Если все так продолжится, то он слишком долго не продержится. — А-Сю… — шепча любимое имя словно в бреду, он, наконец, очень медленно скользнул в тесную глубину любимого тела. Чжоу Цзышу прикусил губу, неотрывно наблюдая за тем, как Вэнь Кэсин медленно погружается в него. Мужчина выдохнул с облегчением, когда понял, что он действительно принял его в себя, хотя пять минут назад это казалось невозможным. Его тело сотрясало крупной дрожью; слезы притаились в уголках глаз, не успев скатиться. «Бесчувственный» Хозяин Долины бережно сжимал его в своих объятиях, успокаивая, и это ощущалось бесконечно хорошо. Чжоу Цзышу отпустил себя, позволил крепости пасть, и он еще никогда не был настолько счастлив. Рука Вэнь Кэсина лежала на груди Лорда, когда он почувствовал чужую энергию, проходящую сквозь меридианы; она нежно окутала его сердце и распространилась по венам, залечивая раны. Мужчины плавно покачивались на волнах удовольствия, но с каждой минутой движения становили более быстрыми и рваными. Схватив Чжоу Цзышу за талию, Кэсин приподнял его над кроватью, вколачиваясь словно дикий зверь. Лорд, забывшись в удовольствии, не слышал своего собственного сбивчивого шепота. — Еще… — умолял он. — Еще, пожалуйста, сильнее… Ах-х-х! Белая вспышка перед глазами уносила сознание куда-то вдаль, и они оба без сил упали на влажные от пота простыни. По скомканной шелковой ткани то тут, то там тянулись затяжки, оставленные ногтями одного пылкого любовника. Мечта Кэсина о том, чтобы выкинуть это красное безобразие наконец-то осуществится. Проваливаясь в сон, Хозяин Долины услышал тихий шепот: — Мое настоящее имя — Чжоу Цзышу.

***

Проснувшись, Вэнь Кэсин понял, что никто не согревает его в теплых объятьях, хотя засыпал он, определенно, на груди А-Сю. Неужели он… Ушел? Боль текла по венам, словно яд, и чем больше он двигался, тем сильнее яд стремился к его сердцу. Быстро собравшись, мужчина бросился по темным коридорам, оглядываясь, надеясь увидеть его. — А-Сю… Не уходи… Не оставляй меня теперь, когда я знаю насколько сладки твои поцелуи и отзывчиво тело. Слезы застилали глаза. Он должен был догадаться, что это случится. А-Сю считал себя пленником. Он никогда не любил его. Все его взгляды были фальшивкой? И вчерашний жар тела тоже был ложью? — Господин, что вы тут делаете? — Гу Сян опустилась на колени, прикладывая ладонь ко лбу мужчины. — Скорее идите к себе в покои, а то сюрприз не удастся. Что? Он, кажется, что-то неправильно расслышал. — Какой сюрприз? — Пурпурный Призрак заикнулась, чтобы рассказать, но, закрыв рот обеими руками, помотала головой: мол, не скажу. — Чжоу Сю? — и опять лишь кивок в ответ. — Кто твой господин: он или я? В голосе Хозяина Долины звучали нотки обиды, но еще больше облегчения. — Он мой братик! Входя в свои покои, Вэнь бросил взгляд на стоящего спиной к нему Лорда Тяньчуан, колдующего над чем-то. Выдав свое присутствие шелестом ткани, он заставил одного проказника повернуться. — Чжоу Сю, я не желаю больше просыпаться в одиночку, понимаешь? Голос задрожал, а руки болезненно сжались в кулаки, оставляя белые следы-полумесяцы на ладони. — Мое настоящее имя — Чжоу Цзышу, — сказал мужчина, вкладывая в руки ничего не понимающего Кэсина светящийся цветок, опущенный корнями в стеклянный флакон с водой. — Цветок умер, потому что корни были повреждены. Этот не умрет. — Чжоу… Цзышу? Внезапный приступ головной боли ударил исподтишка, совершенно неожиданно заставляя хозяина этого тела упасть на колени. — Ты действительно Чжоу Цзышу? — закашлявшись, Вэнь увидел, как кровь оставляет свои безжалостные следы на полу его покоев. Красный совершенно ему не идет. Кэсин улыбнулся, откидываясь на крепкую сильную грудь любимого, сжимая в руках бутылек с желтым цветком. В глазах Цзышу плескалось беспокойство, и он не знал, в чем причина того, что Кэсин отреагировал именно таким образом. — Все в порядке, это из-за воспоминаний… Я вспомнил тебя. Воспоминания безжалостны. Они не щадят никого, всплывая в подсознании в самый неподходящий момент. Кем эти двое станут? Странниками? Куда отправятся? Куда проведет их тонкая, извилистая тропа жизни? Несмотря на то, какой путь они изберут, они уже стали друг для друга самыми важными людьми в мире. Будущего Вэнь Кэсин не мог предсказать, но он знал: будут жить или умрут — они будут вместе, невзирая на обстоятельства. — Скажи мне, почему твои братья не бросились тебя спасать сразу же, как только ты тут оказался? — Потому что я им приказал так сделать. Приказы не обсуждаются, — Кэсин засмеялся. — Какой же у меня, все-таки, властный мужчина. — А ты как думал, — нежно прошептал Цзышу, промокая окровавленные губы рукавом. * Шэньи — Длинный мужской халат, неформальный ханьфу ** Седзи — раздвижная бумажная дверь с прочным каркасом из древесины или бамбука.