Золотом глаза твои изумрудные

Джози и Лиззи, Рик, Кэролайн и многие другие. Она не знала, когда она увидит их в следующий раз. — Не прощаюсь, — ухмыльнулась Джессика и села в машину, окончательно отрезая себе пути отступления. А увидит ли она их вообще...

***

— Собственно, из свободных комнат рекомендую именно эту, — экспертным тоном резюмировала Хоуп, — она и больше, и светлее, и вообще уютнее, да и через окно сможешь сбежать при случае, там это делать удобнее. — Не собираюсь я сбегать, — хмыкнула Джесс. Майклсонов могли рисовать какими угодно ужасными монстрами, но уж вкус у них был несомненно. — Я так понимаю, это оригиналы? — поинтересовалась Джессика, кивая на развешенные на стенах картины. Она бы ни за что не поверила, что Майклсоны могут хоть на одну из стен своего дома повесить подделку, даже если бы она была наилучшего качества. — А как иначе? — предсказуемо ответила Хоуп, заметно повеселевшая. Комната и вправду была ничего себе даже в сравнении с остальными. Конкретно в её интерьере было меньше каких-то вычурных и пафосных элементов, а преобладающий над остальными пастельный зелёный цвет оказывал расслабляющий эффект. — Я тут какое-то время жила, пока в основной комнате делали полноценный ремонт, — невзначай добавила Хоуп. — Неудачный магический эксперимент? — вскинула бровь Джессика. — Неудачный магический эксперимент, — тяжело вздохнула Майклсон. — Не помешаю? Каким бы ни был мягким голос стоявшей в дверном проёме Ребекки, обе ведьмы невольно дёрнулись от неожиданности. — Я... ненадолго, — тон Первородной был... Извиняющимся? Джесс ничего не смогла сделать, кроме короткого кивка — что говорить, она не знала. Ребекка сделала пару шагов и опустилась в мягкое кресло, на которое Джесс не обратила до этого особого внимания. — Вы присаживайтесь, в ногах правды нет, или как там говорят, — улыбнулась Первородная. Джессика кинула растерянный взгляд на Хоуп. Получив от неё ободряющую улыбку и лёгкий кивок головы, она села на край кровати, сцепив руки в замок. — Нервничать в такой ситуации — нормально, — понимающе произнесла Ребекка, тоже не особо расслабленная. На несколько секунд, показавшиеся Джессике вечностью, в комнате повисла тяжёлая тишина. — Ты этого пока не помнишь, — вновь заговорила Майклсон, — но в прошлой жизни... Даже больше, чем в одной... "Умоляю, хоть бы там что-то хорошее было", — пронеслось в черноволосой головке. — Мы с тобой были подругами. Джессика слегка выгнула бровь. — С моей стороны это точно выглядело, как дружба, — неуверенно добавила Ребекка. — То есть это всё-таки правда? — вклинилась Хоуп. Ребекка утвердительно кивнула. Хотя Джесс, конечно, и раньше поняла, что хотя бы отчасти Клаус не врал, уж больно красноречивы были выражения лиц Майклсонов. Так обычные люди смотрят на призраков, в которых никогда не верили, но впервые увидели в своей комнате — шок, приправленный страхом. А Первородные кого попало не боятся... — Я просто хотела сказать то, что, как мне кажется, тебе нужно сейчас услышать, — продолжила Ребекка, глядя в зелёные глаза девушки, — чувствуй себя, как дома. — Но не забывай, что ты в гостях? — с ноткой грусти продолжила фразу Джессика. — Я была бы рада, если бы наш дом стал и твоим домом, — абсолютно серьёзно ответила Ребекка. Не дождавшись ответа, она встала и направилась к выходу. Задержавшись в дверях, она повернулась и добавила: — Приходи сегодня на ужин, хоть познакомишься со всеми нормально. — Хорошо, приду, — сдержанно ответила та, напрягаясь ещё больше. — Здесь ты в безопасности, Джессика, никто не навредит тебе, можешь не переживать, — уверенно произнесла Майклсон, прежде чем выйти. Ещё минуту в комнате царила тишина.

***

День прошёл в тревожном ожидании вечера. Он тянулся, словно жвачка, которую Джессика жевала уже минут десять, пытаясь хоть как-то унять свою нервозность. Вещи, коих было немного, уже были разложены, а других дел в пределах комнаты она найти не смогла. Да, у неё с собой были книги, на полках стояли некоторые книги из старой подборки Хоуп, книги в одном из ящиков, но какой во всём этом смысл, если приходится перечитывать по пять раз одну и ту же строчку, потому что ни единой мысли не задерживалось в голове дольше пары секунд. — Мда уж, только я могу быть слишком тупой для интересного ничегонеделания, — грустно усмехнулась Джессика, откладывая книжку на стол. Она вновь уставилась в потолок, безвольно лёжа на кровати. Снедаемая тревогой и чувством бессилия, Джессика не услышала, как в комнату тихо вошли. — Хэй, Джесс, мы там ужинать собираемся, пошли, — позвала её Хоуп. — Иду, — пустым голосом ответила та и резко встала. — Переодеваться не будешь? — выгнула бровь Майклсон, окидывая подругу оценивающим взглядом. — Не, мне лень, — отмахнулась та, поправляя толстовку, в которой приехала из Мистик Фоллс — одежду с дороги действительно не было желания переодевать. — Ладно, пошли уже, — вздохнула Майклсон и, не дожидаясь подругу, направилась к лестнице на первый этаж. Собрав остатки воли в кулак, Джессика последовала за Хоуп.

***

Стол был накрыт во внутреннем дворе (Джессика не была уверена насчёт этого, но крыши над ними не было). Еда и напитки были на разный вкус, но больше всего ей понравился аромат свежей печëной курочки. Сглотнув голодную слюну, она подняла глаза, встречаясь взглядом с сидевшим во главе стола Клаусом. — А вот и наша гостья, — довольно улыбнулся тот, сразу вставая со своего места. — Добрый вечер, — сухо ответила Джессика, чувствуя, как подскочил пульс. — Присаживайся, не стесняйся, — вальяжно произнёс Первородный, отодвигая стул напротив своего — на другом конце стола. На негнущихся ногах она подошла ближе и опустилась на предложенное место, не сумев выдавить из себя ни слова в ответ. К счастью, ответа Клаус и не ждал. Он спокойно вернулся на своё место и взял бокал вина. — Немного сокращу ваше знакомство и представлю тех, с кем ты знакома не была, по крайней мере в тех жизнях, когда ты пересекалась со мной, — бодро произнёс Клаус, указывая на сидящих за столом, — моя старшая сестра Фрея, тоже древняя ведьма, по вопросам магии можешь обращаться к ней. Почти болезненно худая блондинка поправила прядь волос и поправила брата: — Вообще-то мы знакомы, пересекались во время некоторых моих посещений школы. Её Джессика действительно не раз видела, когда та приходила навестить Хоуп. Никто так часто из Майклсонов не приходил в школу, как "тётушка Фрея", как называла её Хоуп. — Что ж, тем лучше. Так вот. Это её жена Килин, это жена Коула Давина, — продолжил Клаус уже без уточнений, — а с остальными ты уже будешь знакомиться не в первый раз, тут уж мешать не буду. — Как меня звали? — наконец выдавила из себя тихо Джессика. Повисло напряжённое молчание. — Ну... Ту меня, которую вы знали, — неловко продолжила он. — Амаранта. В близком кругу — Амара, — всё же ответил Клаус, на сей раз абсолютно серьёзно. — Кем я была? — задала новый вопрос Джессика, так и не приступая к еде. — Величайшей ведьмой из всех, кого я знал. — Значит я могу изучить свою биографию в какой-нибудь книге про историю? — выгнула бровь девушка. На лице Клауса промелькнуло замешательство, как будто его застали врасплох. — Не думаю... что ты готова к этому, — после некоторого молчания неуверенно ответил он, после чего вновь натянул на лицо улыбку, — к этому мы вернёмся позже, сегодня только вечер знакомств, пока не загружай свою очаровательную головку лишней информацией. — Лишней? — с явным раздражением переспросила девушка, встречаясь с Первородным взглядом. — Лишней, — твёрдо повторил тот, не прерывая зрительный контакт, — думаю, будет более разумно дать тебе хотя бы неделю привыкнуть к новому месту, к новой... — он жестом показал на сидящих за столом, — компании. А потом вернёмся к причине твоего пребывания. Джессика мрачно хмыкнула и окинула взглядом Майклсонов — все были напряжены если не сильнее её самой, то как минимум на том же уровне. — Не волнуйся, эту неделю можешь делать, что хочешь, ходить, где хочешь... Ну... — Клаус на секунду задумался, — Ребекка проведёт экскурсию по дому, что ты знала, где что находится, а куда заходить нельзя, а особняк можешь покидать только в сопровождении кого-то из нас или с охраной. Нет, Хоуп, ты не считаешься, — ответил он на вопрос, который дочь явно хотела ему задать, — если вдруг тебе что-то понадобится купить — не переживай, я тебе через Хоуп потом передам карту. — Столько заморочек... — буркнула Джессика себе под нос. — Можешь считать, я тебе устроил неделю каникул. А сейчас — приятного аппетита... Джессика. Больше не сказав ничего, он приступил к еде и словно забыл о гостье. Джессика же чувствовала, как по спине пробегают мурашки, а тревога ледяными тисками сжимает сердце.

***

— И, разумеется, у нас есть подвал, но я сильно сомневаюсь, что ты горишь желанием его осматривать, — саркастично усмехнулась Ребекка. Джессика даже смогла выдавить из себя некое подобие улыбки. От Клауса ей становилось жутко, но его младшая сестра была просто душкой. — Я так понимаю, с экскурсией закончили? — раздался позади Джессики мужской голос. — Это Коул, — представила Ребекка брата и обратилась уже к нему, — потерпи ещё минуту. Джессика нахмурилась. — У меня есть предложение, как нам можно будет нормально познакомиться в спокойной обстановке, Ама... Джессика, — быстро поправилась Ребекка, — как насчёт прошвырнуться завтра по магазинам? Обновление гардероба тебе явно не помешает. Брюнетка ухмыльнулась. Она не была любительницей долгого шопинга, но гардероб она и сама планировала обновить, а сблизиться с Беккой ей было нужно. Кто знает, вдруг позже ей это пригодится при взаимодействии с Клаусом. — Идёт, — улыбнулась она Ребекке, отчего настроение последней явно поднялось. — Тогда до завтра, Джесс, — попрощалась она, в этот раз сразу произнеся нужное имя, и бодрым шагом направилась к себе, обронив напоследок, — Не засиживайтесь надолго. — Значит, в этот раз ты у нас Джессика, — хмыкнул Коул, подходя ближе, и протянул руку, — Коул Майклсон. — У тебя тоже есть какое-то предложение? — вздёрнула бровь девушка, пожимая руку собеседника. — В видеоигры играешь?

***

Прошло 6 дней. Клауса, к своему удивлению, Джессика почти не встречала. Лишь изредка видела его, проходящего по коридору, да ловила порой на себе его тяжёлые взгляды, от которых мурашки пробегали по спине да ускорялся пульс. Она уже десятки раз успела пожалеть о том разговоре в парке, о своих мыслях о том, насколько привлекательным он показался ей тогда. Лишь раз за это время они перекинулись парой фраз. — Нравятся? — мягко спросил он на третий день её пребывания, увидев, как девушка рассматривает картины на стенах. Вздрогнув от неожиданности, Джессика повернулась к Клаусу, прислонившемуся к косяку дверного проёма. — Это картина моего любимого художника, — постаралась ответить Джессика спокойно, но предательский пульс уже начал ускоряться. — Могу написать что-нибудь специально для тебя, — ухмыльнулся Майклсон, отрываясь от стены и делая пару шагов в сторону собеседницы. Джесс понадобилось секунд десять, чтобы переварить услышанное. — Так это... твой псевдоним? Клаус лишь ухмыльнулся шире вместо ответа и подошёл ближе, остановившись всего в паре шагов. — Что ж, у тебя было много времени для практики, — тихо произнесла девушка, делая шаг в сторону от Первородного. Тот, вероятно, понял намёк, поэтому ближе больше не подходил. — Уже позднее время, я пойду спать. Доброй ночи, — скороговоркой произнесла Джессика и поспешила удалиться. На часах тогда было всего 9 вечера.

***

Что же касается остальных членов семьи, более близкое знакомство прошло достаточно гладко. С Килин они перекинулись парой фраз, после чего та уехала по каким-то делам в другой город, пожелав на прощание "удачи с этой отмороженной семейкой". Давина с Фреей (и чисто за компанию хвостиком увязалась Хоуп) пригласили её на "маленький ведьминский междусобойчик" с вишнёвым пуншем и тортиком, где они не обсудили ни одно заклинание, зато сошлись во мнении, что история с реинкарнациями слишком уж мутная, и Джессике надо быть осторожнее. Причём не только с Клаусом (который даже в обычное время себе на уме, а сейчас вообще ходит так, словно планирует захват мирового господства), но и со всей этой темой в принципе. Узнать от них о "величайшей ведьме" из слов Клауса не получилось — они и сами не особо понимали, что, собственно, надо искать. С Коулом она нашла общий язык за видеоиграми, коих у него было вагон и маленькая тележка. С ним, по факту, было просто вести диалог — надо всего лишь разговаривать, как с ровесником, а в голове помнить реальный возраст. Что до Бекки, то с ней было проще всего — она сама делала максимум, чтобы наладить отношения, и как будто даже больше. Она обращалась с ней так, словно её племянница не Хоуп, а она — Джессика. Правда проблема с ней всё же была. — Почему ты так часто предлагаешь мне что-то зелёное? — усмехнулась Джесс, когда Майклсон передала ей очередную зелёную кофту на примерку. — Амара обожала зелёный, — на автомате ответила Ребекка. Пусть девушка виду и не подала, но слова задели её. Потому что её любимый цвет — глубокий синий. Потому что Ребекка даже не спросила Джессику, ведь она не была ей особо нужна. А нужна ей была Амара.

***

По словам Хоуп, Джесс успела познакомиться со всей её семьёй, кроме двоих — Марселус Жерар и Элайджа Майклсон. Первый — решал какие-то вопросы в Нью-Йорке. Второй — помогал ему в этом, параллельно находясь в поисках какого-то артефакта для Клауса. Оставался лишь день из отпущенной Клаусом недели, когда вышеупомянутые вернулись в Новый Орлеан. — Всем добрый вечер, — поздоровалась Джессика, уже по привычке спускаясь к ужину. Разговор за столом резко оборвался, и только сейчас девушка увидела двоих мужчин, что были ей незнакомы. — Вот же срань... — тихо выругался крепко сложенный мулат, сверля её глазами, — так об этом Клаус говорил? — Представляю вашему вниманию нашу почётную гостью — Джессику Паркер, — торжественно объявил Клаус, встав из-за стола и приобняв за плечи девушку, всё ещё пребывавшую в ступоре. Джесс еле подавила мгновенно возникшее желание — оттолкнуть Майклсона. Кроме очевидной вежливости, которую с Клаусом лучше было применять сверхмеры (если хочется сохранить здоровье или хотя бы жизнь), она ощутила приятный прилив тепла, на несколько секунд забыв об осторожности и необходимости держать дистанцию. "Чёрт бы тебя побрал, какого хрена ты такой тёплый, ты же грёбанный вампир", — выругалась мысленно девушка, встречаясь взглядом сначала с мулатом, затем с другим мужчиной, который определённо был тот самый Элайджа, если судить по дорогущему костюму. И если в глазах Марселя было удивление, смешанное с восхищением, то у Элайджи Джессика уловила страх. Безумно сильный страх, щедро приправленный горечью.