откровения

Ади давно не ощущал себя настолько уязвимым. Да, съязвить, высмеять, подшутить — это все обыкновенно, если это звучит из его уст, и это все обыденно для его персоны, так как в юном возрасте он претерпевал и не такие ситуации, но, черт возьми, чтобы над ним подтрунивал какой-то... Ангелочек?! Демон слегка щурится, машинально отталкивает плечом пытающуюся вернуть его в сознание Мими, проводит языком по собственному ряду зубов и, подходя к парню, посмевшему вообще открыть рот в его сторону, протягивает: — Что ты сейчас сказал? — Я сказал, что такой самовлюбленный и избалованный болван не имеет права прикасаться к бессмертным, поддерживающим честность и порядочность на земле, — ангел напротив выдерживает его взгляд и, кажется, совсем не ощущает страха или нервозности. И Ади это начинает порядком раздражать. Кажется, в свое время за подобное выступление в несколько другом ключе его ощутимо быстро опускали с небес на землю, как иронично это бы ни звучало. Теперь же демон ощущает, что, словно предвестник тяжелой и суровой реальности, должен возложить этот удушающий камень и на этого смельчака, что на первый взгляд кажется таким решительным и самонадеянным. Он невольно окунается в воспоминания, когда каждый пережитый год казался ему сущим адом, что не был сравним с его домом в Преисподней. Каждый день, в который он силился преодолеть себя и пройти через те болезненные ощущения, что приносили ему чужие взгляды, мнения, осуждения. Ади видит в глазах ангела частичку себя, которую он сумел заполучить лишь благодаря продолжительным страданиям и выученным ошибкам, а потому в его сердце просыпается новое, ранее не испытываемое чувство. Ангел в свою очередь не отрывает от него взгляда и решительно хмурит брови, чуть приподнимая голову, явно указывая на то, что он не успокоится, пока проблема не решится в его пользу. Ади сжимает кулаки — чувство зависти и восхищения, чувство неимоверной злобы и желания. Он смотрит в чужие серо-голубые глаза и впервые не понимает, как действовать в такой ситуации. — Что ж, если ты выступаешь за целомудрие и неприкосновенность этих двуличных овечек, — яростно выпаливает он, однако даже не двигается с места, несмотря на переполняющие его эмоции. — Попрошу попридержать свой язык... — Попрошу не перебивать меня, — обрывает его демон, все же делая шаг вперед и ощутимо впечатываясь лбом о лоб брюнета. — В таком случае, небесный герой, ты будешь расплачиваться своим бесстрашием и смелостью сам. Парень в ответ в сердцах отталкивает его руками, заставляя Ади неуклюже попятиться назад, но в конце концов замереть на месте и бросить на ангела очередной, ненавистный взгляд. Несмотря на внешнюю привлекательность, сейчас этот бессмертный вызывал в Ади лишь одни отрицательные чувства. — С какой стати я стану потакать тебе, а, чертов демон? — при этих словах рыжеволосый невольно вскидывает одну бровь. — Несмотря на то, что Шепфа породил меня таким, я не уступлю ни единому потомку ада — в стойкости и решительности уж точно, — стоящий позади него ангел в этот момент боязливо сжимает его предплечье и зовет по имени, словно пытаясь избежать происходящего, оставить зачинщиков в покое, но Сэми только ведет плечом, словно отмахиваясь от знакомого. Ади довольно смеется в ответ, окидывает взглядом собравшихся вокруг зевак и, благодаря последним, ощущает, как глубоко сокрытые старые раны начинают неожиданно напоминать о себе слабой, тупой болью. Нет-нет-нет, он пресечет это на корню. Он сломает его, сделает, что угодно, но останется тем горделивым и бесшабашным, развязным Ади, которым его привыкли видеть другие. Которого боятся все ангелы и уважают все демоны. — В таком случае, я выбью из тебя всю спесь, а потом ты будешь вынужден играть по моим условиям, — его глаза загораются неистовым огнем, а тело невольно подается вперед. Последним делом, пребывая еще в сознании, в состоянии оценить происходящее, Ади слышит сорвавшийся крик Мими и удивленные глаза Сэми, что никак не ожидал последующего крепкого удара кулаком.

***

Ади уже некоторое время рассматривает невинную мордашку бессознательного ангела, что будто бы провалился в недолгий сон — расслабленно склонил голову к собственному плечу и размеренно вдыхал и выдыхал воздух. Его некогда заправленная кзади темная челка теперь спадала к переносице, а несколько длинные для парня ресницы едва вздрагивали при каждом новом выдохе. Ади невольно задерживает взгляд на розоватых губах Сэми, в конце концов поднимаясь с места и подходя к небольшому столику в центре комнаты. Он берет со стола стакан, наполовину наполненный водой, все так же не отрывая взора от бессмертного, медленного выпивает содержимое, а после, хватая графин, выливает всю жидкость стеклянного сосуда одним резким движением в сторону брюнета. Тот моментально приходит в себя, машинально фыркая и крутя головой из стороны в сторону. Он пару раз моргает ресницами, пытается сфокусировать взгляд и вскоре ему это удается. — Начнем? — протягивает Ади, стараясь держать при этом хладнокровное выражение лица. Сэми дергает руками и только сейчас ощущает, как запястья сковывает что-то достаточно крепкое. Заметив промелькнувший страх в глазах парня, Ади довольно хмыкает, но в ответ не спешно приближается к нему и, садясь на корточки, уточняет: — Сейчас сниму. Я хотел убедиться, что ты не проснешься и не сбежишь раньше того времени, пока я был занят. Ади несомненно врет — все это время он находился рядом с Сэми, бесстыдно изучая его даже самые непримечательные части тела. Брюнет чувствует, как освобождают руки, но, к несчастью, от долгого пребывания в одной позе, те ощутимо затекли и теперь отдавали нарастающей болью и покалываниями. Он медленно растирает их и безэмоционально произносит вслух: — Я сдерживаю свое слово. Несмотря на то, что ты повел себя как настоящий трус, даже не предупредив о начале драки, я принимаю поражение. Ади хочет схватить его за щеки и заставить проглотить все слова обратно, но на деле только пару раз вдыхает и выдыхает воздух, позволяя Сэми довольствоваться имеющимися свободными минутами. Тем временем ангел продолжает: — Знаешь, меня совсем не волнует, что ты со мной сделаешь. Да, ты - демон, но, что иронично, ты слаб и беспомощен. Ты чувствуешь внутреннюю неполноценность и боишься признать это не то что окружающим — даже самому себе. — Заткнись. — Нет, правда, — Сэми поджимает губы. — Ты ведешь себя словно ребенок: пытаешься кому-то что-то доказать, запугать слабых и расположить к себе сильных. Ты понимаешь, что это выглядит жалко? Ади бьет кулаком о стену рядом с головой Сэми, но тот даже не вздрагивает в ответ. — Ты ничего обо мне не знаешь. — Я вижу тебя насквозь, Ади, и понимаю, что тебе нужна помощь. Демон шокировано расширяет очи: он видит в глазах напротив неподдельную тревогу вперемешку с этой чертовой жалостью, и это становится контрольной точкой. — А теперь послушай меня, Сэми, — язвительно зовет он его по имени, принимаясь медленно расстегивать рубашку парня. — Ты вызвался защитить своих собратьев — по крайней мере, так ты видишь это со стороны. Ади вынимает последнюю пуговицу и, отбрасывая края светлой рубашки в сторону, одним крепким движением обхватывает двумя руками талию Сэми, ощущая, как мышцы в этой области напрягаются сильнее. — Ты считаешь, что я лишил девственности половину потока вашей ангельской своры, но, спешу разочаровать тебя, мой наивный, — эти жалкие и лицемерные тела успели вкусить и мои друзья постарше. При этих словах Сэми ожидаемо морщится в ответ, однако Ади, к своему удивлению, ощущает не внутреннее ликование, а несколько противоположное тому чувство. — И этим я пытаюсь сказать тебе, что твои "друзья, товарищи, коллеги" — называй этих подстилок как угодно твоей душе, нисколько не сопротивлялись тому, что с ними проделывали мои знакомые. Ади, не отрывает от ангела взора, легким движением расстегивая чужие штаны и выпутывая единственную пуговицу на джинсах. — Ты бывал на заброшенном поезде? Сэми чуть кивает в ответ. — А ты слышал о таком понятии, как "Ночь Глифта"? И снова кивок. — Однако, судя по всему, такой невинный и храбрый ангелок вряд ли бывал на подобных мероприятиях, — Ади одной рукой стягивает джинсы брюнета несколько ниже, а большим пальцем второй руки с наслаждением ведет по розоватому ореолу оголенного соска, вызывая у Сэми сдавленный вздох. — Что ж, поясню: это самая грязная и отвратительная оргия, которая когда-либо творилась на безобидных посиделках в заброшенном поезде. Были ли там ангелы? Несомненно. Хотели ли они этого? Ади наклоняется к нему и выдыхает в приоткрытые губы, снова переводя взгляд на серо-голубые глаза. — Бесспорно. — И что ты хочешь этим сказать? Ади беззлобно хмыкает, слегка наклоняя голову назад. — То, что твой альтруизм никому к чертовой матери не нужен. Ты — хозяин своей жизни, — рыжеволосый тычет ему в грудь. — И только ты решаешь, кому позволено находиться рядом с тобой, а кто катится к черту.

***

— Раздвинь ноги, — Ади слышит себя со стороны и понимает, что звучит достаточно грубо и хладнокровно и, к слову, он этого и добивался, но... Пару минут назад они вывалили друг на друга эти своеобразные чистосердечные признания: Сэми почти раскусил его, не узнав лишь о том, почему демон ведет себя подобным образом и что послужило такому поведению, сохранившемуся и по сей день, а Ади в свою очередь раскрыл все грязные и не совсем "невинные" тайны ангелов, которым, судя по всему, брюнет беспрекословно верил, и на которых он равнялся до сих пор. Теперь Сэми выглядит притихшим. Он больше не пытается возразить Ади, не порывается огрызнуться или недовольно избежать очередного прикосновения к себе — теперь парень медленно встречается затылком со стеной сзади и, будучи уже полностью обнаженным не без помощи рыжеволосого, послушно разводит ноги в стороны. Щеки невольно краснеют, дыхание несколько учащается — это не скрывается от внимательного взора Ади. С одной стороны демон не на шутку завелся — он переспал со многими бессмертными, девушками и парнями, ангелами и демонами, но подобное возбуждение, граничащее со смесью страсти и неимоверного желания, он ощущает впервые. С другой стороны — Ади видит, как в чужих глазах медленно угасают некогда живые чувства и эмоции, и явно ощущает, как собственное сердце пропускает удар. Ади страшно. Он боится того, что сделал с Сэми. Демон наклоняется к парню и неожиданно для себя нежно целует линию челюсти ангела. В душе мечутся противоречивые чувства, отчего Ади невольно хмурится и, опуская руку на вставший член Сэми, нетерпеливо ведет пару-тройку раз вверх и вниз. Брюнет тихо стонет и машинально подстраивается под ритм, но Ади тотчас разжимает ладонь. Он хочет сделать ему еще больнее, но, ловя взгляд этих до сих пор чистых, доверчивых глаз, не смевших отводить взор, моментально теряет весь гнев и озлобленность. Ади слегка трясет головой и закрывает глаза — он - демон, он - чистое зло, которое порождает только подобные этому злу эмоции.

"— Ха, Ади сказал своему однокласснику, что он выглядит симпатично! — противный смех одного демоненка звенел на все помещение. — Похоже, Ади нравятся мальчики! Сам Ади нервным движением пригладил выбившиеся рыжие прядки и оторопело оглянул сбившихся в кучу демонов. Их усмешки приводили в ужас, а повторяющаяся фраза надолго засела в голове парнишки на лад испорченной пластинки. — Любит мальчиков! Любит мальчиков! Любит мальчиков!"

Он, черт возьми, заставит всех считаться с ним и его мнением. Ади распахивает глаза и, хватая Сэми за бедра, резко тянет к себе, заставляя парня неловко сползти вперед и упереться ладонями в пол. — Ощути то, что так остервенело хотят твои дружки. С этими словами он облизывает собственный средний палец и вставляет его в маленькую дырочку ангела, заставляя того вмиг громко вскрикнуть. — Мне больно, прекрати! — Расслабься, — он хватает его за подбородок другой рукой и направляет голову в свою сторону. — Начинай ублажать себя — так тебе станет приятнее вдвойне. Ади расплывается в довольной улыбке, а у Сэми сбивается дыхание — демон продолжает растягивать его уже двумя пальцами, а свободной рукой обхватывает пальцы Сэми и, опустив их ладони на напряженный член брюнета, помогает ему поймать нужную волну. Ангел сладко стонет и тотчас кусает губы, словно сам не ожидал от себя подобной реакции. Но Ади это не нравится — он ускоряет темп, слегка разводя пальцы внутри парня, и, не отрывая пальцы другой руки от его члена, громко шипит: — Смотри на меня, Сэми, только на меня. Брюнет слушается и поднимает на него взгляд, продолжая терзаться получаемым наслаждением с двух сторон — он не может сосредоточиться на чем-то одном, но, поймав внимательный взор зеленых глаз, неожиданно вскидывает брови и снова звучно стонет. Ади чувствует, как уже самому становится невтерпеж. Демон вынимает пальцы, освобождая обе руки, снова тянет Сэми за бедра, заставляя его уже лечь на спину. Он вынуждает парня обхватить его шею руками, а сам пристраивается между ног ангела, ведя головкой по пульсирующему кольцу. — Поцелуй меня. Это звучит одновременно ласково и безжалостно. Ади не думал произносить подобное, однако эта фраза интерпретируется Сэми, который уже задыхается от физической близости и психологического давления, в бездушном ключе. Он ведет головой из стороны в сторону, кусает губы, на что Ади недовольно шипит и одним неожиданным движением входит в Сэми на всю длину, прижимаясь к нему непозволительно близко, сжимая собственные ягодицы, раздвигая ноги ангела максимально сильно. Сэми вскидывает голову и громко стонет куда-то в потолок. Он обхватывает шею Ади сильнее, а тот уже оставляет горячие следы губ на его шее, набирая быстрый темп. Отрываясь в какой-то момент от покрасневших участков кожи, Ади склоняется к его искусанным губам, но Сэми опять трясет головой — только теперь демон замечает мокрые дорожки на щеках, а в частых стонах он различает обессиленные всхлипы. — Не буду! — он все еще жмурится, отчего новая волна слез вновь стекает по светлой коже. — Не буду целовать тебя, Ади... Произнесенное имя, сорвавшееся с чужих уст, действует моментально — Ади утыкается лбом в плечо Сэми и, сделав последний толчок, рывком выходит из ангела, спустя пару мгновений оставляя следы семени на часто вздымающейся груди. Он поднимает на Сэми взгляд и, непонимающе наблюдает за тем, как брюнет, продолжая всхлипывать, будто бы старается быстрее вдохнуть воздух — от частых вдохов он, напротив, усугубляет собственное состояние, а его глаза начинают непроизвольно закатываться. — Сэми! — Ади вновь склоняется над ним и хватает его за щеки. — Сэми, очнись! Парень белеет на глазах, а его нервные вдохи не становятся короче. — Сэми! — демон оказывается сзади него и, усадив брюнета между своих ног, опускает его на свою грудь, в свою очередь прижимаясь к нему вплотную. — Сэми, успокойся. Он обхватывает его талию и успокаивающе целует в висок, слегка покачивая из стороны в сторону. — Сэми, я рядом. Ангел продолжает всхлипывать, но уже более размеренно, чем раньше. — Сэми, все хорошо, слышишь? Все хорошо, все будет в порядке.

— Сэми, я здесь, я с тобой.

***

— Это Сэми спас тебя? — протягивает девушка, удивленно глядя на собеседника. Светлые крылышки сидящего напротив нее бессмертного слегка подрагивают, но вслух ангел лишь пренебрежительно протягивает: — Спас, конечно. Разыграл такую правдоподобную сценку, чтобы в итоге уединиться с этим неотесанным демоном... — парень замечает, что глаза знакомой отчего-то внезапно округляются, но не успевает он оглянуться, как перед носом на стол с грохотом опускается чья-то рука, а разгневанный взор неожиданного визитера тотчас предстает на расстоянии пары сантиметров. — Послушай сюда, сукин ты сын, — Ади хватает некогда боязливую жертву за грудки. — Скажи спасибо Сэми, который спас твою тощую задницу от того, что ее не растерзали оголодавшие демоны. Хотя о чем это я — Сэми, наверное, испортил твой вечер, не так ли? Оголодавшие по сексу, что иронично, не наши собратья, а такие поехавшие ублюдки, как ты, что любят нарушать закон Неприкосновения. Ангел покрывается пунцовыми пятнами, осознавая, что Ади выдал его тайну перед столпотворением бессмертных — в особенности тех же ангелов, что вслух уже осуждали его за грехи и проступки. — Сэми хватает смелости противостоять своему страху в лицо, — демон напоминает о недавней стычке и защите ангела. — А твоей жалкой душонки хватает лишь на самоуверенные посещения "Ночи Глифта". С этими словами Ади отталкивается руками от стола и направляется к выходу, невольно слыша, как среди бессмертных проносятся новые шокированные возгласы. Ади сворачивает за угол, преодолевает небольшой коридор и выходит в центральный, пустой, в котором уже почти не остается студентов, как вдруг он замечает идущего навстречу парня. Последний уже хочет пройти мимо, но, завидев Ади, только бросает на него недолгий взгляд и намеревается продолжить путь дальше. Демон тотчас хватает его за предплечье и ведет в сторону, вскоре нависая над ним. — Ты что здесь делаешь? Неотрывно серо-голубые глаза смотрят на его, загоревшиеся зеленые, но Ади не может понять, о чем на данный момент думает их обладатель. — Что за вопрос? Иду на занятие. Рыжеволосый непонимающе хмурится, но внезапно замечает в области шеи небольшое красное пятнышко — ему определенно не почудилась прошлая ночь. — Ты... Ты в порядке? — парень неожиданно теряет былую хватку, но Сэми почему-то раздражается. — Ади, уйди с дороги, мне начинают надоедать твои глупые вопросы, — ангел хочет оттолкнуть руку демона, но тот лишь прижимается к нему сильнее и дышит горячо куда-то в ухо. — Пожалуйста, прости меня. Сэми чувствует, как сердце предательски пропускает удар, но от этого ощущает лишь большее раздражение — почему тело так реагирует на него? Рационально считать Ади настоящим ублюдком, надавившем прошлым днем на слабые точки ангела, но с другой стороны парень понимает, что демон, отчасти, прав. Возможно, Сэми не хотел признавать происходящее, но на деле не все ангелы "правильны и порядочны", а демоны "жестоки и недоброжелательны". Парень слегка прикрывает глаза и медленно выдыхает — он видит, как Ади чуть отводит голову назад и направляет на него взволнованный взор. Сэми невольно вспоминает предыдущую ночь. — Я думал, что задохнусь там насмерть, — проговаривает он, а на лице нет и следа страха или, напротив, улыбки. Ади поджимает губы и хмурит брови сильнее. — Я был напуган. — Лихорадочно думал о том, как избавиться от трупа бессмертного? — хмыкает Сэми, приподнимая уголок губ. Но Ади уже зол: он всей пятерней хватает его за шею, располагая большой палец на линии челюсти. Демон нетерпеливо поворачивает его голову из стороны в сторону и вскоре добавляет: — Несмотря на то, что эти следы на твоей коже доставляют мне чувство удовлетворения, я так же хочу, чтобы они исчезли, — он поднимает на него глаза и серьезно протягивает. — И я могу исчезнуть вместе с ними. В груди Сэми опять начинает ныть. — Великолепно! А что ты будешь делать, когда на время твоего исчезновения я, от горя, решу, скажем, разбиться насмерть? Знаешь, Непризнанные любят прыгать с крыши — я тоже могу устроить им незабываемое шоу... — Сэми, помолчи! — Ади чуть морщится, словно его самочувствие резко ухудшилось. — Я правда не хотел... То есть, хотел, но не так, не таким образом... Я боялся потерять тебя, — выдыхает он, а Сэми лишь грустно хмыкает в ответ. Они молчат еще некоторое время — оба уже покинули коридор и вскоре оказались на заднем дворе школы, недалеко от исполинского дерева. — Ты знаешь, мне нравятся парни, — внезапно нарушает Ади тишину. — Какая неожиданность... — саркастично протягивает Сэми, но Ади бросает на него расслабленный взгляд. — А раньше я боялся произнести подобную фразу вслух. "Любит мальчиков", — демон изображает кавычки и устало выдыхает. — Я выговорил тебе вчера всю эту чушь только потому, что ты раскусил меня — попал в яблочко. Теперь настает очередь Сэми — он вздыхает похожим образом. — Нет, просто ты первый, кто обратил на это мое внимание. Я знал это. Что уж скрывать — все знают это, но... Я просто не хотел этого признавать. Они сидят с Ади под кронами огромного дерева, прислонившись спинами к массивному стволу. — Но ты, конечно, умело сманипулировал моими чувствами, поэтому все сыграло подобными красками. — Я... — Скажи, в "Ночь Глифта" бессмертные целуются? — внезапно вопрошает брюнет. — Я не бывал на них, — Ади отворачивается ровно в тот момент, когда Сэми удивленно оборачивается в его сторону. — Но ты... — Старшие с курса бывают там, но приходить на такую вакханалию нет желания даже у такого засранца, как я. Сэми улыбается, слегка склонив голову. — То есть ты признаешь, что ты засранец? — Еще могу признать, что ты очень привлекательный. — Полегче! Столько неожиданных заявлений за один день! — Сэми выставляет ладони вперед, на что Ади несдержанно смеется в ответ. Они молчат еще некоторое время, пока Ади вдруг не произносит: — Нет, это единственное правило. Что угодно, любые позы, любые предпочтения, но никаких поцелуев. Скажу тебе больше: никто и не горит желанием — все хотят только животного секса. При этих словах Сэми невольно морщится, но, спустя пару секунд, неожиданно осознает: — И поэтому ты хотел поцеловать... — Я не думал, что ты так отреагируешь, я... Я не ожидал, что... — Для меня это тоже так важно? — мягко улыбается Сэми. — Чего скрывать, так оно и есть. Ади молча наблюдает за тем, как Сэми с легкой улыбкой окидывает взором чистое и ясное небо, представшее перед ними, и, в какой-то момент ощутив быстро забившееся сердце, чуть краснеет, отводя взгляд. Однако, это не скрывается от бокового зрения ангела. Они вновь замолкают, позволяя себе еще немного забыть о настоящем, а затем Сэми неторопливо приподнимается с места. Оттряхивая джинсы, он проговаривает: — Что ж, одно занятие я уже пропустил. Скоро начнется второе, а потому я немного ускорюсь. Он наклоняется к Ади и, под удивленным взором зеленых глаз, продолжает: — За время честных откровений дарю тебе два своих признания, — после этих слов он мимолетным движением звучно целует его в губы. Несмотря на просто касание, поцелуй получается теплым и нежным. Он вызывает у обоих смешанное и волнительное чувство, которое, словно долгожданный цветок, распускается в сердцах парней. Сэми немного отодвигается в сторону, подмечает раскрасневшееся лицо Ади и, довольно кивнув, выпрямляется на месте: — Ну, а второе — вчера я лишился с тобой своей девственности, Ади. Надеюсь, сегодня ты загладишь свою вину, восполнив мне период прелюдий и тактичности по отношению к любящему партнеру? — уточняет он. Ади только кивает в ответ, не в силах произнести и слова. "Ты здесь, Ади", — проносится в голове Сэми, пока собственное сердце пускается в сумасшедший пляс.

"Ты со мной."