Выбирай

- Итак, - хмуро подвел итог Ичиго, - кроме хахаля Рукии и ее постоянных пропаж, у нас появилась моя семейка, которая искренне считает, что я гей. Ренджи пожал плечами - если первая проблема вполне решаема, то как оправдать себя он искренне не знал. Впрочем, долго продержаться молчанию не удалось, ибо оконное стекло затрещало под ударом крепкого кулака. Куросаки поспешил открыть его как раз вовремя - опоздай он хоть на секунду, Гриммджо без зазрения совести снес бы его вместе с рамой. Арранкар, как обычно, с шумом и нечленораздельными воплями заскочил в комнату. Ичиго только заткнул уши - так ему все надоело. Абарай выпрямился, пытаясь вслушаться в крики Джагерджака. - Она опять свалила к своему белобрысому! Ренджи оглядел Ичиго и Гриммджо и провозгласил: - Этот человек может быть опасен! Не просто же так Рукия скрывает свою реацу! - Верно! - с энтузиазмом поддакнул Ичиго. - И силен! - рявкнул Джагерджак. Прибытие Ренджи их очень обрадовало - у них появилась возможность бегать выслеживать Рукию, при том не быть уличенными в собственных чувствах. Особенно ликовал Гриммджо - такая возможность испортить жизнь этой маленькой сучке, не выходящей у него из головы! *** Каменное лицо Бьякуи на миг исказилось гримасой ярости и удивления, но, к счастью, этого никто не успел заметить. - Вот значит как, - со всем спокойствием, на которое только способен, ответил он главнокомандующему. - Я не хотел бы, чтобы эта информация просочилась, поэтому нужно срочно отозвать вашего лейтенанта. Иначе будет скандал. Кучики фыркнул - поручать такие задания его сестре в тайне от него самого! Немыслимо. *** Впрочем, Рукия была вполне довольна заданием. Общество предателя Готей 13 было весьма... занимательным. - Погоди, - нежно отталкивая Ичимару, шепнула она, - нас могут... - Найти? - прервал ее мужчина. Каждый раз, когда она говорила о своих друзьях - об этих надоедливых глупцах, черт возьми! - ему хотелось и смеяться, и кричать одновременно. Смеяться от того, какие же они тупые. Кричать от ревности. Но ни то, ни другое делать было нельзя - она всегда выберет их. Друзей. Глупых, назойливых и, мать их, влюбленных в нее. Гин провел по гладкой коже милого личика, которое в старые добрые времена искажалось гримасой ненависти и страха только завидев его силуэт, приоткрыл вечно зажмуренные глаза, ловя ее спокойный взгляд. - Гин... - М-м-м, - протянул он устало. Иногда ему казалось, что она просто водит его за нос. То вешается ему на шею при людях, то отталкивает его, будучи наедине. То говорит о милых чаппи, то о своей вине во всех грехах мира сего. Это раздражало. Это нравилось. Это заставляло растягивать фальшивую улыбку еще шире. - Малышка, ты считаешь, что наша игра в любовников перешла границы? - растягивая гласные, почти смеясь, уточнил он. - Ты проницателен, - упираясь в костлявые бедра острыми коленками, пытаясь их сомкнуть, одновременно шаря рукой по дивану в попытках нащупать сброшенную впопыхах школьную блузку, сухо ответила Рукия. - Это зашло далеко. - Ошибаешься, - прошипел мужчина, - это зашло слишком далеко... Слишком далеко, чтобы сдавать назад, - добавил он, вжимая девушку в спинку дивана, накрывая ее губы своими, отбрасывая снятую блузку куда подальше. - Мне нравится эта игра.