Мой финал будет счастливым

Взбешённая от вечера я направляюсь в комнату. Всё пошло не так, как должно было! Мало того, что с Гризельдой не разобралась, так и Шарлотта начала бесить своим поведением. Патриция не присутствовала на чаепитии, она занималась докладами Софи о Ранте и Бьянки о Марии. Когда я добираюсь до нашей с Деоном спальни, в груди щекочет. Нервозность пронизывает меня от макушки до пальцев ног и щемит. Что со мной? Нужно успокоиться. Я выдыхаю и дотрагиваюсь до дверной ручки. С силой надавливаю на неё и распахиваю скрипучую дверь. Прямо передо мной стоит барон. Тот самый, считающий меня своей «дочерью». — Ты вернулась? — с нахальной улыбкой спрашивает он, разворачиваясь ко мне. — Что-то случилось? — я намеренно оставляю дверь открытой. Между нами приблизительно три метра. Этого расстояния достаточно, чтобы хорошо друг друга слышать. — Ты даже не обнимешь своего отца? — кольца на правой руке загадочно поблескивают. — Я приболела, не хочу вас заражать. Может всё-таки стоит закрыть дверь и обставить всё как самоубийство? Но Рант точно мне не поверит… Он поймёт, что я отбилась от его цепких лап. — Ты не была у меня уже несколько лет, не хочешь вернуться домой? — с каждым годом его актёрская игра ухудшается. — У меня много дел. — О, ну разве это повод? — слышится до ужаса знакомый голос прямо у меня за спиной. Идиотка, надо было закрыть дверь! — Ваша светлость. — я разворачиваюсь и приветствую Ранта реверансом. — Я проходил мимо, услышал голос любимого свата. — омерзительная улыбка, ещё хуже чем у папаши. — Действительно, Миранда, ты давно не возвращалась домой. Поезжай вместе с отцом, тем более завтра у тебя день рождения. Ты помнишь столь незначительную для тебя дату? Рант закрыл дверь. Теперь я стою между двумя неуравновешенными людьми, представляющими угрозу для моей жизни. Оба невероятно омерзительные словно гусеницы в любимом фрукте. — Миранда, поехали домой. — барон никак не хочет сдаваться. — Я приготовил для тебя подарок. — правая рука с тем самым кольцом, способным уничтожить меня, потянулась ко мне. Рант явно забавляется всем этим, будто дел поважнее у него нет. Если бы не его покровительство, я бы давно избавилась от барона, отдав на съедение Рено. — Миранда, Деон уехал по делам, завтра тоже будет отсутствовать, так почему бы тебе не провести день рождение с отцом? — Рант подходит ко мне и берёт меня за руку, аккуратно вложив её в ладонь барона. — Мне так приятна ваша забота. — блефовать я умею, играть в закрытую — это моё. После этого Рант тут же покидает комнату в отличном расположении духа. Ещё бы! Я ведь пляшу под его дудку, но ничего… Совсем скоро ты будешь плясать под мою. После того, как герцог покидает комнату, маска заботливого отца с лица барона будто содрана с мясом и брошена в чёрную дыру, откуда мне её уже никогда не достать. — Съебаться хотела? — ладонь с перстнем быстро перемещается на запястье и сжимает его с огромной силой. — Вы позволяете себе лишнего. — я вырываю запястье, оставляя красные следы и вмятины от ногтей. — Да что ты, блядь, говоришь? Я кажется предупреждал, что тебе нужно быть послушной. — слова въевшиеся в моё сознание ещё в детстве. — Не трогайте меня. — я стараюсь сохранить самообладание. — Просто скажите чего вам недостаточно, неужели спонсорства Ранта вам мало? — эмоции трудно контролировать, может из-за ПМС… В прошлой жизни я частенько читала статьи на эту тему. — Заткнись! — пощёчина приходится на левую щёку. Барон трещит зубами, губы начинают будто сворачиваться в гармошку. — Ты поедешь со мной, у меня к тебе дело, обо всём расскажу в моём поместье. — Нет. Я никуда не поеду. Идите остудите голову на балкон. — знаю ведь, что это бессмысленно, но всё равно говорю. — Ещё одна ваша мерзкая выходка и я за себя не ручаюсь. — Да ты явно забыла своё место, мерзкая сучка! — и опять по новой, он вставляет иглу в подушечку кольца. Я начинаю чувствовать рвоту, всё тело начинает трясти. Пока я ещё стою на ногах, пытаюсь сорвать кольцо с пальцев, но не получается. — Два года назад было тоже самое. Помнишь, как ты сопротивлялась? Тогда я тебя пощадил, но сегодня подобного точно не произойдёт! Пощадил?! Да как же? Люц просто стёр тебе память и выставил вон. Я падаю на пол, контролировать себя больше не в силах. Барон наступает мне на лопатки тяжёлыми сапогами. — Как тебе? Нравится пресмыкаться перед Рантом и мной? Что насчёт твоего муженька? Слышал у вас всё более чем прекрасно. А вот про собственного отца ты забыла, но ничего, тварь, я тебе напомню. Напомню, благодаря кому, ты всё ещё жива и каждый день наслаждаешься этой роскошью! — сильнее надавливает на подушечку. По всему организму растекаются разряды молний, божественная сила, которой по каким-то причинам я не могу сопротивляться. — Завтра мы уже будем в моём поместье. Ты должна отправить несколько своих шавок на охоту. Хочу начать новый бизнес. «А тратить деньги видимо не хочешь» — проскакивает мысль в моей голове, пока я бьюсь в конвульсиях, лёжа перед ним на полу. — Так что отдохни хорошенько пере… Удар. Жёсткий, грубый и сильный. Барон отлетает в другой конец громадной спальни. Конвульсии сходят на нет и я просто валяюсь на полу без движения. Я знаю, кто пришёл. — Успел. — усталый голос доносится прямо над моим ухом. Я открываю глаза и вижу Люца, с его прекрасными распущенными волосами и фиолетовыми глазами. Он аккуратно поднимает меня и переносит на кровать. Всё на что у меня хватает сил, это сказать жалкое «спасибо» и закрыть глаза. Люц пришёл, как и обещал. Какое-то время слышится шорох, возня и чертыхания. Люц явно что-то делает. По какой-то причине я всё ещё не слышу вопли отца. Что-то точно случилось. Приоткрываю глаза, чтобы понять происходящее. Бледная рука Люца тянется к моей левой щеке, по которой ещё недавно зарядил барон. — Бель, прости… — Что случилось? — голос слабый, слегка дребизжащий. — Я нечаянно убил барона. Сердце на минуту перестаёт давать признаки жизни. Я замираю, встаю с кровати. В дальнем углу комнаты, ближе к двери в ванную лежит бездыханное тело мужчины, подарившего мне все эти страдания. Кровь растеклась по всему полу, удар пришёлся на голову. В прошлый раз всё было совсем по-другому. Тогда мы с Люцем только познакомились, я не верила ни единому его слову. Он предсказал, что поместье Бертиумов сгорит, так оно и было, что обвалится дом, и это произошло. Даже нападение разбойников случилось так, как обещал Люц. С тех событий прошло два года и вот он действительно оправдывает имя тёмного духа будущего. Люц знает всё. Я, конечно, не могу этим не пользоваться. Единственное будущее, которое я никогда не затрону - это своё. Я не хочу ворошить осиное гнездо. Будет то, что должно случиться. - Мёртв. - разлепляю губы, чтобы сказать только одно слово. - Что мне сделать... - Уходи. - я быстро осознаю, что произошедшее можно повесить только на меня. Не скажу же я Ранту, что ко мне в комнату захаживает мой предок, с которым мы частенько болтаем и попиваем чаёк? - Бель? - Люц пугается резкой перемены. - Всё хорошо. - я слегка улыбаюсь. - Не хочу, чтобы тебя заметили, поэтому оставь это мне. - пауза, чтобы перевести дух. Я смотрю на тело, которое приносило мне столько страданий и боли, чувствую... Ничего. Абсолютная пустота. - Спасибо, Люц. Он хмурится, собираясь уйти из Агриче: - За что? - За то, что освободил меня. Люц улыбается, исчезая в портале из чёрных бабочек. Смотря на всё это, невольно вспоминаю о Роксане. Что бы она делала в моей ситуации? Спустя пару минут, понимаю, что времени у меня не так уж и много, поэтому надо действовать. Подхожу к телу, дотрагиваюсь до лужи крови. Противное липкое ощущение растекающейся алой жидкости. Отвратительно. Пачкаю подол и лицо. Начинаю кричать не своим голосом. Пару секунд молчу, прислушиваясь к звукам поместья, услышать которые почти невозможно из-за хорошей звукоизоляции. Топот ног, однако, она не глушит. Продолжаю кричать, что есть мочи, выдавливая из себя слёзы, которые сегодня почему-то особенно трудно идут. - Госпожа Миранда? Это вы? У вас всё в порядке? - за дверью слышен топот сапог, голос одного из солдат поместья серьёзный и боязливый одновременно. Что за идиот? Спрашивает всё ли хорошо, услышав такой крик? После последовавшего молчания на его вопрос, солдат грозится тем, что зайдёт и дверь отворяется. - Госпожа, что произошло? Тишина. Он смотрит на меня, склонившуюся на корточках перед мёртвым телом отца. Интересно посмотреть на картину со стороны. Девушка в луже крови собственного папаши. - Что здесь произошло? - Есть мёртвые? Послышался шёпот. Я продолжаю сидеть не шевелясь, в ноздри бьёт металлический запах крови, от которого меня уже тошнит, не говоря уже о том, что я касаюсь холодного трупа. Беда. Главное, чтобы солдаты ничего не заподозрили, почему тело так быстро остыло. - Леди? Вы в порядке? - снова голос первого солдата. - Я-я-я... - начинаю заикаться, чтобы всё выглядело правдоподобнее. - Я уб-била-а... - Успокойтесь. Немедленно принесите госпоже воды. - командует первый вошедший. В дверях толпятся куча служанок и рыцарей поместья, но Риц почему-то всё нет. - Оповестите Его светлость. - О-отца. - руки трясутся, что на самом деле правда. Мне и противно и страшно. - Я убила отца-а-а. У меня начинается истерика, слышу голоса жён Ранта и даже его маленьких детей, но где же сам герцог? А вот и он, собственной персоной, входит в спальню с тростью в руках. - Миранда? Что здесь произошло? - снисходительный голос, будто своим присутствием он сделал мне большое одолжение. - Я отца, - делаю вдох, - убила. - М... - его излюбленный в последнее время звук. - Что ж, тут не на что глазеть. Всем разойтись. Убрать труп и привести тут всё в порядок. Миранда, ты иди за мной. Я поднимаюсь. Не знаю, что сейчас будет, но мне страшно. Когда уже вернётся Деон? Сможет ли он меня защитить? Не слишком ли я на него полагаюсь? Я медленно иду за Рантом, меня провожают взгляды полные изумления. Конечно, никто пока не знает моего оправдания, поэтому им не понять мой мотив, но будь хоть один из них на моём месте, он поступил бы так же. Мы приходим в кабинет Ранта. Здесь я стала бывать очень редко, чему рада, поскольку мне это место навевает плохие воспоминания. Он приказывает сесть мне на диван, а сам приземляется напротив. Мои силы на исходе, руки по локоть испачканы в крови, ровно как и платье. Глаза Ранта оживлённо шныряют по моему телу, будто разыскивают какую-то зацепку. После пары минут гробовой тишины, он первый начинает разговор: - Так ты убила Сейрона? - риторический вопрос, давно я не слышала имени своего отца. В ответ он получает лишь кивок. Мои глаза устало моргают, предательски выдавая моё желание оказаться в тёплой, мягкой постели с хрустящим от чистоты постельным бельём. Смешок. Его ехидная ухмылка коробит меня. Я перестаю понимать происходящее. Что он от меня хочет? Я думала, что он сразу же отчитает меня или вообще прикажет запереть, как бешеную сучку, убившую собственного отца. - Как ты это сделала? - в его глазах читается искренний интерес. - Натравила на него коршуна. Тот заклевал его затылок. - стараюсь не демонстрировать свою усталость. - Коршуна? Это удивляет. - улыбка растягивается на всё лицо. Он закидывает ногу на ногу и наклоняется ко мне, тянет руку и касается левой щеки. Той самой. - Знаешь, я очень тебе благодарен. Ты избавила меня от стольких проблем разом. - смех, недолгий, но вселяющий страх. Такой настоящий и злодейский. - Что? - я всё ещё чувствую его ладонь на моей щеке. - Как мне тебя отблагодарить? Построить вам с Деоном новое поместье? Может хочешь ещё один бизнес? Я предпочитаю сохранять молчание. Пусть сам всё объяснит. - Ты наверняка думала, что я накажу тебя за это, но ты ошибалась. Я неимоверно рад произошедшему. Наконец-то ты сама смогла побороть свой страх и убить отца. Похвально. От таких речей кровь стынет в жилах. Я сохраняю невозмутимость, хотя внутри меня творится полный хаос. - Знаешь, я ведь тоже когда-то убил собственного отца. - он отпускает мою щёку и вытаскивает из коробочки на столике сигару. - Я тогда был чуть старше тебя. - ещё одна пауза, чтобы поджечь сигару и закурить. - Это было приятно. Я не могу не замереть. В моих глазах проскакивает искорка ужаса. Рант это видит. - А что почувствовала ты? Недолго думая, я ответила: - Облегчение. - М-м... - выпускает пар и снова засовывает тёмно-бордовую трубочку меж зубов. - Даже твои эмоции интересные. - это сказано и вовсе не мне точно куда-то в воздух. - Я могу идти? - выдыхаю. Напряжение не уходит, но сонливость и усталость берут своё. Глаза буквально слипаются. - Разумеется. - Рант встаёт и обходит стол. - Отдохни. - он наклоняется и предлагает мне руку, чтобы встать. Его лицо так близко, что я могу рассмотреть все морщины на нём. Их не очень много, но они есть. Я кладу свою руку в его и вместе мы доходим до выхода из кабинета. Более он ничего не говорит, оставляя меня за дверьми в длинном коридоре. Я иду к комнате, попутно думая над тем, куда запропастилась Риц. Стараюсь не размышлять над необычным поведением Ранта и спускаюсь на этаж ниже, где находится наша с Деоном комната. Служанки, встречающие меня по пути лишь склоняют головы и замолкают. Пройдя ещё пару дверей, я замечаю знакомую фигуру в синим камзоле. Деон. Он тоже замечает меня и добирается до меня быстрее. Первым делом трогает лоб, а уж затем преобнимает за плечи: - Я не буду спрашивать, что тут было. Я всё уже знаю. - он говорит с теплотой, что помогает остаткам страха и напряжения внутри меня растаять. - И даже то, что сейчас я разговаривала с герцогом? - Разумеется. Его тёплая рука укрывает меня. Хочется плыть по течению, чтобы Деон всегда был рядом со мной, всегда поддерживал... - Спасибо. Я всё расскажу тебе завтра. - утыкаюсь носом в его грудь. Твёрдо, но крепко. Я под защитой. - Хорошо. Мы быстро возвращаемся в комнату. Патриции всё нет и я начинаю не на шутку переживать. - Что с Патрицией? - решаю спросить у Деона, вдруг он знает. - Я думал, ты в курсе. - он хмурится, но вскоре его лицо снова пребывает в апатичном состоянии. - Сегодня с фермы сбежали тарантулы. Патриция получила ранения. - Что? - несмотря на дикую усталость, я оборачиваюсь от зеркала и смотрю в глаза Деона. - Я не знала. У нас с Саной и Гризельдой чаепитие... - слова начинают путаться. Я хватаюсь за лоб левой рукой, за туалетный столик правой. - Ран, ты очень устала. Ложись спать. О Патриции уже позаботились, ранения несерьёзные завтра, послезавтра она уже будет в норме. - Деон приближается ко мне и кладёт руки на плечи. Сегодня он особенно заботливый. - Ты к ней ходил? - странный, конечно, вопрос. Разумеется, что нет. С чего бы Деону посещать служанку жены, но для меня она не просто служанка. Она мне как младшая сестричка. Не такая, как Роксана, но тоже по-своему любимая и родная. - Нет. - холодный ответ повисает в воздухе. - Но Лансель мне обо всём доложил и я приказал убедиться, что с ней всё в порядке. - Понятно. Я должна к ней пойти. - стараюсь убрать руки Деона и выйти, но он упирается. - Завтра. - слегка раздражённый выдох. - Сходишь к ней завтра, а сегодня тебе надо отдохнуть. - продолжает наставивать. - Дай мне просто своими глазами убедиться, что всё точно в порядке. - обнимаю его за шею и целую в щёку, оставляя мокрый след. - Ну всё, заканчивай упираться. Я вернулся раньше чем планировал, пойдём спать. Завтра у тебя день рождения. - нежный голос убаюкивает. Во мне действительно не остаётся сил ни на что кроме мягкой кровати. - Упираешься здесь ты. - бросаю в ответ и растворяюсь в объятиях Деона. Он поднимает меня на руки и несёт на кровать. Помогает мне раздеться, но не делает ничего провокационного. Перед сном обязательно надо ходить в душ, поэтому я всё ещё немного смущённая тем фактом, что лежу голая перед Деоном да ещё и грязная, пытаюсь встать, чтобы помыться. Деон быстро соображает, что к чему и поддерживая ведёт в ванную. Он помогает мне потереть спину мочалкой, всё кажется таким приятным и комфортным. Я почти засыпаю, Деон смывает с меня мыло и я ощущаю, как его горячие губы касаются шероховатой кожи на спине между лопаток. Щекотно. Я слегка дёргаюсь, издавая смешок. Ещё один поцелуй и ещё. Начинает хотеться близости, но я понимаю, что вымотана, поэтому просто хватаю его за голову и впиваюсь губами в его. Жарко, горячо, мне надо ещё, но я отстраняюсь. Деон послушно следует моему примеру и больше меня не трогает, хотя я вижу огоньки похоти в его глазах. Мы возвращаемся в мягкую постель, где я, как и мечтала лежу под тёплым свежим одеялом с щекой, намазанной заживляющей мазью из серебряного оленя, в ночной рубашке в обнимку с лучшим мужчиной на свете, моим мужчиной, Деоном Агриче.