Souffrance

Глава 1 Никакое наслаждение само по себе не есть зло; но средства достижения иных наслаждений доставляют куда больше хлопот, чем наслаждений ©Сократ. Холодные капли стекали по лицу, так и норовя забраться под пальто, которым было укрыто тело юноши. Улицы Питера встретили Шастуна в своей обычной манере. Намека на появление солнца, из-за темных туч, не было, несмотря на то, что дождь продолжает идти уже третий час подряд. Одной капле все же удалось пробраться за ворот, вызывая мурашки на бледной коже. Антон поморщился, но не сбавил шаг. Ему осталось совсем чуть-чуть и он сможет укрыться под козырьком университета. Прошло уже две недели, как Шастун перебрался в этот город. Неделя, как он учится в одном из лучших университетов, в который хотел поступить большую часть своей сознательной жизни. Вход совсем близок, но последняя ступенька, об которую цепляется Антон ещё ближе. Секунда, и он уже готов упасть на холодную мокрую плитку, но чьи-то сильные руки успевают спасти его от, казалось бы, неизбежного падения. В нос тут же ударяет аромат лаванды, кофе и мужского одеколона, такого приятного, что он сразу же врезается в твою память и больше никогда из нее не исчезает. — Осторожнее, молодой человек, — где-то за спиной Шастуна раздается мужской баритон. — Так и сломать себе что-нибудь не долго. Антон разворачивается на мужской голос, тем самым освобождаясь от рук мужчины. Парень приоткрывает рот, чтобы вымолвить слова благодарности, но не издает ни звука. Он встречается взглядом со своим «спасителем». Холодные, словно океан, голубые глаза смотрят так, что от одного только взгляда пробегает табун мурашек по спине. Кажется, что эти глаза скрывают в себе, так много чувств, сколько не поместится ни в одном человеке. На лице мужчины, которое слегка покрыто щетиной, проступает ухмылка, которая приводит студента в себя и через несколько мгновений Шастун собирается с мыслями и выдавливает нелепую благодарность. Мужчина кивает и скрывается за дверью, ведущей в холл университета. Антон стоит на крыльце ещё несколько минут, а после заходит в здание. Он сидит в конце аудитории и вполовину уха слушает нудную лекцию философии. Время от времени записывая что-то в тетради. — И как говорил Аристотель: Все знают, что смерть неизбежна, но так как она не близка, то никто о ней не думает. Смерть. Антон уже успел столкнуться с ней. Всего полтора года назад умер его отец, который был для парня не просто отцом, а всем. Сердце парня еще не смирилось с этой потерей, и кто бы не говорил, что время лечит, с каждым днем проведенным без отца, Шастун чувствовал себя хуже и хуже. Он почти не понимал почему ещё жив, потому что причин для жизни особо не было. Ведь после смерти отца парня все пошло наперекосяк. Мать начала пить, совершенно забыв о сыне. Антон поначалу пытался бороться за свою мать, но у него ничего не получилось. Женщина угасала на глазах, находя покой только в алкоголе. Спустя полгода она привела в дом своего собутыльника и объявила: — Знакомься, Антоша, это Володя, он будет жить с нами. Антон помнит тот вечер, тогда он впервые причинил себе физическую боль, которая хоть и ненадолго, но смогла заглушить душевную. Он до сих пор не понимает, как его мама смогла так поступить, и, наверное, никогда не поймет. В тот день был его первый порез. Не на запястьях, он ведь не дурак, там могут увидеть в школе и это повлечет за собой множество проблем. Уродливый шрам красовался немного ниже ключицы. Позже к нему прибавилось ещё штук 10… и каждый из них, был сделал из-за безысходности, которая рано или поздно настигала Антона снова и снова. Трель звонка, оповещающая всех об окончании третьей пары, раздалась слишком громко, выводя Шастуна из своих мыслей. Впереди последняя, четвертая пара. Французский. Этот язык Антон выбрал вторым для изучения, посчитав, что французский ему явно ближе, чем немецкий. — Лена, со второго курса, рассказывала, что он такой красавчик, — услышал Шастун разговор своих однокурсниц. — Спорим, что я замучу с ним? Антон усмехнулся. Ира была симпатичной девушкой, у которой уверенности в себе было столько, сколько хватило бы на всех студентов этого универа, да еще и остался бы целый мешок. — Да ты его ведь, даже не видела, вдруг Лена твоя пошутила и придет какой-нибудь Сквидвард или и того хуже, ̶ ̶ послышались смешки однокурсников. — Ой, не неси чушь, у меня чутьё на красивых мужиков. Её слова прервала трель звонка и мужчина, который появился в проходе. Это был он, тот мужчина, который спас Шастуна от встречи с холодной плиткой. В аудитории стало настолько тихо, что были слышны лишь томные вздохи однокурсниц Антона. Мужчина и правда был чертовски хорош собой. Уверенной походкой он преодолел расстояние между дверью и столом. Присев на угол, он прокашлялся и начал говорить: — Здравствуйте. Меня зовут Арсений Сергеевич Попов. Я буду преподавать французский язык, в частности у вашей группы, французскую литературу, — он окинул взглядом всю аудиторию и столкнулся с изучающим взглядом зелёных глаз, в которых узнал парня, которого встретил утром. — Есть какие-то вопросы? — А сколько вам лет? — тут же раздался голос Иры и вместе с этим тихие смешки. Ведь все ещё помнят её планы на нового преподавателя. — Вопросы касающиеся моего предмета? — тут же отрезал Попов. В помещении повисла тишина. — Тогда начнем. Арсений Сергеевич подошёл к доске и ровным аккуратным почерком вывел тему пары " Alexandre Dumas». — Кому-то что-то известно об этом французском писателе? — вновь обвел холодным взглядом студентов Арсений и чуть больше позволенного задержал свой взгляд на мальчишке, который, как ему показалось потерял интерес к его персоне и в данный момент, что-то калякал в тетрадке. — Молодой человек на 4 ряду в жёлтой толстовке, может вы просвятите нас? — с ухмылкой обратился к Антону. Шастун не сразу понял, что речь идёт о нем. Пока сосед Серёга Матвиенко не ткнул его под партой. Парень нервно оглянулся и поднял глаза на преподавателя. Тот, в своё время, смотрел прямо на него. — Что вам известно об этом писателе? И представьтесь, пожалуйста?! — повторил свой вопрос Попов. Антон сглотнул. Голубые глаза словно прожигали в нем дыру. Нелепо поднявшись со своего места, он неуверенно промямлил: — Антон Шастун. — Что ж, Шастун, может вы знакомы с творчеством или биографией этого писателя? — Арсению Сергеевичу, явно доставляло удовольствие смотреть, как парень теряется и все больше покрывается краской. — Да, я читал " Три мушкетёра» и " Граф Монте-Кристо», — на выдохе произносит Шастун. И он не соврал. Антон с самого детства очень любил читать и в определённые моменты его жизни, только чтение и спасало парня, ведь он погружался в него без остатка. — А что-то из биографии писателя? ̶ никак не унимался Попов. Вдруг Шастун вспоминает, что где-то натыкался на теорию о том, что Пушкин и Дюма это один человек. Но он решает промолчать, так как считает эту теорию достаточно бредовой. И все на что хватает парня это сказать, что он, Дюма, француз. — Шастун, это было и так понятно, -ухмыльнувшись, он добавил, — но попытка хорошая, садитесь. Парень неуклюже возвращается на свое место, а Попов продолжает опрос. Ира тянет руку, пытаясь обратить на себя внимание мужчины и ей это удается. Он кивает ей, и девушка встаёт, поправляя и короткую юбку. — Меня зовут Ирина Кузнецова, — мило улыбается девушка, хлопая своими длинными ресницами. — Я как-то читала, что Пушкин не умер на дуэли, а переехал во Францию и начал там писать под псевдонимом Дюма. Арсений усмехнулся, он не впервой это слышит и как человек разбирающийся в литературе знает, что это полный бред, и эта теория давно опровергнута. — Боюсь, Ирина, это полный бред. Их произведения это совершенно разные стили и манера написания, если Пушкин писал кратко и точно, Дюма же был многословен. Дюма уже был известен в 1820х в Париже, хоть ещё и не написал ни одного своего прекрасного романа, а Пушкин же в это время творил в России, в которой бурлила его жизни и творчество. Антон, услышавший слова Арсения Сергеевича, был счастлив, что не решился сам на это. Парень внимательно слушает каждое слово преподавателя, но ловит себя на том, что слушает только его мелодичный баритон и не улавливает суть, а ручкой же автоматически что-то черкает в тетради, что после скорее всего не разберет даже врач, с самым ужасным почерком в мире. Он не слышит звонка, он понимает, что лекция окончена, только тогда, когда голос Попова замолкает и однокурсники начинаю вставать со своих мест. Он следует их примеру. — До свидания, — неуверенно бросает Антон, выходя из аудитории. Но преподаватель не слышит его и Шастун не дождавшись ответа, скрывается за дверью. Парень стоит на том же крыльце и жадно затягивает сигарету, будто она его спасет. Недалеко от него, стоят такие же одинокие курильщики. Дождь не закончился, а льет ещё с большей силой, чем утром. Антон размышляет о том, что до метро ему бежать как минимум минут пять, и он успеет насквозь промокнуть. Сигарета тлеет в его руках, пепел осыпается на плитку. Затяжка, выдох, облегчение. Чья-то тяжёлая рука опускается на плечо парня. — Ты в курсе, что здесь курить запрещено? Сигарета падает на пол. Все, что успевает сделать парень это тихо прошептать: — Блять. — Тише, Шастун, мало того, что куришь здесь, так ещё и матом при своем преподавателе ругаешься. Антон поворачивается на 180 градусов и смотрит на Попова, приготовив у себя в голове достойный ответ. Но вся его уверенность тут же испаряется, когда он сталкивается с его голубыми глазами. — Извините, — это все, что удается промямлить парню, перебирая свои бесконечные браслеты и кольца на руках. — Да ладно, я же пошутил, не угостишь сигаретой? Антон не веря своим ушам, трясущимися руками, достает из кармана пальто пачку сигарет и протягивает их Арсению. Попов берет пачку из рук Шастуна, тем самым задевая его кончиками пальцев. Парень тут же отдергивает свою руку, чуть не роняя пачку в лужу. Арсений Сергеевич курит медленно, наслаждаясь каждой затяжкой и наблюдает за парнем, который так же, вновь закурил. — Ты выглядишь напряженным, — заявляет Попов. — Неужели тебя так напрягает мое общество? Антон громко сглатывает подступивший к горлу ком. Делает затяжку, выдыхает и приоткрывает рот, чтобы ответить на вопрос преподавателя. Но раздается мелодия. Арсений достает из кармана телефон, отходит на пару метров и отвечает на звонок. «Словно мне не все равно, о чем ты там разговариваешь», проносится в голове у Шастуна. Он демонстративно отворачивается и докуривает свою сигарету, не находя в себе, на самом деле сил, смотреть на профиль Арсения Сергеевича.