богоподобные витаминки

нужно выйти. я испытываю безумное желание покинуть это отвратительное место. здесь грязно, шумно и грустно. мне нужны витаминки. и не просто какие-то сраные аскорбинки, хахах, нет… мне необходимы богоподобные витаминки. они стали моим спасением. тем, без чего я не могу прожить уже… хм. сколько? я не знаю, если честно. время для меня давно утеряло свое значение. оно стало одной из самых бесполезных вещей в моей жизни. хотя, то, что я делаю сложно назвать жизнью. это скорее существование. мне говорили, что когда люди живут, то они радуются тому, что они есть в этом мире. у них есть цели, которых они хотят достигнуть перед тем, как отправиться куда-то, покинув свои оболочки. получается, что я существую. чтож, это ничего не меняет. как было наплевать, так и будет. но если говорить о времени, то для меня все еще остается несколько мутной причина того, зачем оно нужно. вероятно, время придумали, как некий пространственный ориентир, чтобы упростить свое пребывание в, казалось бы, бескрайнем пространстве. это было моим изначальным предположением. но сейчас я вынашиваю теорию, что время – это некогда забытая религия, ставшая повсеместной. может быть, задолго до бородатых мужчин и грудастых женщин, люди поклонялись течение их жизни – времени. они могли верить верить, что это самое время дарует им право жить, кормит их, разрешает заводить потомство. и чтобы получить все это, нужно лишь дождаться божества, преподнося ему дары. ну а смерть была наказанием за проступки. этим же можно объяснить, почему люди не бессмертны – каждый на протяжении отведенного человеку луча совершает то, чего не должен был, после чего луч становится отрезком. впрочем, для меня это не так уж и важно. уже нет сил верить во что-либо. а еще это кажется мне бесполезным. наконец-то я выхожу из этого мерзкого смрада. точнее, выбегаю. как же достали эти мерзкие лица. почему вы улыбаетесь, когда смотрите на меня?! неужели, я такой смешной? скажите, что во мне такого?! хотя… в каком-то смысле, их можно понять. наверное, они не каждый день видят кого-то настолько отвратительного. я же не хожу сюда ежедневно, иначе самоубийства было бы не избежать. а мне, вроде как, руки на себя накладывать не хочется. я не против, если меня собьет машина или маньяк с улыбкой распотрошит меня. ну да ладно, не будем о грустном, хахах, сейчас я даже чувствую, как мое лицо преобразилось. интересно, они расстроились из-за того, что я улыбаюсь? впрочем, не так уж и важно, что они там почувствовали. все равно это была последняя неделя в этом году, когда мы увидимся с ними. а может быть последняя вообще. мне как-то все равно. я просто плыву на спине по потоку этой печальной бурой реки. итак, я наконец иду за богоподобными витаминками. хм, почему мне взбрело в мозг так их обозвать? блин, сложно вспомнить. но я точно помню, что от них мне везде становится настолько хорошо, насколько попросту быть не может. примерно такое же чувство я испытываю, когда тождеством для охуенно огромного выражения с дробями является один. вот только тут такое ощущение возводится как минимум в третью степень. но если описывать полный спектр эмоций, которые я помню, то сначала идет легкое шипение на языке. примерно также пищевая сода реагирует на воду. а когда это утихает, то вкусовые рецепторы начинают наслаждаться изначально сладкой, но начинающей горчить все больше и больше. а после нужно незамедлительно проглотить. дальше я всегда куда-то падаю, не знаю, насколько долго я так лежу, но когда встаю, то понимаю, что не помню абсолютно ничего. чем-то напоминает моргание, но только более продолжительное, тягучее, что ли. и каждый раз после «моргания» где-то там глубоко я осознаю, что мне хорошо. уже не так все и плохо, как было до этого. я помню, что в первый раз у меня на щеках были слезы. потом было так здорово тереть холодную кожу, которую слегка пощипывало. было так хорошо. просто прекрасно. я очень люблю математику. до богоподобных витаминок она была единственной, в чьи объятия хотелось провалиться с головой. надеюсь, теперь она не ревнует из-за того, что я теперь больше внимания уделяю богоподобным витаминкам. а вот нужное место. оно грязное и смердящее. как и всегда. ох, мои дорогие, как же я хочу ощутить вас на своей ладони. нужно лишь накормить одно животное. такое же отвратительное, как и это место. но оно даст мне то, что я так мечтаю увидеть и почувствовать. жаль, что эта тварь не питается плотью, тогда можно было бы избавиться от кого-нибудь. но от кого мне избавляться? я не знаю. на входе меня встречает мотылек. мотылек говорит, в какую комнату идти на этот раз. кажется, ко мне здесь привыкли. ну и плевать. пожалуй, единственный плюс этого места в том, что здесь никто не смеется. мне никогда не доводилось слышать здесь веселье. оно боится этого места, словно сибирской язвы. и меня это делает счастливым. необходимо идти в клетку к зверю. на это никто не будет смотреть. это хорошо, в каком-то смысле. нужно стараться, чтобы получить желаемое.

***

ноги болят, ничего нового. думаю, это пройдет где-то там в будущем. раньше же боль прекращалась когда-то. кажется сегодня зверь был в особенности голоден. может из-за этого, когда я его накормил, он дал мне больше, чем обычно? это событие не может не радовать меня. может, в следующий раз мне стоит усерднее стараться, и тогда мне дадут еще больше? можно попробовать. ох, богоподобные витаминки, наконец-то вы со мной, в моем кулаке. мне так хорошо сейчас. наверное, сейчас нужно пойти домой. что есть дом? у каждого свое понимание этого термина. для меня, например, это просто жилое здание. ну, или место для существования. такая знакомая бетонная лестница, от которой пахнет аммиаком. рядом с входом на этаж стоит несколько стеклянных бутылок, а рядом валяется кучка окурков. просто прекрасно. мне кажется интересным то, что бутылки точно такого же цвета, как и баночка с жидким, вонючим и ядовитым бромом. бром напоминает мне дерьмо. не знаю причины, но как есть. а может, просто не помню. память в последнее время ухудшилась, как и почерк. ну и плевать, все равно у меня нет чего-то такого, что я могу и хочу вспомнить или же написать об этом. дверь моего обиталища открыта, ничего нового. но так даже лучше, ведь это не только мое жилище. да и могу я называть его своим? однажды мне просто сказали величать «своим домом». пойду к холодной плитке, там безопаснее всего. и пахнет не так дурно и противно. можно наконец-то осесть и выдохнуть, с ног спадет напряжение. взгляд падает на желтый керамический таз, в котором стоит еще один таз, но пластиковый и зеленый. не люблю зеленый. там плавает и стукается о бортики маленький труп. я глажу его по спине. как же хорошо, что это создание больше не увидит этого пространства. но я помню, что ты не хотел уходить. твои печальные крики и визги разносились повсюду. интересно, хорошо ли это, что и сейчас всем, мне в том числе, все равно? настало ваше время, мои дорогие. богоподобные витаминки. я стараюсь есть по одной в день, чтобы не слишком часто ходить к зверю. если бы была возможность делить их… от этого немного грустно. но ничего, печаль скоро погибнет! интересно, а что будет, если съесть больше одной за раз? сегодня мне выдали больше, чем обычно. почему бы не попробовать возвести счастье в куб? что со мной станет? один раз можно попробовать. я кладу на язык сразу три богоподобные витаминки. сладко… слишком сладко… теперь начинает горчить… проглатываю. снова я падаю, хаха. ауч! батарея, ты плохая, не бей меня, хехе… ого, плитка стала такой теплой. а почему одежда намокла? хмм… кажется, или я на море. ура! наконец-то я тут побываю, вот здорово! просто прекрасно.