Alone

      Утро. Все снова, как по шаблону. Проснуться от будильника с мыслью «а нахуя?». Босыми ногами встать на холодный пол, ведь снова забыл закрыть окно. С закрытыми глазами чистить зубы. На рандом выбрать одежду, потому что не заботится о своем виде. Позавтракать горьким кофе, надеясь хоть на небольшую бодрость. Выйти из квартиры и дойти до остановки. Дождаться ебаного автобуса до места работы, где снова будут все эти люди.

***

      Чон Хосоку 28, а у него ни друзей, ни отношений. Парень как-то и не замечает этого. Нет желания. Окончив университет с отличием (даже похвастаться некому), Хосок устроился на работу хореографом. Платили немало, так что парень не жаловался. Каждый раз, приходя после работы, усталый от этого дня Хосок ложился на кровать и смотрел пустым взглядом в потолок. Чувствуется, сегодня ничего нового не будет.

***

— Хён-ним, а как это движение делать? — паренёк лет 17 подошёл после занятия. Его желтые волосы — единственная яркая вещь в нынешней жизни Хосока.       Чон собирался домой, где снова ляжет на кровать, чтоб повтыкать в потолок. Что ж, его ученик нуждался в его помощи, так что придётся задержаться. — Какое именно? — Хосок прекращает собираться и устало оборачивается к парню. «Минхёк, вроде»       В течение часа Хосок помогает пареньку оттачивать движения. Тот неплохо справляется, и у старшего даже хватает сил, чтоб похвалить его.       Замечая яркий огонёк в глазах человека напротив, Хосок хочет так же. Чтоб дома ждала семья, чтоб гулять допоздна со второй половинкой, чтоб веселиться с друзьями.       Но все, что может Хосок — это прийти в холодную квартиру, где ждёт только одиночество.       Заканчивая с танцами, Хосок прощается с учеником и вешает уже собранную сумку на плечо, толкая дверь для выхода. Идя на остановку в темноте, наступает в лужу новыми кроссовками. Делая медленный разочарованный выдох, ступает дальше. Пустой автобус приезжает довольно быстро. Оплатив проезд, садится на дальнее место и достает наушники.       Квартира, как и ожидалось, встретила темнотой, холодом, тишиной и одиночеством. Он привык, поэтому медленно снимает обувь и недолго стоит перед зеркалом. — А у меня всегда была здесь родинка? — задается вопросом, потому что уже давненько не смотрелся в зеркала. Парень идёт на кухню и ставит чайник. В ожидании закипания, отправляется в небольшую гостиную. Окна снова открыты, потому что прохладу он любил. — Я дома, — парень проводит рукой по рамке, в которой фотография женщины лет 40.       Домом это сложно назвать. Дом — это где кто-то ждёт, где спокойно на душе и безопасно. Хосок не ощущал себя дома уже лет 10.       Мужчина садится на маленький диванчик. Взгляд в пол. Пустой, почти стеклянный. Хосок не вспомнит, когда его взгляд был другой. В голове всплывают его давние мечты. Он мечтал о многом в тогдашние 18. Но в ушах снова скрип колес, разбитые стекла, сирена скорой помощи. flashback — Мам, не разговаривай за рулём, — снова бухтит в трубку Хосок. Мама должна приехать на совершеннолетие сына. Они договаривались об этом буквально за год до праздника, так что парень очень ждал этот момент, ведь мать уже долгое время работала в другой стране. — Не бурчи, родной. Приеду, все в лицо скажешь, — женщина посмеялась. Она души не чаяла в своем единственном ребенке. Да, они созванивались каждый вечер по видеосвязи. Но живую встречу ничего не заменит. Она посмотрела на задние сидения, где лежал подарок парню. Мимолетно улыбнулась и продолжила следить за дорогой. — Кстати, на кого свои кактусы оставила? — Хосок всегда не упускал случая подшутить на эту тему. Мама очень любила растения, особенно кактусы. Так что в квартире, в которой они жили в детстве парня, было много растительности. Чон до сих пор помнит этот цветочный запах, который въедался буквально во все — в одежду, в мебель, в самих жильцов. — Да я же ненадолго, не пропадут. Один тебе вон везу. Подожди-ка, — в трубке слышится шум. — Мам? — ладони начали потеть, а глаза бегать по потолку. Когда послышался треск стёкол, Хосока начало трясти. — Мааам? Нет, пожалуйста, мам. — По ту сторону звуки сирены. end of flashback       Что было дальше, Хосок почти не помнит. Помнит только, что на следующий день проснулся в засохших слезах с пустотой внутри. Мама, его самый родной и близкий человек, скончалась в машине скорой помощи. Свой день рождения парень провел на похоронах матери. После этого дня Чон ни разу не праздновал хоть какой-то праздник.       Слышится свист чайника и Хосок встаёт с места, проходя на кухню. Который год подряд парень ест только кофе или чай. Силовые тренировки ухудшают ситуацию. Но иногда он все же находит в себе силы и готовит что-то вкусное. Допивая кофе (или это был все-таки чай? Он не почувствовал вкуса), он идёт поливать один единственный кактус на подоконнике. Тот почти зацвел. Чону хотелось бы так же.       Но все, что может Хосок — гнить, без смысла расцвести.       Сходив в душ и переодевшись, Хосок ложится спать. Снова закрывает глаза, как вчера, позавчера, неделю, месяц, год назад. Завтра все повторится.       В 3:47 Хосок просыпается от странного сна, содержание которого он совершенно не помнит. Уснуть снова не получается, так что он решает встать и одеться. Надев свитер связанный матерью, и переодев спортивные штаны, выходит из квартиры. Подымается на один лестничный пролет, ибо живет на последнем этаже, и выходит на крышу. Небо еще темно-синее, кое-где даже видны звездочки. Но желтая полоса уже начинает вырисовываться на горизонте. Хосок кладет руки в карман, наблюдая за рассветом и обдумывая все. Легкий ветерок обдувает волосы, а в нос ударяет запах цветущей вишни. Хосок подходит к краю, опираясь на перила.

Походу, сегодня все изменится.