Обещание

Звездные летние ночи. Сколько романтики и слезливых речей ассоциируется с этим словосочетанием. Бездонное око черного неба, искристые блестки звезд, рассыпанных по бархатному полотну небосвода, легкий южный ветер, ночная прохлада и свежая, влажная от росы трава. - О чем думаешь? - Томо жевал травинку, лежа на траве и глядя на яркие разные звезды. - Я? Ни о чем, - Казуха вдруг начал вглядываться и указал пальцем на неопределенную точку в небе, - гляди, звезда падает. Загадывай желание. Томо пригляделся: и правда. Огромная звезда сорвалась вниз, оставляя за собой сверкающий хвост. В его зеленых глазах отражался, казалось, целый мир. Все его события, прикрасы, люди и он, его самый дорогой человек. Казуха глядел на летящую звезду, думая о том, как хорошо было бы пролежать так всю жизнь, смотря в бесконечное темное небо. - Что ты загадал, Томо? - Казуха мило улыбнулся и посмотрел на своего друга. - Хм… А разве можно рассказывать о своих желаниях? Но… Я бы хотел всегда быть с тобой. А ты что загадал? - Томо улыбнулся в ответ и закрыл глаза, заложив руки за голову. - Удивительно. Наши желания совпадают. Томо приоткрыл глаза и протянул: - Ха-ха, и правда. К слову, я собирался на рыбалку завтра, пойдешь со мной? - Неплохая идея, да. - Тогда завтра в два дня на нашем месте.

***

- Эх, Широ, твой хозяин что-то опаздывает уже на полчаса. Пунктуальность явно не его конек. Казуха сидел около каменной стены пещеры на берегу моря, омывающего Инадзуму. Белый кот Томо, Широ, ластился к его другу и мурчал. Спустя десять минут, запыхавшись, прибежал Томо. Он сложил руки в мольбе и с прерываниями заговорил так быстро, как только мог, лишь бы Казуха не понял половины слов и принял ситуацию: - Скоро состоится Дворцовая дуэль! Я в предвкушении. Это великолепный шанс получить глаз бога, понимаешь? Я сделаю это для тебя, и тогда мы… Казуха, несмотря на все старания Томо сделать свою речь настолько непонятной, чтобы тот не догадался о чем разговор, все понял и мигом перебил своего друга. - Я знаю, что ты пытался сделать. Но я все понял. Ты не пойдешь туда, Томо. Я… Да ты вообще понимаешь, о чем ты говоришь?! - Казуха вдруг вспыхнул и повысил голос на пару тонов. - Это же Дворцовая дуэль, на которой пало столько людей… О чем речь? Тебе не победить, никому не победить, понимаешь? Не смей, слышишь… Казуха жалобно и уже без злости поглядел на своего друга. Томо присел рядом и успокаивающе проговорил: - Ты не понимаешь меня. Все будет хорошо, я тебе обещаю. Я всегда буду рядом. Ты веришь мне? Вместо ответа Казуха встал, взял удочку и медленно пошел к озеру. Разговор не клеился: Томо знал, что его друг слишком обижен на него, чтобы что-то сказать, а сам он не хотел прерывать молчание, да и слова были бы бесполезны. Он думал о предстоящем поединке, о том, как Казуха обрадуется, получив глаз бога, о том, как они будут путешествовать…

***

Спустя неделю было объявлено начало отборочных испытаний. Из двух тысяч людей было выбрано менее сотни. Всем им предстояло сражаться друг с другом до тех пор, пока не останется единственный мечник, готовый бросить вызов божеству. Томо подал заявку одним из первых, заранее зная, что пройдет все испытания. Его вера в победу, решимость и желание выиграть были выше всего остального. Несмотря на каждодневные уговоры Казухи не ходить туда и отозвать свою заявку, несмотря на недостаточную силу и отсутствие логики в его поступках, он все же прошел первый тур. Сто человек, пятьдесят человек, двое. Он прошел. Завтра состоится поединок на главной площади, все решится. Все, кто слаб духом и телом падут под жестоким божественным наказанием. Настал день Х. На площади собралось более тысячи человек. Томо стоял посередине: складывалось впечатление, что его собираются прилюдно сечь розгами, вести на эшафот или класть его голову под нож гильотины. Он нервничал. Слабый ветерок трепал концы его клетчатого шарфа, лепестки сакуры путались в его светло-русых волосах. Люди смотрели на него с ожиданием и тревогой, непомерно возраставшей с каждой секундой нудного ожидания. Вдруг широкие каменные ворота распахнулись. Из них вышла весьма симпатичная девушка: ее короткие темно-синие волосы были аккуратно уложены, красная маска птицы на боку была словно приклеена намертво. - Это же Сара? Та самая лучница? - Да-да, она, только сейчас она… С катаной? Почему? Это было действительно странно. Сара, приближенная Электро Архонта Баал, была лучницей, однако в этот раз, вероятно, с целью поравнять силы с противником, она вышла с остро заточенной катаной. - Во имя святого Архонта, Сегуна Райден, да начнется великий поединок! - Сара взмахнула катаной, очертив нечто наподобие треугольника, и опустила ее вниз, - Кто ты, странник? Томо немного опешил от столь торжественной речи, но быстро собрался с мыслями, поклонился и ответил: - Мое имя Томо. Я готов принять сражение! - Что же, Томо, да начнется поединок на смерть! По толпе раскатился гул, похожий на гром. Сражению было положено начало. Стук клинков, тяжелые и прерывистые вздохи то ли от усталости, то ли от ран… Казуха тем временем сидел на берегу моря и бросал плоские камешки в стоячую воду, дабы получить «блинчики». Рядом с ним ошивался Широ, не находивший себе места. - Широ, что это с тобой? - Казуха погладил кота по спине и запустил очередной камень в водную гладь. «Где же Томо? Он давно должен был прийти… Может, в городе застрял? Надо бы подняться и поискать его» - подумал Казуха, выкинул оставшиеся камни и неспешно пошел к городским воротам. Площадь находилась в паре сотен метров от главных ворот, только немного ниже. Из-за полного штиля звук слишком хорошо разносился по округе. Крики с площади настигли и Казуху, только что пересекшего черту города. - Хм, что это за… Вдруг он сорвался с места. В его глазах застыли слезы, из груди вырывались редкие тяжелые вздохи. «О нет, нет, нет… Только не это, прошу, пусть там будет кто-то другой…» Толпа резко стихла. Сара подняла клинок своего оппонента, положила его на красную бархатную подушку. Оттянув угол маски с глаз, она с жалостью посмотрела на умирающего Томо с огромной раной в сердце. Его белая сорочка пропиталась темно-алой кровью, зеленые глаза неподвижно смотрели на Сару, на губах застыла едва заметная улыбка сожаления. Казуха вбежал на площадь, проталкиваясь вперед через народ. Вдруг его глаза расширились. Он медленно подошел к лежащему на холодном камне Томо и опустился на колени. Дрожащими руками он перехватывал его рану, пытаясь остановить кровотечение. Даже понимая, что Томо уже ничем не помочь, он все еще старался что-то сделать. Вдруг Томо слабеющими руками потянулся к Казухе, приложил свою ладонь к его щеке и прерывающимся шепотом заговорил: - П-прости меня… Я… Я не справился… П-позаботься о Ш-широ вместо м-меня… Он медленно закрыл глаза и опустил руку. Блуждающая улыбка последний раз озарила его лицо. Казуха дрожал. По его щекам неумолимо катились слезы, плечи тряслись от рыданий. Перепачканные в крови руки пытались найти хоть какое-то спасение. Он понимал, он все понимал. Он не хотел принимать правду. - Томо, ты же обещал, что всегда будешь со мной. Ты оставил меня? Бросил? Почему? Ты же обещал… К вечеру, когда народ уже разошелся, Казуха все еще сидел под лучами закатного красного солнца около Томо и не переставая плакал.

***

Спустя два месяца Казуха решил пройтись по тому самому берегу, где была пещера. Ночное небо уже окутало Инадзуму, звезды выступили так ярко, как только могли. Место встречи не изменить, да? Впервые за два месяца Казуха увидел кота Широ, лежавшего на этом месте. Он подошел к коту, сел рядом с ним и стал всматриваться в небо. Точно такое же, как тогда… - Я уеду. Уеду отсюда так далеко, как только могу. Думаю, ты будешь не против, а, Широ? - Мяу. - Вот и славно. Лицо Казухи озарила мягкая улыбка впервые за два месяца. Наверное, Томо хотел бы, чтобы его друг улыбался всегда.