Я всё ещё пою эти песни

      Сэмми Лоуренс, директор музыкального департамента, сидел в своём офисе и читал текст песни, который ему чуть раньше предоставил Джек.       Это была песенка для Бенди, мелодию к которой Сэмми написал ещё неделю назад. В этот раз долго Джек подбирал для неё слова — видимо, на его новом рабочем месте и вправду гуляет ужасный запах, который не даёт сконцентрироваться на лирике.       Вдохнув, Лоуренс облокотился на спинку стула и начал петь слова песни, припоминая свою мелодию и стараясь наложить это друг на друга в своём музыкальном уме. Получалось неплохо, но будет лучше, если он всё-таки сыграет ноты на пианино и споёт под реальную, а не выдуманную, музыку.       Прихватив с собой лист нот, он лёгким шагом направился к отделу звукозаписи. Никого не встретив по пути, он завернул к нужной двери и отворил её. Его взору предстала милая картина.       Кроме Сэмми в этом месте был ещё один человек. Сьюзи Кэмпбелл. Но что она здесь делает? Вроде, сегодня у неё был выходной — мультфильм был озвучен на три серии вперёд, а дальше её персонаж — Ангел Алиса, — пока не фигурировал. Что же она здесь делает?       — Сэмми! — воскликнула она, заметив его, — здравствуй.       — Рад видеть тебя, Сьюзи, — приветливо отозвался он. — Ты что-то хотела?       — Ах, да, я искала тебя, — ответила девушка.       Быстрым шагом приблизившись к коллеге, мужчина изящно выгнул правую бровь, показывая готовность слушать.       — Джек передал мне вот это, — она протянула ему листок, который до этого прятала за спиной, — сказал, что Алиса могла бы хоть раз спеть вместе с Бенди.       — А что на это сказал Джоуи? — усмехнулся Лоуренс, пробегая глазами по тексту и непонимая, отчего его друг не захотел показывать ему это, — знаешь, песня выглядит неплохо… Если мистер Дрю одобрит, я напишу к этому композицию. И Генри…       — Никто, кроме Джека, тебя и меня, не знает об этом, — мягко перебила его Сьюзи. — Мы не уверены, что голоса Бенди и Алисы будут звучать хорошо вместе, вот и не решили пока рассказывать.       Сэмми кивнул и поинтересовался:       — И ты решила пойти ко мне, чтобы узнать об этом?       Улыбнувшись, девушка кивнула, и Лоуренс, отложив листок со своими нотами, сказал:       — Сначала мы попробуем спеть это под музыку.       — Мы? — удивлённо переспросила Кэмпбелл.       — Голоса Бенди мы не получим, конечно, но я могу спеть с тобой, чтобы мы проверили, как слова песни звучат, когда их поют двое.       Рассказывая всё это, он сел за пианино, одиноко стоящее вдали от других инструментов и стал перебирать клавиши, создавая приятную мелодию.

***

      Чернильные пальцы поочерёдно нажимали на клавиши, оставляя следы и стараясь связать знакомую мелодию из далёкого прошлого.       Сэмми уже и не помнил, как звали ту девушку, не помнил, была ли она. Был ли он. Всё, что он делает — это ходит по давно заученному небольшому помещению. Две двери, отрезая его от основной студии, если она вообще была, были закрыты, а единственная надежда выбраться — это яркое воспоминание о тёмной костлявой фигуре со знакомыми рогами на голове. Возможно, только Чернильный демон сможет его спасти, и Сэмми уже считал себя его пророком. Таскал картонки туда-сюда, рисовал кривые пентаграммы…       Сейчас ничего делать не хотелось. Сейчас он сидел и вспоминал то, что было когда-то, напевал внезапно вспыхиваюшие в голове песни и иногда всматривался в постер с Ангелом, пытаясь вспомнить, каков был голос той девушки.       Оставив крышку пианино не закрытой, он встал и пошёл прочь из зала звукозаписи, направляясь в свой офис. Там есть радио с какой-то старой песней без слов, которое Сэмми так старательно оберегал от чернил. Может, в этот раз он вспомнит слова этой песни.