Алые лепестки

      Когда она впервые закашлявшись почувствовала странное ощущение в груди? Атанасия уже не помнила. Да и не все ли равно когда?       У Атанасии ханахаки. С каждым днём её лёгкие все больше и больше оплетают душистые бутоны роз. С каждым вздохом они оставляют ещё меньше пространства для кислорода.       Когда принцесса впервые выплюнула алый лепесток весь в её крови, всего на минуту она испугалась. Липкий страх окутал её тело и девушка плотнее закутывалась в одеяло. Она умрёт.       Ведь Он не любит её.       Она не помнила когда и где впервые влюбилась в него. Не помнила когда стала наблюдать украдкой за ним, за каждой чертой его лица. Как ловила каждое его движение и улыбку… Находясь с ним рядом она переставала чувствовать приторный цветочный аромат и старалась как-нибудь «случайно» коснуться мага. Ведь тогда ей пусть и ненадолго, но становилось легче. У Лукаса в такие моменты было такое забавное выражение лица.       С каждым новым приступом цветы сильнее оплетали её лёгкие, заставляя девушку до крови кусать губы, чтобы не закричать. Лишь бы никто не знал. Лишь бы Он не знал.       Лили очень сильно переживала за принцессу. Атанасия резко похудела и с её щёк исчез румянец. Она будто медленно увядала на глазах. Но причину такого состояния горничная не находила. Всё было хорошо, не было никаких проблем или болезни. Но принцесса с каждым днём становилась всё бледнее и бледнее. В конце концов Лилиан остановилась на том, что принцесса слишком много учится и решила её ограничивать в учёбе.       Атанасия не посвящала никого в свою тайну. Даже верная Лилиан не подозревала о болезни принцессы.       До недавнего времени.       В одну из множества бессонных ночей Атанасию застиг настолько сильный приступ кашля, что Лилиан впопыхах ворвалась в комнату принцессы. Она с ужасом смотрела на окровавленные лепестки, что так ярко выделялись на белоснежных простынях, и сдавленно охнула. — Принцесса… — Не говори никому. — С трудом произносит принцесса, прежде чем её настигает очередной приступ.       А уже на завтра принцесса прогуливается по своему любимому саду роз, что подарил ей её дорогой папочка. Как назло сейчас цвели именно красные розы.       Такие же красные как и его глаза.       Эти глаза многие называли кровавыми, и не без оснований. В редкие проявления злости они становились ледяными и, действительно, были похожи на кровь. Но Ати находила их самыми прекрасными глазами на свете.       Они как нераспустившиеся бутоны роз. Но когда распустятся, то смогут затмить всё на свете своей красотой.       Атанасия грустно улыбнулась. Эти глаза никогда не посмотрят на неё с любовью. С интересом, да. Но не с любовью. Для Лукаса она всего лишь интересная игрушка, которая разбавляет его длинную и скучную жизнь.       В книгах она узнала, что от ханахаки можно избавиться магией. А если учесть, что рядом с императорским дворцом находится башня полная магов самого разного уровня и специализации, то это и проблемой то не было.       Но Атанасия не спешила к ним наведываться. Девушка знала, что если её вылечат, то её чувства к Лукасу навсегда исчезнут. Принцесса хотела ещё немного чувствовать любовь, пусть и давалась она ей очень болезненно.       Спустя пару недель девушке стало ещё хуже. Теперь кроме частого кашля, она стала иногда задыхаться. Розы оплели её лёгкие до боли, а в горле будто появились шипы, что так немилосердно резали его. Но она ещё держалась. Она не могла сломаться и стереть весомый кусок души.       Кроме Лили никто не замечал её состояния. С отцом она была лишь на утренних чаепитиях, а в последнее время тот и вовсе был занят государственными делами. Лукас тоже был занят.       Маг перестал навещать принцессу и безвылазно пропал в своей башне.       Постепенно её всё больше окружал цветочный запах, а сейчас он и вовсе стал тошнотворным. От чего приступы были ещё чаще и сильнее. Блондинка уже выплевывала не просто лепестки, а целые бутоны.       Ати понимала, что с каждым днём её жизнь сокращалась, но к магам всё ещё не спешила. Она была уверенна, что успеет вылечиться, а в действительности просто не хотела избавляться от своей любви.       Это было так странно. Знать, что тебе грозит смерть, а её избавление находится совсем рядом и ничего не предпринимать.       Девушка улыбнулась и вновь закашлялась. Белоснежный платок окрасился кровью и очередным бутоном розы. Грудь до ужасной боли сжималась каждый раз из-за очередного кашля. Горло нещадно болело и резало, но девушка терпела. Скоро кашель прекратится и ей будет не так больно.       Но вопреки всему кашель слишком долго не прекращался и на шум прибежала Лилиан.       Она с ужасом подбежала к принцессе и не зная что делать, просто стояла. Помня просьбу молчать, горничная не могла позвать юного мага или ещё кого-нибудь.       Всё платье принцессы было заляпано кровью и бутонами роз, когда она поняла, что вот-вот потеряет сознание. Ею опять овладел липкий ледяной страх. Её глаза медленно закрывались, а она упорно дёргала руками, надеясь вырваться из этой пучины отчаяния.       Спустя несколько месяцев с начала болезни ей стало страшно умереть. Она боялась, что слишком долго откладывала на потом свое лечение и теперь слишком поздно. — Л — Лукас! — Единственное, что смогла она прохрипеть сквозь раздиравшие горло шипы, прежде чем провалилась в темноту.       Принцесса вскрикнула и резко открыла глаза. После долгого проведения в темноте, глазам стало больно из-за яркого света. Опять она начала кашлять, а глаза наполнились слезами. К ней тут же кто-то подскочил. Полу сидя в своей кровати, девушка слабо подняла голову на шум и встретилась с рубиновыми глазами. Сейчас он выглядел очень беспокойным, было видно, что состояние принцессы его очень напугало. Но Атанасия лишь отвернулась от него.       Только не он! Пожалуйста, только не он! — Ханахаки, значит? Неужели из-за того белобрысого ты довела себя до полусмерти? — Брюнет грустно взглянул на девушку и взял её ладонь в свою.       По телу Атанасии прошёлся приятный ток, но она резко отдернула руку. Она вновь не захотела расставаться со своими чувствами. И причём тут Иджекил? Он же помолвлен с Дженет. — Чего это ты? Не понимаешь, что мне придётся избавиться от этого? — Я… Я не хочу избавляться от любви. — Принцесса стыдливо прикрыла ладонями лицо. Она не хотела, чтобы он видел её слёзы.       Она чувствовала, что поступает глупо говоря такие вещи, но ничего с собой поделать не могла. Не хотела.       Кашель уже отступил и девушка могла хоть немного дышать. Но она и понять не успела когда её руки были грубо схвачены, а сама девушка прижата к кровати тяжёлым телом мага. Их лица разделяли всего лишь сантиметров пять-шесть, не более.       Сердце Атанасии забилось с учащенной скоростью. Это, конечно, неприлично, но принцессе близость мага приносила лёгкость. — Настолько сильно любишь того щеночка? Я ведь все равно сотру твои чувства к нему. — Лукас смотрел на девушку своим ледяным взглядом отчего Атанасия невольно вздрогнула. Ещё никогда она не видела такого взгляда у своего друга. По-крайней мере, на неё такой взгляд обращён не был. Раньше.       Хах, друга? — Щеночка? Но я не люблю Иджекила. — В кого тогда ты смогла настолько сильно влюбиться? Аргх, плевать! Я всё равно узнаю кто он и убью его!       Взгляд мага стал ещё более ледяным, но принцесса бесстрашно смотрела ему прямо в глаза. Ей вдруг стало смешно. Она представила как Лукас будет убивать самого себя. Хах, только ему будет всё равно, даже если узнает кого любит Атанасия.       Она хотела было что-то сказать, но почувствовала ману Лукаса у себя внутри. Ати остро почувствовала, что не хочет отдавать свою любовь. Пусть сейчас ей очень плохо от этих чувств, но ещё больнее осознавать, что у тебя буквально вырежут кусок твоей жизни. Даже если она умрёт. Как когда-то отец «вырезал» воспоминания о любимой женщине. Нет! Атанасия не хотела такого исхода! Ей нужно было освободиться из стальной хватки мага. Пусть она и не могла вырваться, но отвергать его ману и дёргаться могла. — Тц, не вынуждай меня делать тебе больно! Я точно убью того человека, в которого тебя угораздило так влюбиться!       Принцесса не могла бесконечно отталкивать чужую ману и попутно пытаться вырваться. Лукас был намного сильнее её. Он мог в раз стереть всю её любовь, но он этого не делал. Почему? Жалел? Глупо. Сейчас она была полностью в его власти и совсем скоро её тело сдастся. По её щекам потекли слёзы. Её душа разрывалась между любовью и разумом. В конце концов она перестала сопротивляться. Сдалась. Сломалась. — Знаешь кого я так сильно полюбила? За кем постоянно наблюдала и старалась ловить на себе его взгляды? Чьи прикосновения мне были буквально нужны как воздух? Я не хочу терять свою любовь к нему. К тебе, Лукас. Никогда бы не призналась тебе в этом, но как видишь я сейчас в отчаянии и могу говорить что хочу. Сотри мне уже эти чувства и заодно память о всех днях моей «болезни». Я люблю мага, который должен стереть мои чувства к нему же. Иронично, правда? Ати повернула голову в другую сторону и закрыла глаза. — Только сделай это быстрее. Больно, знаешь ли.       Вместо этого девушка почувствовала, что его хватка стала слабее и она уже могла свободно двигать руками. — Похоже, мне придётся убить себя. За то, что долго отсутствовал и не замечал твоих страданий и… За то, что причинил тебе боль.       Ати удивлённо смотрела в алые глаза мага и не верила. Сейчас он смотрит на неё самым нежным и любящим, хотя и немного грустным, взглядом. Может ли быть, что он… — Да. — Маг прочитал в её глазах немой вопрос и ответил. — Люблю.       Ати широко распахнула глаза и неверяще уставилась на мага.       Любит?Он её любит?       Сердце забилось с учащенной скоростью и их взгляды встретились.       Секунда, две, три и вот их губы соединились в нежном поцелуе.       Цветы в лёгких полностью исчезли и давящая боль во всей груди закончилась. Перестало резать и горло. Наконец Атанасия могла свободно дышать.       Ати охватил жар с ног до головы и она сама сделала из нежного более страстный поцелуй. Маг отвечал ей тем же. Он целовал её так, как никто другой не сумел бы никогда. Он нежно перебирал каждый её локон и накручивал их на палец. Рука Ати уже давно была в его длинных волосах, с любовью перебирая каждую прядку.       Неизвестные доселе чувства стали просыпаться в ней и ей захотелось большего.       Её руки потянулись к пуговицам на рубашке парня и стали с дрожью их расстёгивать. Но Лукас убрал её руки и нехотя отстранился. — Тебя сейчас окутывает жар. После ханахаки всегда такой эффект. — Видя её разочарование поспешил ответить черноволосый маг. Он наложил на неё простенькое заклинание охлаждения и собирался идти к императору, отчитываться в состоянии его дочурки.       Но слова принцессы застигли его врасплох. — В следующий раз ты не отделаешься так легко, учти. — Принцесса коварно улыбнулась, но уже через секунду покраснела и с головой спряталась в одеяле. Что она только что сказала! Боже! Боже! Боже! Стыд-то какой! Приличным девушкам даже думать о таком нельзя, а она ему напрямую сказала, будто они уже женаты! Хотя, после сегодняшнего он уж точно женится на ней. Никуда не денется. — Буду ждать следующего раза, принцесса. Может даже сегодня ночью загляну к вам. — Ухмыльнулся брюнет и увернулся от летящей в него подушки. — Шучу-шучу!       И телепортировался.       Принцесса по цвету лица уже напоминала его глаза. Про себя она проклинала Лукаса и его фразочки. Любя, конечно. В комнату ворвалась Лили и увидев, что с принцессой все хорошо, крепко обняла её. — Принцесса! Теперь с вами все в порядке? — Лилиан плакала и говорила. — Конечно. Я полностью здорова! — весело засмеялась Ати и прижалась к своей Лилиан.