Стоять! Полиция!

Крик умирающей чайки слышал весь участок. Федерико впечатлённо присвистнул. О да, он опознал предмет, что мне прислали. Собственно, кто из нашей сферы не опознал бы… Спутниковый телефон новейшей модели, позволяющий связаться с всего двумя заранее встроенными абонентами, сигнал которого практически невозможно засечь, даже при помощи профессионального оборудования. Кто это такой добрый, что бесплатно подогнал мне вообще-то жутко дорогую и доступную единицам разработку господина Верде? Номера загадочных двух абонементов не известны, но меня что-то терзают смутные сомнения. И догадки. Определённо, если только над миром не нависнет угроза апокалипсиса, город не будут наводнять орды зомби, хищные шагающие растения не станут охотиться на людей... Так вот, пока это не случится, лучше даже не дышать в сторону этой чудо-мобилы. Тем более, не понятно, какой телефонный номер принадлежит Вонголе, а какой —Варии. Представив только на мгновение, что произойдет, если куда-то влезет после моего звонка Вария… Почти мгновенно по спине и рукам пробежали мурашки и раз Федерико ничего не сказал, значит, могу радоваться, что волосы пока дыбом не стоят. И как будто одного такого подарочка мало, под телефоном лежала банковская карточка, к которой крепился листик бумаги с от руки написанным паролем. Очень. Знакомым. Подчерком. — Боюсь спросить: от кого? — Вопросительно хмыкнул Фредерико.        — А я боюсь представить… — Прошептал я, закрывая голову руками и сползая под стол, — это же звездец…        Коллега сочувственно похлопал меня по плечу, но это ни капельки не успокаивало, вот ни на грамулечку. Интерес таких больших дядек как Вария и Вонгола сулит одни сплошные неприятности. Всегда. Независимо от того дружелюбный это интерес или не очень. Хотелось бы душу излить, совета попросить, да только у кого? И сам себе не поможешь, в прошлом-то я успешно избегал интереса к своей скромной персоне. Мрак беспросветный…        Спрятав подарки куда подальше, обращаясь с телефоном как с бомбой, что может рвануть в любой момент, под сочувствующий взгляд Федерико отправился в архив за информацией, что поможет, наконец, собрать в папку все дело и прошить ее. К середине дня уже не хотелось абсолютно ничего. Предполагаю, что видок у меня был тот еще, поскольку я периодически взъерошивал волосы на голове. Отчёты, отчёты, отчеты… Горы, кипы бумаг, под которыми можно было рассмотреть разве что очертания моего рабочего стола. Теперь понимаю друга, что вваливался полумёртвым в бар, как в бреду стеная об очередном документе. Без подробностей, но пронимало до глубины души.        Придумав как мне расслабиться вечером, отправился по определенному и очень уже знакомому маршруту. Однако… Меня выперли из стрельбища! Представьте себе, инструктор прямо заявил:        — Не приходи сюда снова, бедствие, ты одним своим существованием вгоняешь стажёров в депрессию.        А я виноват, что они так криво стреляют?! Да новички, ну и что? Я вообще за три недели стрелять научился, попробуй не научиться когда каждый куст пытается тебя грохнуть. Ха… Даже на вселенскую несправедливость пожаловаться некому. Коллеги только поржут, Бельфегор свинтил на миссию, а остальные мафиозные бяки будто забыли о моём существовании, надеюсь навсегда. Прошёл до тошноты спокойный тихий месяц, наполненный бумажной волокитой и мелкими преступлениями, не стоящими внимания. Я даже позволил себе расслабиться, зря конечно же. Должен был же знать, что у нас просто не может быть так тихо! Нас ждала большая, огромная подстава от начальства! Нам прислали новичков. Точнее как нам… Мне персонально скинули этих желторотых птах! Знал бы — сам себе и руку сломал бы, и ногу, чтобы на больничный выйти. И Бог с ней, зарплатой! Но увы, хоть чутьё и заставило насторожиться, но не зная откуда идет опасность, пришел на работу, а коллеги специально завели в кабинет, откуда я не мог быстро сбежать. А аргумент какой убедительный: ты уже и так работаешь и воспитываешь одного молодого неопытного человека, причем неплохо, значит, ты справишься и с этими. За-ши-бись. Итак, вместо одного недорослого шебутного оболтуса, теперь у меня их: один был, и три дали в подарок! Господи… Даже не знаю, кто из них более проблемный!        Грегорио Грациано. Темноволосый, высокий и жилистый. Приятная, склоняющая к симпатии внешность, чем и пользуется. Из-за того, что отец его служит в отряде специальных операций карабинерских войск, первый этап учебы был для него прост, потому считает, что знает многое и что более опытен, чем другие два стажера. В чрезвычайных ситуациях почти не теряется. Быстро берёт себя в руки.        Массимо Серафини. На месяц младше первого товарища. Высокий, крепыш, шатен. Считает, себя умным и эрудированным по сравнению с другими и часто это демонстрирует, поэтому бывает заносчив. Хорошо знает теорию, но в случае возникновения чрезвычайных ситуаций теряется.        И наконец, Антонелла Нери. Голубоглазая, симпатичная шатенка. По характеру простая, нагловатая, чувство такта есть, но загибается. На последнем издыхании. Довольно общительная, покладистая и с огромным упорством. Бывает слишком самоуверенной. В чрезвычайных ситуациях почти не теряется. Быстро берет себя в руки.        И все, главное, выше меня! Где справедливость? На попытки задавить меня психологически и знаниями… Смотрел как на любимых, глупых детей. Собственно, после двух недель мы нашли общий язык и мне удалось слегка скорректировать поведение новичков. Но нервов вымотали… После одного довольно простого дела, которое мы выполнили со стажерами, спеси и прочего поубавилось…        — Неужели, хороших людей так мало? — спросила Антонелла.        Видимо, её чувство такта на время пришло в норму. Остальные тоже были подавлены. Я похлопал Антонеллу по спине:        — А я ведь говорил, что деятельность полицейского плохо влияет на голову. Что вам всем будет тяжело. — Почему же? — поинтересовался Массимо. — День изо дня вы имеете дело с подонками, приходится общаться с наркоманами, сутенерами, убийцами и растлителями детей, иногда даже вынужденно сотрудничать. И однажды наступает момент когда начинает казаться, что все люди испорчены. Но это не так.        Я вздохнул про себя. С мафиози тоже такое случается. Эта деятельность тоже плохо влияет на психику, здравый смысл и прочие аспекты ментального здоровья. Человеческое сердце действительно непредсказуемое. Став офицером полиции, я много раз видел, как кто-то, спасенный от плохих обстоятельств тяжким трудом десятка человек, охотно отказывался от новой жизни и возвращался к своей старой. Это делает людей одновременно злыми и беспомощными. И, самое печальное то, что будучи мафиози… Я видел всё тоже самое.        Посмотрев на стажёров, что скоро должны были отбыть обратно на место дальнейшей учебы, вспомнил первый их день и не сдержал хмыка. Это явно станет яркой жемчужинкой моих воспоминаний…