Фарфоровая чашечка

      Разбудил меня чей-то звонок. Высунув руку из-под одеяла, я ответил на него, и услышал, как на другом конце провода, Чон жалуется на бессовестного старшего следователя, то есть меня. Я видите ли, проспал все, что можно, и все, что нельзя. Заставил ждать его, чуть ли не сутки у своей двери. Бросив взгляд на настенные часы я понял, что опоздал на 3 минуты. – Хееен... – протянул он к концу своих стенаний, вызвав у меня такое удивление, что я аж из-под одеяла вылез. – Да ладно?! Ты, помнишь, что я твой хен? – решил я поинтересоваться, и услышал гудки.       Выйдя из дома увидел, как Чон недовольно пыхтит и протянул: – Какой миленький мальчик, кто тебя обидел? – за, что чуть не получил телефоном в лоб.       Сидя в машине и слушая, как Чон насвистывает очередную мелодию, я снова начал думать. Мне все время казалось, что я что-то упускаю. Что-то очень важное. И вдруг понял, что мелодия одна и та же. Бросив на Чона взволнованный взгляд и прислушавшись, я с каким-то первобытным ужасом осознал, что тот насвистывает ту же мелодию, про которую говорил господин Ким. В голову лезли странные мысли. Первое убийство, второе, третье... Чон отсутствовал на работе во время убийства всех девушек. А на мои вопросы он не отвечал, все время отшучивался. Сглотнув внезапно появившийся ком в горле, я попытался избавиться от этих мыслей. Но все было тщетно, как будто пазл, все детали складывались во едино. Спортивное телосложение, высокий рост... Напрягали и недавние жалобы Чона на пропавший кухонный нож.       Все детали, обрывки фраз, все! Но зачем? Зачем ему убивать этих девушек? И тут меня, как громом ударило. Несколько месяцев назад Чон очень болезненно пережил расставание с девушкой с которой встречался 4 года. Ее кажется звали Нана, Ким Нана. Все было настолько плохо, что он даже ходил к психологу. Нана и убитые девушки были настолько схожи внешне, что меня аж в дрожь бросило. А я все никак не мог вспомнить, кого мне напоминали жертвы... Снова бросил взгляд на напарника. За этот год мы с ним стали очень близкими друзьями, знали почти все друг о друге. Даже в одно время жили вместе, пока он искал квартиру. Я никак не мог заставить себя поверить в свои предположения. Не мог он этого сделать, просто не мог.       Целый день я ходил, сам не свой. Чувствовал себя очень мерзко. Мне уже казалось, что я схожу сума. Тело было тяжёлым, а мысли стали сплошным комком. Не хотелось ничего и никого. Весь мой мир рухнул в одну секунду. Я никогда не умел заводить друзей, знакомых. Был со всеми в хороших отношениях, но никому не доверял. Никому кроме Чона. Выросший без родителей, я всегда боялся чужого тепла и ласки. Видел в этом какой-то скрытый мотив. Чон же наплевал на все мои страхи и предубеждения. Он стал мне младшим братом. И сейчас, я с ужасом понимал, что мой единственный близкий человек может быть серийным убийцей. Не могло все так идеально сходиться и при этом быть случайным стечением обстоятельств. Но мне так хотелось, чтобы оно так и было, до одури, до потери пульса я желал, чтобы все оказалось просто случайностью. Не желая терять надежду я снова направился в лабораторию. – На месте преступления были хоть какие-то отпечатки пальцев? – уже который раз спросил я входя в кабинет. – Нет, отпечатков обнаружено не было, но там был тальк, который наносят на поверхность латексных медицинских перчаток для предотвращения слипания.       Судорожно вздохнув, я схватился за стену, и стал вспоминать сцену одного из недавних с Чоном разговора: " – Ты обедал? – поинтересовался Гук, заглянув в кабинет. – Нет, – признался я, – если бы не твой вопрос, я бы и не вспомнил об этом. – Я так и знал. – довольно произнес он и зашел в кабинет с пакетами в руках. – И именно поэтому прихватил нам поесть. Закончив с обедом и собрав мусор со стола Чон направился к мусорному ведру и сгрузил все туда. А после опомнившись достал из заднего кармана брюк латексные перчатки и отправил их в мусор... "       Вырвавшись из воспоминаний я увидел перед собой взволнованное лицо эксперта-криминалиста. – Я в порядке... – практически беззвучно прошептал я и направился к выходу, с четкой целью узнать у Чона, что происходит . –Открой! – заорал я колотя по двери его дома. – Да, что происходит?! – выкрикнул он отпирая дверь, но увидев меня злость на его лице сменилась недоумением. – Чимин? Толкнув его обратно, я зашел в дом и закрыл дверь. Я смотрел пристально, смотрел ему в глаза, смотрел на слегка мокрые волосы, и ловил не понимающий взгляд. Передо мной стоял ребёнок, пусть ему был уже 26, но для меня он был ребёнком, о котором я заботился и который был мне дорог. Не мог он этого сделать, просто не мог. Он мне что-то говорил, но я не слышал его голоса, как будто вакуум вокруг моей головы, я не слышал окружающие меня звуки. Отсутствие теплых взаимоотношений с людьми сыграло со мной сейчас злую шутку. Одна мысль о возможном предательстве Чона абсолютно выбила из меня весь воздух и способность мыслить адекватно. – Это ты их убил? – спросил боясь услышать ответ. – Кого? Совсем что ли? Кого убил? – Ты убил тех девушек?! Ты и есть тот серийник?! –...ты... – на его лице промелькнула такая гамма эмоций. – С чего вообще такие выводы? – ломанным голосом произнес Чон. – Просто ответь мне. Да или нет? – Хён... – Хён? Не смей меня так называть! Не смей! После показаний господина Кима, вчера, я все никак не мог поймать ускользающую в самый последний момент мысль. А сегодня утром я понял... Свидетель, подъезжая к месту преступления слышал, как кто-то насвистывает мелодию песни heartbreaker, а какую песню я слушаю уже целый год из твоих уст. Твой свист мне уже в кровь въелся. Я думал просто совпадение, не мог ведь ты, не мог на такое пойти. Но все новые и новые детали начали всплывать. Потерявшийся ножик, твои отгулы, которые всегда совпадают с временем смерти жертв, перчатки... Чон... просто скажи, умоляю скажи, что это не ты? – я взглянул ему в лицо судорожно сжимая челюсть. Попади хотя бы половина того, что я собрал к начальнику, этот ребёнок уже сидел бы за решёткой. – Люблю, когда все идёт по плану... – прошелестел сзади чей-то голос и пока мы успели сориентироваться, всю гостиную заполонил слезоточивый газ. Закрыв глаза и пытаясь не дышать я протянул руку в попытке найти Чона, и услышал глухой стук, а после и вовсе потерял сознание от сильного удара по голове.