Предрассудки чистой крови.

-Как прикажете реагировать на ваш вчерашний вид? - голос Нотта был холоден. Раньше девушки не видели его таким, в отличие от парней. Только они понимали, что он действительно за них переживает. Он не смотрел в их сторону, его взгляд был направлен в стакан с крепким алкоголем, который он медленно прокручивал в руке. Глаза тоже не горели присущей ему кокетливостью. С каждой минутой он всё больше и больше походил на Драко: спокойный, тихий, холодный и серьёзный. Воздух становился всё тяжелее, более спёртым, и атмосфера в комнате становилась некомфортной. -По твоей вине вы пришли все в крови? - Малфой поставил стакан в огневиски на самом дне на стол, поднял глаза на Уизли, встречаясь с её таким же напряжённым, как и её тело взглядом, и в любимой манере вскинул брови. Он буровил её леденящим взглядом, пытаясь выпытать ответ. Она не поддавалась. Её не менее статная фигура, хоть и денег у её семьи едва хватало, и жили они от зарплаты до зарплаты, не выдавала её состояния. -Да - она ответила ему спокойным голосом. На этот раз это игра на вылет. Кто первый повысит голос или даст слабину, позволит эмоциям взять верх - вылетит. Почти все, находящиеся в комнате, были против неё. Парень быстро раздражался, но пытался этого не показывать, выдавали лишь стеклянные глаза. Она чувствовала все его эмоции, и его попытки ей казались жалкими. «Забавно и грустно, Малфой. Ты ещё не понял, каждый человек для меня – открытая книга, истории которой я проживаю сама», - она общалась со всеми находящимися в комнате, но лишь в голове, невербально. Резко открывшаяся дверь отвлекла всех на небольшой промежуток времени, кажущийся обеим девушкам длительным часом. В гостиную зашли две слизеринки. Они тут же застыли, увидев когтевранку. Лицо Пэнси, в отличие от Дафны, выражало удивление, сменяемое различным спектром красок: от отвращения до высокомерия. -Хмм! – светловолосая слизеринка поправила прядь, упавшую ей на лицо, и с присущей ей манерностью и неотъемлемой каплей высокомерия подняла подбородок чуть выше, слегка ухмыляясь. Да, пожалуй, каждая девушка, имеющая такую же привлекательную внешность, пользовалась бы этой уловкой: парни всегда сходят с ума, когда видят её. Она шла медленно, статно, как положено по статусу её семьи. – Ная? – на положительный кивок она лишь сильней подняла уголки губ, продолжила, смотря в глаза, пытаясь тщетно проникнуть в разум. – Крайне интересная личность. – Уизли лишь нахмурила брови, поддерживая свой серьёзный напряжённый вид. Она решила пояснить, так как та её не до конца поняла. – Тео только с такими общается. Ная чувствовала сильную неприязнь к девушке, в чьи глаза она смотрела сейчас. Её тёмно-зелёные болотные глаза напоминали ей о самых неприятных личностях из её жизни. Очередное манерное общение со слизеринцами терпеть совсем не хотелось, поэтому она решила ретироваться. Она отвела взгляд на дверь и направилась прямо к ней под пристальными взглядами всех находящихся в комнате. Атмосфера оставалась всё той же, хоть, как многим казалось, причина неудобств и покинула гостиную. -Если я скажу, что вам не следует с ней общаться в таком тоне, что вы мне на это ответите? – Александра решила прервать пожирающую тишину своим вопросом. Она взяла с рук Блейза стакан с крепким спиртным, смотря на него, сделала пол-оборота и выпила всё содержимое залпом, слегка морщась от того, насколько же он крепкий. Приятные мурашки покрыли бледную нежную кожу, а поступивший в тело алкоголь начал расслаблять каждую мышцу. Она свободно откинулась на спинку кресла, аккуратно закинула ногу на ногу. Усталость от вчерашнего выплеска эмоций тоже начала появляться. Жизнь всегда наполнена опасностями, особенно когда это волшебный мир, но вчерашний день напомнил ей об этом ещё сильней. Много мыслей крутилось в голове, оседая очередной чёрной массой где-то внутри. -Таком тоне? Это в каком прости? - Паркинсон подошла к компании последней, и лишь тогда, когда когтевранка ушла. Она, действительно, была удивлена, ведь привычные ей образы «друзей» рушились один за другим. Не удивительно, что это пугало её, а может и отталкивало. Она никогда не строила из себя мисс-холод, нет, наоборот. Каждый видел спектр её эмоций, конечно, не для всех он был красочным, но основные цвета присутствовали. -Ты прекрасно понимаешь о чём я, Паркинсон – холодный низкий голос брюнетки был под стать витающей атмосфере. Это было почти упрёком, ведь та часто собачилась с ребятами с других факультетов, Ная не была исключением, однако их недо ссоры всегда заканчивались в пользу Уизли. Девушка начала перенимать раздражение брата, но не выплёскивала его, лишь копила, успокаиваясь очередным стаканом алкоголя. -Когда это ты с ней подружилась? – Драко был раздражён. О, эти подавляемые эмоции явно били через видимые края чаши. Он был зол. Зол из-за того, что и сестра попалась под это проклятое влечение Уизли – девушки из рода предателей идеологий, что придерживалась его семья всё своё существование, что прививал и сам Тёмный лорд одним своим существованием. Большинство слизеринцев может сами и не считали так, зато родители буквально жили ими, благодаря другим поколениям этих же семей. Брюнетка взглянула мутными глазами в злые серые, как зимние тучи, глаза блондина, высматривая в них всё, что только ей тогда хотелось. Она видела его истинные чувства к ушедшей девушке: он не был настроен к ней враждебно, запутался, но желания распутывать ком чувств практически и не было. Он боялся будущего, боялся открываться, чем был так схож с сестрой. Малфой отвернулся, снова заливая в себя спиртное. -Не впутывай её в наши дела – Тео не выглядел злым, скорее сожалел о том, чем не был пока готов поделиться. Его маска весельчака спала именно сейчас, когда он не хотел бы этого, однако контролировать это ему уже было не по силу. Он отставил полупустой стакан на стол и встал, смотря на дверь, которая помогала им отвлечься, спрятаться от остальной части школы, внешнего мира. Холод начал переплетаться с неуверенностью в завтрашнем дне, да что уж там в завтрашнем, когда и в сегодняшнем разобраться не можешь. Не можешь и понять, чего сейчас хочется больше остаться с теми, с кем спокойно, с такими же, как и ты, детьми тех, чья судьба не была милосердна. Но с ними можно забыть о том бремени, что скинули на твои молодые плечи. А может сейчас стоит сорваться за ней, догнать и обнять, защищая от таких как его отец. -Не впутывать? Тео, я напомню тебе, все её родные на Гриффиндоре, всю её семью считают предателями крови! Но она – Блэк осеклась, смотря в медовые глаза друга. Сейчас ей было также тяжко, как и ему. Она нем могла показывать, что действительно с ней дружит, ведь это может выйти ей самым страшным боком её собственной жизни. Прежде ей не встречались те, с кем было действительно интересно и спокойно, поэтому чувства парня она понимала. Она не звучала так, будто беспокоится за неё, скорее пытается найти нить, что приведёт к тому финалу, который ей хочется видеть. Она вдохнула поглубже, тихо, не привлекая излишнего внимания к своим действиям, и закончила. - может спасти её. -Слушай, все мои друзья и так в дерьме по горло из-за грядущей войны, ты в том числе, поэтому прошу тебя, не впутывай её ещё сильней! Ей и так не сладко в жизни пришлось – его спокойствию пришёл конец, волны бушующих эмоций поступали с новой силой с каждым сказанным словом. Уверенность была твёрдой, что означало его искренность в этом желании. Он понимал, что использовать её начнут ровно также, как и тот парень из её прошлого – Стивен Грин-Де-Вальд – внук Геллерта Грин-Де-Вальда. Да и толком неизвестно, как это будет происходить, может будут пытки, а если что-то будет связано с семьёй, то о прощении можно и забыть. -О, так у тебя синдром спасателя? – Пэнси тоже начала выходить из себя, правда на это мало кто обратил внимание, ведь резкие вспышки агрессии для неё – норма. Она скрестила руки на груди и откинулась на спинку кресла, закидывая ногу на ногу. Новая знакомая ей тоже не пришлась по душе. -Она очень много знает, возможно, больше, чем мы можем себе представить. Тем более отец рано или поздно узнает о ней, она будет в ещё большей опасности. От её решения будет зависеть не только её дальнейшая жизнь. – Александра была спокойной, не показывая новых эмоций. Диалог она вела исключительно с Ноттом, который из-за бьющего в голову алкоголя не мог делать того же. *** Холодный ветер хлестал по уже розовым щекам блондинку, спешащую поскорей вернуться в комнату, в кровать, где никто ей и слова не скажет. Она сама не заметила, как попала в хитро сплетённую паутину и собственных чувств. Путаясь в отношениях со всеми, она начала паниковать, из-за чего запястье начало буйно пульсировать. Спокойное утро, ведь сегодня был всего лишь выходной, медленно приводило в чувства беспокойную голову девушки. Она больше не пыталась идти быстрыми шагами, шла медленно, успокаиваясь, пока вдыхала свежий воздух середины октября. Новое дуновение заставило её поёжиться, растирая плечи руками. Осень добралась и до Англии, листья были уже не зелёными, а именно теми цветами, которые так красиво передают магловские писатели: золотисто-жёлтые и огнено-красные. «Чёртов клоун!» - выдыхая горячий воздух в небольшое облако пара, она нахмурила брови и пошла. Ученики не любили выходить в самую рань куда-либо, особенно в выходной день, но везде есть исключения, да? Пуффендуйцы, ответственные за школьные клумбы, уже собирались работать. Обычно их организовывала профессор Стебль. Женщина любила свой предмет и копошиться в земле, изучение какого-либо растения и его поведения на внешние воздействия – её любимое дело. Наступив на первую ступень лестницы, ведущей в её башню, она поняла, что настроения сейчас совсем нет. Да и видеть зазнавшиеся лица однокурсниц тоже сейчас не хочется. Хотя понимание того, что они до сих пор спят непробудным сном, дало ещё пару минут на раздумья. Она закатила глаза от собственной неуверенности и пошла в то место, где её чаще всего можно встретить – библиотеку. «Если Джин узнает, то будет ссора!» - блондинка уже сейчас начала корить себя за секреты, о которых она сможет рассказать ей только через несколько лет, когда это не будет так важно. Достаточное время она провела за чтением новых книг, которые были доставлены буквально за ночь, которую девушка провела, не смыкая глаз. Закрывая очередной переплёт, она услышала знакомый голос. «Рон?» - да, она оказалась права. Буквально за стеллажом она увидела брата и его «дорогих» друзей. Они что-то бурно обсуждали, копаясь в книгах. Рыжеволосый сразу заметил её: он удивился, сменяя удивление немного туповатой, но искренне тёплой улыбкой, от которой становилось тепло на сердце. -Не ожидал тебя здесь увидеть – парень подошёл обнять сестру. Её серьёзный вид слегка отталкивал его, ведь ему казалось, что она пытается контролировать его. Естественно, это было ложное суждение, и вся их встреча была всего лишь случайным стечением обстоятельств. С одной стороны странных, а с другой пугающих. Для близких это случайности, но сама девушка их таковыми не считала. Она понимала, что искать её будут в любом случае. Всё это лишь дело времени. -Во что влипаете на этот раз? – она была отстранённой от их дел. Могла узнать всё лишь с помощью глаз брата. Он волновался, а, возможно, просто смущался, ведь рядом Гермиона Грейнджер – его однокурсница, та, которая нравится ему не первый год. Причём это были не просто тёплые чувства или временная влюблённость, нет, гораздо больше. Он чувствовал обширнее, уютно. -Не рассказывай! – девушка с каштановыми растрёпанными кудрями была явно против участия Наи в их делах. Она не могла смотреть ей в глаза, но пыталась подавить собственное волнение, поджимая губы, отводя взгляд обратно к книгам. - Она не станет нам помогать.– она тихо выдохнула, собирая мысли в кучу. Смотря на гриффиндорку, блондинка поняла, что той очень некомфортно, но ругаться с ней она не хотела. Ещё и зарождающиеся чувства к Рону заставляли её резко и непонятно реагировать на членов его семьи. -С чего это ты так решила? – Рон был в недоумении. Он начал нервно бегать глазами. Неудобная тишина повисла не на долго. Однако её хватило, чтобы с лица рыжеволосого сползла радостная улыбка. -Она права, Рональд. Ты знаешь моё отношение к твоим друзьям и всему тому, что с вами происходит. Не стоит ждать от меня помощи. – её тон привычно ровный, а голос такой тихий, едва уловимый, но слышали они её прекрасно: каждое её слово эхом отдавалось в голове «Золотой тройки». Рон свёл брови к переносице, смотря на Наю с сомнением в глазах. -А ты ожидал другого ответа? Она со слизеринцами водится. – Гарри тихо шепнул Рону на ухо, когда притянул его к себе за рукав. Он поднял глаза на неё, смотря с опаской. Он чувствовал смешанные чувства, смотря на неё, то это было некое отвержение, из-за понимания того, что общается она с компанией ненавистного им Драко Малфоя, то приятное родство, когда он видит тесные взаимосвязи с уже родным ему семейством Уизли. Спектр всегда колеблется, потому что девушка не была похожа на своих родных. А не свойственная им ненависть к маглорождённым заставляла начинать с ней очередную ссору. -К чему сейчас это, Поттер? – она была возмущена. Беспричинное втягивание её друзей казалось ей крайне глупым и не уместным. Она смотрела прямо в зелёные глаза брюнета, пока тот, не подавая виду, тихо выдохнул. Он резко поднял на неё глаза, встречаясь с полным холодом её тёмно-карих глаз, напоминающих тёмный шоколад или чёрный кофе. Может внешне и не заметно, но накатывающая злость начала охватывать всё её тело. Она подняла подбородок чуть выше. Гарри в свою очередь, поджав губы, вернулся к тому же стенду, у которого стояла Гермиона. -Ну знаешь, очень странно, что ты попала на Когтевран, а не на Слизерин, про Гриффиндор я вообще молчу. - Поттер поправил очки, то ли гордясь тем, что смог хотя бы прошептать какую-то колкость в адрес девушки, то ли скрывая собственную неуверенность. Он не подходил к ней ближе, лишь делал небольшие выпады в её сторону, где-то позади Рона. Ругаться, может, и не хотелось, но собственная вспыльчивость и внезапно вылетающие слова из его рта, словно вспышки от фотокамер, были ему неподвластны. После перепалок он чувствовал сожаление от собственно изложенных мыслей вслух, но так было далеко не всегда: иногда он таил на неё обиду, пока Рон и Гермиона не успокоили бы его. -Что прости? - Ная сразу помимо удивления, отметила для себя то, что нервничал он с самого начала её появления в этом закутке библиотеки. Под пристальным взглядом блондинки он испытывал много чувств. Она изучала не только его, но и кучерявую девушку рядом с ним. «Дискомфорт. Ничего интересного…» - она была даже разочарована, потому что за всё своё недолгое нахождение в Хогвартсе для себя уже поняла характеры многих личностей, включая учителей. Пока Анастасия ждала объяснений Грейнджер впопыхах взяла две толстые книги в охапку и потянула Поттера за собой, а, проходя мимо Рона, ему махнула головой на выход, не произнося ни звука, показала губами: «На выход. Я нашла!» Глаза рыжеволосого чуть увеличились, и он, взяв под локоть друга, утянул его к выходу, глазами показывая сестре, что ему крайне жаль о словах гриффиндорца. Ная нахмурилась, ведь её терпение тоже не вечно, а сегодня чаша перевесила одну сторону. Она направилась прямо в коридор за троицей. -Ты не похожа на Уизли. Да и твои предрассудки по поводу крови, они такие же как у них! - парень вспылил, начал показывать пальцем на немногочисленных слизеринцев, стоявших неподалёку. Естественно, они обратили внимание на них ещё тогда, когда Ная на громких тонах требовала объяснений от него. Кто-то не принимал слова Поттера близко к сердцу, а были и те, кто, наоборот, оказался крайне возмущён его словами. В коридоре вокруг них подтягивались ученики разных курсов и факультетов, ожидая что же будет далее. -Ах, мои предрассудки! - девушка наигранно показала печаль и надула нижнюю губу, положив правую руку на грудь. Сначала её улыбка показывала лишь издёвку над ним, позже её поведение поменялось на полнейший холод. -Ну уж извини, что не собираюсь помогать, мальчикам-обиженкам вроде тебя. – Растерянное лицо Поттера выдавало его истинные чувства. Он собирался добавить ей что-то в ответ, но тут вмешался Рон. -Прекрати, он прав от части, ты не знаешь какие они. Наоборот, действует тоже самое. - рыжий парень вышел вперёд, подходя на два шага ближе в сторону сестры. Ему не нравилось, что его сестра и лучший друг ругаются. Ная лишь зло посмотрела на него, заставляя замолчать. Свои эмоции она контролировала лучше, чем большая часть учеников Хогвартса. Доказательством этого было её проклятье, которое уже долгих два года не могло взять под полный контроль её тело болью от негативных эмоций. Оно и есть её бремя, которое она тащит изо всех своих сил. -Действительно, ты не знаешь о нас ничего! Гарри спасает школу каждый год! - Гермиона пыталась оправдать Поттера в глазах Уизли, но у неё совсем не получилось. Девушка не хотела слушать «грязнокровку». Их полное непонимание происходящего злило её. А сама Грейнджер, которая на всех уроках пытается казаться лучше и умней, чем она есть, раздражала тем, что напоминала ей саму себя несколько лет назад: добрая девушка, вечно пытающаяся всем помочь. Слова кудрявой заставили вновь улыбнуться блондинку. -Мм, спасает, а от кого? Неужели вы настолько все глупые, - усмехнулась девушка. – раз не понимаете, что все проблемы от него. Его пытаются убить каждый год, но он такой «везучий» парень, что прячется всегда за кем-то. Эта привычка у тебя от того, что родители спасли тебя от Тёмного Лорда? - Наю злил Поттер с каждой минутой всё больше, и она открыто показывала свою неприязнь в его сторону. Он бурлил, как самый настоящий вулкан перед извержением, и это отражалось на его лице. -Заткнись! Дамблдор всегда рядом, чтобы защитить всех! - Поттер снова кричит, а девушка чувствует от этого только уверенность, потому что в отличие от него сохраняет ещё холодный рассудок. Помимо раздражающей парня улыбки она демонстративно кивала, как бы соглашаясь со всеми его словами. В это время их окружало достаточное количество человек, где-то мелькала знакомая девушке фигура, а может и несколько слизеринцев. Боковым зрением было тяжело уловить, да и всё её внимание сейчас было приковано к брюнету. -Дети, в чём дело? – размеренный голос старика с небольшой хрипотой появился где-то за «Золотым трио». Серебристая борода, переливающаяся от солнечных лучей яркого солнца, всегда привлекает первая, затем живые голубые глаза под очками со стёклами в форме полумесяцев. Высокая фигура директора остановилась рядом с тремя друзьями. Он был как всегда спокоен, но растерянность от вида происходящего явно прослеживалась на его лице. -Директор, вы очень хорошо пускаете пыль в глаза всех этих наивных идиотов. - Он направил вопросительный взгляд в сторону Уизли. Это было искреннее негодование. В глазах директора было много воспоминаний, какие-то были очень тяжёлыми, а какие-то искусственными. Она всегда могла отличить настоящие моменты из жизни от поддельных: вторые всегда выглядели так, будто смотришь на всё происходящее через лёгкий перламутровый тюль или стекло. Уголки губ блондинки медленно опускались. - Уверяете всех, что сможете защитить каждого учащегося, но давайте будем честны, вы стар! Ваши способности уже не те - Ная не показывала своей злости, только холод и отвращение. Она смотрела на Альбуса так, будто они были равны. Секундно, но он сощурил глаза, будто пытался применить легилименцию. Она лишь выше подняла подбородок, демонстрируя безразличие. -Хм, вот оно что. Ты права, но Хогвартс учит всех вас защищаться. Учит и тому, что здесь к кому бы вы не обратились, получите помощь. Главное - попросить о ней. А в случае войны… —профессор говорил размеренно, но закончить свою мысль так и не смог: девушка перебила его. -Я не собираюсь участвовать в войне, и родным не позволю жертвовать собой, только ради этого. - Ная перевела взгляд с директора на парня со шрамом. Это было противостояние. Оба вымещали так своё отвращение. Однако со стороны девушки оно шло более сильным потоком, несмотря на дружбу её брата и Гарри. -Перестань, я сам решу, идти на войну или нет! - Рон был в шоке и немного боялся спорить с сестрой. Он видел один раз, что бывает, когда она злится. Она в целом была более авторитетна для него, чем его старшие братья, даже родителей она перегоняла с большим отрывом. Раньше она помогала ему писать большие работы по многим предметам: она высылала ему список книг, иногда помечая с каких страниц лучше брать материал. Её гнев был страшен ему, потому что понимание того, что изучала она лишь тёмную магию, и то, что она могла с ним сделать, приводило его в остолбенение, из-за которого его тело дрожало от огромного количества мурашек. -Заткнись Рон! Я не собираюсь оплакивать хоть кого-то из своей семьи. Ни ты, ни близнецы, ни Джинни, слышишь, никто из Уизли не станет помогать Поттеру! – её голос стал ниже, вспыльчивость брюнета передалась и ей. Рон хотел было что-то сказать, но Гарри направил палочку на его сестру, от чего он был, мягко говоря, в замешательстве. -Гарри! – Дамблдор вместе с Грейнджер попытались остановить его. Он не стал произносить заклинание, лишь направил палочку, отмахиваясь головой и озлоблено корчась, чуть раздувая ноздри. -Экспеллиармус!- палочка парня отлетела куда-то в толпу. Ная хотела сказать ещё одно заклинание, но резко появившаяся за ней Александра успела отвести её палочку вбок и закрыть рот рукой. Она отпустила её почти сразу, но перед этим прошептала: «Оставим его задницу Тёмному Лорду». Когда она повернулась на брюнетку, та слегка подняла уголки губ. Блондинка не ожидала, что её действия будут такими. Снова невербально общаясь девушка спросила: «Что ты тут делаешь?» -, на что получила: «Я объясню позже, идём!» Блэк потянула подругу под локоть в сторону расступающейся толпы, если её можно так назвать. За спиной она услышала уже перешёптывающихся учеников. -Поттер, не обольщайся, тебе ещё перепадёт за твои слова. Доброго вам дня, директор! -она была холодна по отношению к парню со шрамом, зато мило улыбнулась Дамблдору. Быстрыми шагами они удалились с того проклятого коридора. Учеников встречалось всё меньше и меньше, особенно на лестнице. – Мне нужна твоя помощь. – она сказала это только на улице, где точно была уверена, что их никто не услышит.