Давай навсегда...

Мой день начался с того, что я на цыпочках выбегала из комнаты, чтобы не разбудить Сережу. Мне хотелось сделать ему что-нибудь приятное, поэтому я надела свой бежевый спортивный костюм, наспех собрала волосы в пучок и спустилась на первый этаж отеля. Подойдя к администратору, мне удалось договориться о праздничном завтраке для Сережи, с условием, что тележку я повезу сама. Буквально через полчаса на тележке красовалась бутылка шампанского и два фужера, фруктовая тарелка, тарелка сыров разного сорта и цвета, мороженое в красивых креманках, аккуратно разложенные приборы и какая-то маленькая коробочка, о содержимом которой я ничего не знала. На мой почти немой вопрос, девушка ответила, что это подарок имениннику от отеля. - Подарок, так подарок. Большое спасибо! - сказала я и сверкнув счастливым лицом, покатила тележку к лифту.       Слава богу моё рукожопство ещё дремало, поэтому без жертв в виде разбитой посуды, я поднялась наверх, как можно тише открыла дверь и “вкатилась” внутрь. Сережа ещё мирно сопел, закрыв лицо одной рукой. Очень милое зрелище, честное слово, век любовалась бы. Я поставила тележку поближе к кровати и аккуратно, стараясь не скрипеть, прилегла к Горошко. Белые простыни мирно покоились на бедрах Сережи, поэтому мне открывался прекрасный вид на его обнаженный торс. В такие моменты я как-будто оказывалась под гипнозом. Мне хотелось касаться его, каждой клеточки, каждого миллиметра, каждой родинки. Едва касаясь, я повторяла очертания его татуировок, периодически переключаясь на контуры витилиго, которые так четко вырисовывались под лучами летнего солнца. Не знаю сколько прошло времени, да это было и не важно, мне не хотелось, чтобы время продолжало свой ход. Так было хорошо. Продолжая творить вымышленными красками на его теле, я заметила, как забавно дергается его мизинчик. Он медленно повернул голову в мою сторону и поморщился от солнца, которое светило прямо в глаза. Сладко потянувшись, он зевнул и открыл глаза. Я лежала и просто любовалась на это заспанное чудо, которое вряд ли понимало, где находится и какой сейчас год. - Доброе утро! - сказал Сережа, притягивая меня к себе и нежно целуя. - Доброе. С днем рождения, родной! - сказала я, отвечая на его поцелуй.       Сережа немного удивился, так как до этого, я ни разу не называла его родным, но сейчас мне было так хорошо, я чувствовала, что он действительно стал мне родным. Человеком, без которого я, кажется, уже не смогу. - Спасибо! Приподнявшись на локтях, он посмотрел на тележку. - Что это? - улыбаясь и одновременно щурясь от солнца, спросил он. - Праздничный завтрак. - ответила я, перелезла за его спину и обняла.       Недолго думая, парень прилег на меня, заставляя мою чумную голову удариться об изголовье кровати. - Ай. - взвизгнула я. - Прости. - засмеялся Сережа и положил мои руки на свою грудь. - Ясь. - Ммм? - Я не знаю, как сказать… - повисло неловкое молчание. За минуту я успела перебрать в голове всё, что только можно и нельзя. - Что? - Я не умею правильно выражаться и подбирать слова, у меня с этим беды. Не знаю, как выразить всё то, что я сейчас чувствую. Меня просто переполняют эмоции, смешанные с каким-то спокойствием и умиротворением… - спокойно говорил он, гладя мою руку. - Горошко, нормальные люди, а не инопланетяне, как ты, называют это… счастьем. - немного помедлив, сказала я и поцеловала его в макушку. - Так вот оно что, получается, я счастлив? - спросил он, запрокидывая голову и одаривая меня таким ласковым и любящим взглядом. - Угу. От его слов мне хотелось кричать от счастья и плакать одновременно. Сколько чувств пробуждал во мне этот человек, просто не передать словами. И я была безумно рада, что наконец-то и он может в полной мере ощущать себя счастливым. - Хотя нет, - сказал он, переводя взгляд на тарелки с едой. Перекатом он сел на край кровати и закинул в рот кубик красного сыра. - Вот теперь точно счастлив. - Ты неисправим. - покачала головой я, и села рядом с ним. Горошко потер ладоши и принялся снимать обертку с горлышка бутылки. - Пить с утра, Сергей Дмитриевич… алкоголизмом попахивает. - Сегодня можно и даже… - выстрел пробки заставил меня на секунду зажмуриться, - нужно.       Разлив игристое по бокалам, Сережа протянул один мне. - Итак, - я встала на кровати, сверху вниз поглядывая на, открывшего от изумления рот, Горошко. - я поднимаю этот бокал за пришельца с далекой планеты Марс, который орет, как голодная чайка и не дает мне спать по ночам. - Вообще-то я - птеродактиль. - наигранно надув губы, сказал он и встал на кровать. - За тебя! - сказала я, смотря на него влюбленными светящимися глазами.       Вот так мы и стояли на кровати с бокалами в руках, пока Горошко не допил шампанское, подпрыгнул на кровати и упал на неё. Я не смогла удержаться на ногах и тоже упала, только не на кровать, а на Сережу. - Ну ты дурак или как, бокалы чуть не разбили. - задыхаясь от смеха, говорила я. - Да бог с ними. - его руки плавно скользили под моей кофтой, притягивая меня ближе. - Хочу лежать так вечно. - сказал он, нежно целуя меня в лоб. - Ничего не имею против, но, во-первых, кое у кого сегодня день рождения, а, во-вторых, ещё пол Парижа не оглушено твоими воплями, поэтому марш завтракать. - сказала я, вскакивая с кровати и снова наполняя бокалы. - Ой, а это что? - указывая на продолговатую зеленую коробочку, спросил Горошко. - Это подарок от отеля, мой будет позже. - улыбнулась я и присела рядом, чтобы посмотреть, что положили в эту коробку.       Сережа старательно развязывал ленточку, которая никак не хотела ему поддаваться. Спустя пять минут пыток, он сдался и протянул её мне. С легкостью развязав ленточку, я отдала коробку ему, чтобы он сам её открыл. - Как ты это делаешь? - спросил он, принимая подарок из моих рук. - Открывай давай, мне интересно, что там. В коробочке лежали билеты в кабаре Мулен Руж на сегодняшнее число. Я потеряла дар речи. Пока Сережа доедал мороженное, я носилась по комнате и, как завороженная рассказывала ему историю кабаре. - Круто, я давно хотел там побывать. - Ну вот, плюс одно исполненное желание. - А чем тогда займемся? До девяти ещё долго. - спросил он, откидываясь на спинку кровати и довольно поглаживая себя по животу.       Загибая пальцы, я перечисляла Сереже достопримечательности и места, маршрут по которым я составила давным давно. - Эх, кажется, что я не доживу до завтра и умру в свой же день рождения. - Ничего, я тебя воскрешу. - Это как интересно? - Как, как, найду дорогу до ближайшего бара. - Уговорила. Предвкушая насыщенность сегодняшнего дня, я отправилась приводить себя в порядок, а Сережа продолжил валяться в кровати, отвечая на бесчисленное количество звонков и смс с поздравлениями. *** - Мама поздравляет тебя с днём рождения. - кричала я из ванной, подкрашивая ресницы. - Спасибо. - сказал Сережа, заходя ко мне. - боже, сколько раз за сегодня я сказал "спасибо"? Сто? Двести раз? - Ну ещë столько же скажешь. - Оййййй. - вздохнул он и поплелся обратно. - Ты чего ещё не одет? - Меня здесь нет. - В смысле нет, а это что? - показывая на этого безумного, спросила я.       Горошко пробежался глазами по комнате и не придумал ничего лучше, чем забраться в шкаф… - Всë, нет меня. - пробубнил он через щелку. - Если ваше гороховое высочество не соизволит выползти из шкафа через минуту, я запру тебя там на весь день. - сказала я, двигая стул к дверцам шкафа.       Тут из шкафа высунулась голова и посмотрела на меня такими жалобными глазами, ну как у кота из Шрека. - Чего ты? - покатываясь от нелепости картины, я села на кровать и стала прожигать его взглядом. - Давай не поедем. У нас на это будет ещё целая неделя… - жалобно сказал он и наконец-то вылез из шкафа. - Горошко, зачем я одевалась и красилась полтора часа, не подскажешь? Он сделал хитрое, как у лисы, лицо и спрятал глаза. - Я тебя прибью.       Я схватила подушку, которая случайно оказалась у меня под рукой, (пусть скажет спасибо, что не светильник) и началось какое-то безумие. Кровать, которая была заправлена мной час назад, была похожа на поле боя, подушки летели в разные стороны, периодически выкалывая мне глаза острыми углами. Набесившись, мы без сил рухнули в кровать. Глаженное платье было мятым, новые колготки были уже не новыми, уложенные волосы - растрепанными. Зато ему хоть бы что, он как был в одних боксерах, так и остался. У меня возникло дикое желание на него обидеться, я столько времени убила на сборы, но портить его праздник мне не хотелось и я решила, что месть - это блюдо, которое подают холодным. - Я тебе это припомню. - сказала я, лежа на кровати и пытаясь уловить хоть немного свежего воздуха из приоткрытого окна. - Ну и злюка ты конечно, а я вроде это уже говорил. Без предупреждения в лицо Горошко прилетела подушка. - Так, мы не поедем сегодня по моему маршруту, но с одним условием. - он кивнул, - На кабаре мы точно пойдем! - Ладно, ладно. - Ну иии? - спросила я, ожидая услышать, чего же он хочет. - Придумал. Горошко, как ошпаренный вскочил с кровати, подлетел к шкафу и начал доставать свои и мои вещи. Положив передо мной мои шорты и топ, он сказал одеваться. - Чего ты задумал? - Увидишь. - Почти на ходу, запрыгивая в джинсы, говорил он.       Надев всë, что он вытащил, я посмотрелась в зеркало. Всë-таки чувство вкуса к одежде у него не отнять. Серёжа уже успел спуститься вниз, как я поняла к машине, вернуться обратно и теперь сидел в гостиной на диване. - Готова? - Я была готова два часа назад. Либо мне показалось, либо этот горох показал мне язык, думая что я не вижу. - Всë, идëм. - сказала я, надевая кроссовки. - Ура. Мы вышли из отеля и двинулись к машине. Врубив музыку на всю катушку, Горошко завелся и рванул с места. - Сержа, мать твою, ты можешь ехать потише. - Боишься? - засмеялся он, как полоумный. - Начинаю опасаться за твое психологическое здоровье. - А мне уже ничего не поможет. - мотая головой в ритм музыки, почти прокричал он. - Оно и видно. Ехали мы около тридцати минут. Подъезжая к месту я не поверила своим глазам. - Диснейленд? - Ага. - Ааа. - от радости завопила я, как ненормальная. - ты сумасшедший! - Ты уже говорила. Он сидел и довольно улыбался, понимая, что угадал с развлечением. Кажется мы побывали на всех горках, которые там есть. На самой высокой, мы взялись за руки, и вскинув их вверх, покатились вниз, крича то ли от страха, то ли от счастья. Сорвав голос, мы вдобавок ко всему наелись мороженного. Мы обошли бесчисленное количество магазинов и сувенирных лавок, в которых я накупила всякой мелочевки в подарок родным, про родителей Сережи, я тоже не забыла. Валясь с ног от усталости, мы решили, что нужно отдохнуть где-нибудь в тенëчке. Единственным местом во всем парке, куда не проникал солнечный свет, был кинотеатр. Подойдя к кассе, Серёжа попросил два билета, на какой-то мультик и потянулся за карточкой, чтобы оплатить. - Дай я, - сказала я, опустив его руку вниз. - Чего это? - Ну ты и так много потратился, я хоть билеты нам возьму и попкорн. - с довольной улыбкой заключила я.       Он недовольно покачал головой, но спорить со мной было бесполезно, поэтому уже через пятнадцать минут, мы сидели в самой середине зала с огромным ведром попкорна в руках. При наших походах в кино, уже стало традицией, что Серёжа с ног до головы закидывает меня попкорном, так он сделал и в этот раз. Мы конечно старались смеяться потише, но неодобрительные взоры падали на нас со всех углов зала. Честно говоря, было настолько наплевать на всë, что происходило вокруг, для меня сейчас были только мы, я и он. Когда же мы наконец угомонились, Горошко лег на мое плечо и уснул. Так мы просидели до конца мультика. Выходя из кинотеатра, Серёжа спросил не хочу ли я перекусить. - Неее, после этого попкорна я ещё дня три есть не буду, но от чего-нибудь холодного, типа лимонада, я не отказалась бы.       Мы добрели до очень милой стилизованной кафешки. Там Горошко заказал пиццу и два коктейля. Мне так нравилось, что Серёжа радовался, как ребенок, катаясь на этих аттракционах. Да кого я обманываю, у меня самой с лица не сползала улыбка. Казалось, что мне лет десять и я пришла с родителями в Луна-парк, кататься на каруселях. Только сейчас это был Диснейленд, а рядом находился любимый человек. Что может быть лучше. Кое-как Горошко удалось впихнуть в меня кусок пиццы, которая, по его словам была вершиной кулинарного искусства, и если я её не попробую, то буду жалеть всю оставшуюся жизнь. - Да вкусно, вкусно. - облокачиваясь на спинку стула, сказала я и громко выдохнула. - Я же говорил, я всегда прав, вот какой я молодец. - Горошко кривлялся и строил мне рожицы, но как ни странно, мне не хотелось его прибить, наоборот, я так же кривлялась и смеялась вместе с ним. Распугав половину Диснейленда, мы поняли, что было уже поздно, нужно было ехать в отель и собираться на кабаре. Будучи в машине, он снова прибавил громкость так, что колонки машины не выдерживали, и теперь мы вдвоем во весь голос пели песни, которые Сережа включал. "Кажется это лучший день в моей жизни." У отеля Сережа припарковал машину и мы в обнимку, продолжая смеяться, поплелись в номер. - Я не знаю, как тебе, а мне понравилось. - с детским восторгом в глазах, говорил Горошко. - Ты издеваешься? Это лучший отпуск в моей жизни! - В моей, кажется, тоже… - сказал он, притягивая меня за талию и утягивая в долгий, глубокий поцелуй.