Цена иной жизни

Герман Кенинг. 32 года. Родился в Германии. В 5 лет с родителями переехал в Вашингтон. Во время таможенной рутины после перелёта, аэропорт захватили террористы. После нескольких часов удержания заложников, террористы были готовы начать убивать людей, чтобы правительство быстрее выполнило их требования. В конце концов, один из террористов убрал автомат за спину, достал нож, схватил женщину из толпы и вышел из здания аэропорта к кордону полиции. Приложив острие турецкого ножа к горлу девушки, он прокричал: - Каждый час, в который не будут выполнены наши требования, я буду выводить одного человека и перерезать горло! Несчастная девушка уже не истерила, не ревела и не брыкалась. Она тихо плакала и, как заговорённая, без конца повторяла: «пожалуйста, не надо, пожалуйста…» Возможно, она уже сошла с ума от страха, либо постепенно принимала неизбежность приближающейся смерти. Террорист замахнулся, готовый проткнуть кожу и артерию девушки. Вдалеке послышался звук, похожий на смесь звонкого хлопка и хруста сухих веток. Спустя долю секунды, над ухом девушки прозвучал громкий щелчок. Хватка террориста ослабла, тело обмякло и глухо упало на землю, проливая кровь из сквозной дыры в голове. Девушка пронзительно закричала и, свернувшись, упала на землю, забрызганная кровью, с неизгладимой травмой на всю жизнь. Но живая. Пока все, включая террористов, пытались понять, что произошло, раздался звон стекла. В холл аэропорта влетела светошумовая граната. На несколько секунд, все находящиеся там люди перестали что-либо слышать и видеть. Этого времени хватило для того, чтобы отряд специального назначения обезвредил всех террористов в помещении. Когда контузия спала, маленький Герман увидел сидящего на кортах перед собой настоящего оператора в камуфляже, шлеме и бронежилете, обвешанного разного рода подсумками с магазинами и гранатами. За его спиной был рюкзак, а на плече висел автомат, на бедре была кобура с пистолетом, на одном плече небольшие пластиковые ножны, а на другом нашивка. Красный щит с чёрным мечом и красная надпись AIRBORNE, DELTA FORCE. Заметив, что мальчик приходит в себя, солдат сразу стал спрашивать, всё ли с ним хорошо. Заворожённый этим зрелищем, Герман лишь кивнул в ответ. Лицо солдата было скрыто балаклавой, но спрятать прищуренные от улыбки, сияющие ярко – голубые глаза он не мог. Оператор не стал ничего говорить, а лишь похлопал Германа по плечу, встал и пошёл к выходу. На его спине Герман заметил одну небольшую нашивку. На ней было написано SQUALL. Видимо, это был позывной. После этого случая что-то в мальчике изменилось. Какая-то мысль преследовала его, но в силу своего возраста он не понимал, что эта за мысль. Спустя время, Герман узнал, что это за DELTA FORCE и почему они помогли ему. Он открыл для себя силы специального назначения. Это именно то, о чём мальчик узнал, пожалуй, слишком рано. Каждый день Герман засыпал и просыпался с образом солдата спецназа с позывным Шквал. Он не выпускал из головы мысль, что в какой-то момент он станет таким же. Шли года, Герман взрослел. Родители стали задаваться вопросом, кем он хочет стать во взрослой жизни. Естественно, родители не стали воспринимать всерьёз боевой настрой ребёнка. Какой мальчик не хотел в детстве стать пожарным, полицейским или космонавтом? Но желание Германа стать оператором спецназа выходило далеко за грани фантазии. Он изучал нормативы, тактики и условные обозначения. В общем, всё, что было в свободном доступе и могло помочь ему при поступлении в этот род войск. После окончания школы, Герман поступил в институт при МВД США. Родителям же он сказал, что поступает в самый обычный экономический ВУЗ. Единственным его спасением было то, что он съехал от родителей ближе к институту, и они практически его не видели и не могли его ни в чём заподозрить. И это сработало. На протяжении пяти лет Герман утаивал от родителей, что он готовится пойти туда, где каждый день на кону будет стоять его жизнь и жизнь его товарищей, а зачастую и простых прохожих. По окончании института, ему, естественно, предложили пойти в ЦРУ. Об отказе не могло идти и речи. Но как об это сказать родителям? Герман решил действовать находчиво, как его обучали, ведь главное оружие спецназа не автомат, а смекалка. Он решил ждать, когда родители спросят его про работу, и тогда он уже будет действовать по ситуации. Когда он приехал к родителям, по их же просьбе, он знал, что момент раскрытия близится и этого не избежать. За ужином состоялся диалог. - Ну что, Герман, рассказывай, ты уже устроился на работу? – спросил отец Германа. - Фактически, да – Сухо ответил Герман - Странная формулировка… С этим есть какие-то проблемы? - Нет, всё замечательно, просто это не совсем та работа, на которой вы ожидали меня видеть, когда я поступал в институт. - Это нормально. В наше время люди часто работают не по профилю. - Работаю-то я по профилю… Короче, мам, пап, я устроился в ЦРУ и планирую пойти в спецотряд «Дельта»! На несколько секунд над семьёй повисла тишина. Первой её прервала мама Германа. - Как же так, сынок? – Её голос дрожал, а на глаза начали накатываться слёзы – зачем же ты будешь рисковать своей жизнью? Ради чего? Герман предпочёл промолчать и перевести взгляд на отца. В его взгляде парень прочитал досаду того, что отныне в любой момент ему с женой придётся наблюдать за тем, как шесть человек в форме пронесут мимо них гроб с американским флагом на крышке и положат его в могилу, на которой будет написано «Герман Кенинг. 1989-20XX. Погиб при исполнении служебного долга. Страна не забудет своих героев». Вместе с этим, было прекрасно видно, что отец горд за сына как никогда раньше, ведь он вырастил настоящего мужчину, который готов пожертвовать собой ради спасения незнакомых ему людей. - Я, пожалуй, поеду домой… - с этими словами Герман встал из-за стола и пошёл в коридор. Вместе с ним вышел и его отец. Стоя у входной двери, отец спросил вполголоса - Тебе завтра на работу? - Да. - У тебя пока бумажная волокита? - Да. Мама рано начала переживать. Я ещё несколько лет буду таскать эти чёртовы бумажки с места на место. - Ты обязан понять, что после того случая в аэропорту, твоя мама стала очень сильно переживать за тебя. Она хотела максимально отгородить тебя от всех опасностей, а ты решил, что сам должен бороться с этими самыми опасностями – ответа не последовало – Так или иначе, я горжусь тобой. Отец протянул руку. В ответ Герман крепко, по-мужски пожал её. Не выпуская руки сына, отец подтянул его к себе и обнял. Герман растерялся. Нельзя сказать, что его отец был груб с ним в детстве, просто он никогда не проявлял к сыну ничего подобного. Отпустив сына, отец сказал - Ладно, иди. Я попытаюсь успокоить твою маму. Герман молча кивнул, ещё несколько секунд с благодарностью смотрел на отца, выдохнул и вышел из квартиры. Ещё несколько лет нестерпимой бумажной работы мучали Германа. Его приободряла одна мысль. Когда закончится бумажный ад – начнётся то, к чему так долго шёл Герман. Но ещё на уровне офисного работника он стал замечать какие-то странности, которые происходили в штате сотрудников. Некоторые могли уволиться без видимых причин или просто перестать выходить на работу. Но уже ничто не могло остановить Германа на его пути к мечте. В один день, когда рабочее время подходило к концу, офицер группы «Дельта» вызвал Германа к себе. - Короче, парниша, говорю не тая́, я вижу в тебе чертовски огромный потенциал. Ты мог бы стать шикарным оператором. Как тебе такой вариант развития событий? - Я десять лет шёл к этому! Я готов! - Отлично. Ты мне нравишься. Ещё с утра Герман уходил на работу обычным офисным работником, а уже вечером вернулся оператором спецназа. Он достиг мечты. Но вместе с этим, освободив голову от цели, которая занимала его всё это время, в неё стали прокрадываться иные мысли. Куда девались его коллеги? Что тогда происходило? И чьих это рук дело. В прочем, какая сейчас разница? Придя на следующий день в штаб, Герман обнаружил, что вместе с ним из офиса сюда пришёл его друг, Итан Купер, с которым он познакомился ещё в институте и с которым он прошёл весь этот путь. Жизнь пошла так, как и планировал Герман. Ещё несколько лет он беспрекословно выполнял операции, которые назначало командование. Звание повышалось, и зарплата росла. Но с каждым разом как Герман становился на шаг ближе к верхушке, он замечал всё больше странностей в работе ЦРУ. И, кажется, теперь он полностью понял, что происходит. Отдел ЦРУ в Вашингтоне был насквозь коррумпирован. Эта догадка вмиг опечалила Германа, но он продолжал служить, и, в конце концов, пришёл к офицерскому составу. Теперь закрывать глаза было нельзя. Обученный скрытности действий, Герман стал добывать информацию, которая могла быть неугодна правительству или, просто-напросто, противозаконна. В один из дней, когда Герман в очередной раз шарился по картотекам, в его руки попало его собственное личное дело. Для перестраховки он решил заглянуть туда. На последних страницах он увидел два штампа. «Необходимо слежение» и «Подлежит ликвидации». Офицер тут же понял, что он узнал слишком много. Мысли забегали в голове. Он знал, как работает ЦРУ, если им необходимо найти человека. Когда закончился рабочий день, Герман подкараулил Итана недалеко от выхода и потащил его за охраняемую территорию. - Короче, расклад такой. Я слишком много знаю, я видел своё личное дело и меня хотят ликвидировать ближайшее время – Несмотря на такой страшный факт, Герман оставался хладнокровным, он рассказал всё чётко и быстро, как подобает офицеру. - Я тебе говорил, что не доведут до добра твои игры в блюстителя закона. Беги, снимай деньги со своих счетов. У меня дома есть сейф. Твои деньги я спрячу там. Сейчас тебе нужно будет залечь на дно, будешь прятаться по ночлежкам. Когда меня будут отправлять в командировки, ты будешь должен добраться до того же города. Так я буду передавать тебе деньги на новые ночлежки. Менять их ты должен будешь… - Герман прервал Итана. - Каждый день, я знаю. Завтра у половины командования начинаются отпуска. Я с утра сделаю то, что должен, чтобы внести суматоху в кадровый отдел и быстро смоюсь оттуда. - Что ты хочешь сделать? - Потом узнаешь. За этот вечер Герман снял почти все деньги со счетов и передал их Итану. Затем, пока он был не дома, замкнул, а потом расплавил СИМ-карту и, проходя мимо местной стройки, испортил телефон, кинув его в жидкий бетон. Вернувшись на следующий день в штаб, Герман удостоверился, что половина командирского состава ушли в отпуска, пробрался в офисы и встал перед той самой картотекой. Он в последний раз убедился в том, что там лежало его дело, на последней странице которого был жуткий штамп. Глядя на него, у Германа складывалось ощущение, что он смотрит на свою собственную могильную плиту. Действуя максимально быстро и при этом аккуратно, Герман высыпал все личные дела из картотеки на пол, облил разного рода алкогольными напитками, которые почему-то всегда находились в офисах ЦРУ, и поджёг. Куча пыльных бумаг всполыхнула моментально, как спичка, проведённая по боковине коробка. Удостоверившись, что его дело сгорит первым, а остальные ещё долго не потухнут от пожарной сигнализации, Герман вылез в окно и быстро по карнизам спустился на землю. Ещё месяц назад он заприметил место, которое не просматривается во время смены караула. Именно в это время беглец и перебрался за забор охраняемой территории. За холмом он спрятал сумку с гражданскими вещами, в которые и переоделся. Как раз в это время, в штабе и взвыла пожарная сигнализация. Итан сначала хотел бежать за Германом, что бы вместе поскорее выйти из горящего штаба, но потом до него дошло… - Неужели?.. Идиот…