Olympus

***

Через пять часов       Раздался пронзительный крик посреди пустынной местности. -Не смей,-Аполлон слегка приподнял руку, чтобы бог Войны ничего не испортил. -Как ты можешь говорить такое, слыша ее крики?-с ненавистью прошипел Арес сквозь стиснутые зубы. Два олимпийских бога спрятались среди хлама вещей и отходов возле подвала, где и были спрятаны Афина и Артемида. Теперь бог искусств и нынешний правитель Олимпа придумывали план спасения двух богинь. -Хватит терять времени!-сквозь визг богини охоты, прошептал блондин. Несмотря на дальнее расстояние, он все равно услышал рваные дыхания девушек, пытающиеся не сойти с ума от пыток Энкелада.-Они итак достаточно натерпелись! -Для начала, выслушай меня. Если ты хочешь достать Афину целой и невредимой, перестань трястись, как маленькая овечка перед волком. Во-вторых, с таким порывом мы точно ничего не сделаем, а лишь усугубим ситуацию. В-третьих... -Ля-ля-ля!-гневно проговорил Арес, держа в руках пулемет.-Если ты так боишься за свою жизнь, оставайся снайпером в этом месте,-и передал в руки удивленному шатену снайперскую винтовку. -Арес, стой! -Чего тебе?-напоследок обернувшись к богу, поинтересовался блондин. -Я не умею пользоваться ею. -Научишься,- с ухмылкой ответил ему Арес, направляясь в подвал. А Аполлону ничего не оставалось, кроме как с недовольством затянуть тетиву лука и прошагать следом за ним.

***

-Так ты ничего не хочешь сказать? Афина лишь промолчала, скрипя зубами. Руки, что были прикреплены к цепям, безвольно болтались, а оковы на ногах удерживали богиню Мудрости от побега. Артемида, точно в таком же положении, что и она, висела напротив нее. После долгих пыток, богиня охоты долго не приходила в себя. -Неужели ты не хочешь помочь мне найти своих друзей? Все они уже успели покинуть Олимп,-несильно (от чего Афина поморщилась) пнув ногой, гигант внимательно смотрел ее.-А нашей матери Геи нужно их местоположение. -Я тут уже неизвестно сколько дней, а ты все еще допрашиваешь меня? Как можно быть настолько тупым и бестолковым,-выплюнула блондинка в лицо врага. Собирающийся замахнуться на девушку, гигант не заметил двух крадущихся мужчин и не успел уклониться от острой стрелы Аполлона. Поморщившись, он обернулся назад и был застигнут врасплох. Энкелад с открытым ртом смотрел на замахивающегося самурайским мечом Ареса, который с необычайной легкостью управлял этим холодным оружием. Когда он начал больно царапать руки, гигант начал отвечать ему тем же. -И это все, на что ты способен?-прикрикнул бог Войны, пронзив врага в плечо. От этих слов, монстр с рыком побежал в его сторону. Арес кровожадно ухмыльнувшись, изменил свое оружие на пулемет и начал стрелять в Энкелада. Пули, одна за другой оставляли маленькие дырочки по всему туловищу гиганта, и тогда Аполлон крикнул: -В яблочко надо стрелять, дурень,-освободив бессознательную сестру-близнеца, шатен прихватил ее на руки. И тогда бог Войны продолжил стрелять, уже чисто целясь на живот. Энкелад, как бы ни старался уклониться или же прыгнуть на Ареса, ничего не мог поделать. Оружие, успевшее поднадоесть нынешнему правителю Олимпа, сменилось на бронзовый меч. -Это тебе за Афину,-тихо прошептал бог Войны и с военным кличем отрубил голову гиганту. Голова, словно в медленной съемки, с грохотом упало на пол. Само тело гиганта мгновенно начало испаряться. Вытерев пот с лба, блондин с усталостью смотрел на золотую пыль, летевшая по всему подвалу. Долгое время он молча стоял на месте, с трудом переваривая то, что он смог с легкостью победить гиганта. -Арес?...-Афина с распахнутыми глазами оглядела пыль, пытаясь подобрать слова.-Но как..к-как вы?.. Опомнившись, бог Войны сняв кандалы с рук блондинки и подхватил ее. -Любовь моя... Прости, что я не смог сделать этого раньше. Прости меня злого, за то, что ты познала все эти мучения... Если бы я... -Нет,-прервала Афина его.-Не смей говорить такого. Ты спас меня. И ее. Если бы не ты, то возможно мы были бы в Тартаре на целые тысячелетия,-уткнувшись лицом в плечо Ареса, она закрыла глаза.-Спасибо. А в голове мужчины все еще звучали ее слова: "Спасибо". И именно в этот момент, он понял, что значит любовь.