Цветы в пепле

- Ему так сильно уменьшили срок? – Томрис выглядела откровенно удивленной. - Говорят, его делом занялся новый адвокат. Ему ещё тогда неслабо уменьшили срок, из-за того, что он помогал в поимке Челеби, - Рюйя выглядела взволнованной, как всегда, когда говорила о работе, судах, следствиях, - а сейчас дело было передано новому прокурору, там открылись новые обстоятельства… Будто бы та взрывчатка не принадлежала Искендеру, а какому-то третьему человеку. На самом деле всё выглядит ещё более запутанным, чем на словах. Новый адвокат подал заявление на пересмотр приговора, ко всему прочему и за примерное поведение ему срок скосили, вот так и произошло. - Итог один – он на свободе, - обозвался Омер, обнимая за плечи свою жену. - И что теперь? Кто-то уже с ним виделся? – Спросила Джемре. - Нет, он может вчера или позавчера только вышел, - ответила Рюйя. Все они разговаривали, будто не замечая меня, но я чувствовала каждый их робкий взгляд в мою сторону, каждое недосказанное слово, которое они не произнесли из-за меня. - Я думаю, он не станет нас беспокоить, не осталось ничего, чтобы нас связывало, вышел и вышел, пускай живет себе спокойно, лишь бы подальше от нас, - закончил Омер и поднялся, чтобы заварить ещё чая. За все эти года его небольшой магазинчик остался всё таким же, и Омер всё так же любил заваривать чай. Мы больше не собирались здесь так часто, ведь у каждого своя семья, работа, дела, но сегодня вечером всё приобрело вновь старый знакомый окрас. Будто время отмотали на пять лет назад. - Нужно положить ещё печенья, Чичек дорогая, не поможешь мне? – Рюйя вопросительно на меня взглянула. Все вокруг всё поняли, но сделали вид, что слишком увлечены разговором. - Конечно, - улыбнулась я. - Ты ведь не виделась с ним? – Шепнула мне Рюйя, глядя из-за плеча на компанию друзей. Я промолчала. Не потому, что боялась признаться, а скорее наоборот, хотела дать понять, что делаю всё так, как считаю нужным. Хотя, что именно я делала, мой разум понять не мог. - Чичек, только прошу, не делай глупостей. Мне казалось, что вы уже давно с этим закончили. Он же сам положил конец. - Да, вот только вижусь я с ним, общаюсь ли, кажется это дело, что касается только меня и Искендера. - А как же Сулейман? – Голос Рюйи готов был сорваться. - У нас с Сулейманом близкие отношения, но ты сама знаешь, что Искендер совершенно не чужой мне человек, больше не станет чужим, никогда. Сколько бы ни прошло лет, он был и останется для меня близким человеком. Даже несмотря на то, что наши отношения закончены, - я до боли впила ногти в тыльную сторону ладони. Чертова привычка, от которой так и не сумела избавиться. - Решать тебе, но мои мысли касательно этого ты знаешь, - на этих словах Рюйя вернулась к остальным. Весь остаток вечера я просидела словно в тумане. Они всё ещё обсуждали Искендера, только теперь разговор зашёл о Челеби. А мне не было дела до их мыслей, я не хотела больше это слушать, думать и вспоминать каждую минуту, глуша внутренний голос словами типа: «От его появления ничего не изменится, всё ведь давно закончилось». Но ничего не помогало, я всё равно будто дышала той минутой, когда бросилась обнимать его спустя столько лет. - Я знаю, что ты сидела там и делала вид, что тебе всё равно, - Томрис решила продолжить эту тему уже наедине, в машине, по дороге домой, - но я знаю тебя, знаю, что тебе не всё равно. - Как мне может быть всё равно? Но, не переживай. Между нами всё давно закончилось, не думаю, что у него остались ко мне какие-то чувства. - А у тебя к нему? – Сразу же спросила Томрис. Если бы я знала, если бы понимала, что шепчет мне моё сердце. У меня не хватило духа ответить Томрис на этот вопрос, не хватило духа соврать или сказать правду. - Почему молчишь? Можешь ответить честно, я уже смирилась с твоей любовью к этому человеку. Перестань царапать руки, - добавила она командным тоном. Я даже не понимала, что всю дорогу мои ногти продолжали истязать раны на руках. Вот только так легко поцарапать руки, но почему они не могут достать до сердца? Прошло пару дней. Свободных, спокойных, без него, только почему я не сводила глаз с окна, будто ожидая вновь его увидеть в этом окне? Томрис на эту неделю осталась с нами, в старом доме, по её словам, чтобы провести время с Атласом, но истинные причины были столь очевидны, что мне даже не хотелось их озвучивать. И вот одним утром её опасения подтвердились. Когда я спустилась, в дверях стоял он. На меня снова взглянули его глаза, такие чистые и красивые… В них совсем не было какой-то злобы, или обиды, наоборот они смотрели так робко, виновато что-ли? - Я хотел бы поговорить с госпожой Томрис, - сказал он, то ли мне, то ли Айлин. Томрис держалась во время разговора уверенно, скорее держа достоинство. - Я лишь хотел попросить иногда навещать Атласа, проводить с ним время, - Искендер говорил с Томрис, но его глаза буквально каждую минуту скользили по мне, так быстро, что я едва могла их уловить. Томрис колебалась, видно было, что она не в восторге от этой идеи. Но, всё же, когда она узнала, что Искендер тогда во всём признался, отказался от денег, создал фонд для помощи семьям погибших (да, мы узнали об этом спустя несколько лет, случайно) её мнение о нем всё же немного изменилось. К тому же, Атлас несмотря на то, что он рос подвижным, милым ребёнком, с хорошей успеваемостью в школе, ему было сложно найти общий язык со сверстниками. У него были некие трудности в общении с другими детьми, найти себе друзей ему не удавалось. Он был закрытым и замкнутым, для него лучшими друзьями была лишь я, Айлин и Томрис. Ещё немного Гюнеш, но она тоже так и не стала для него близкой подругой. Поэтому общение с Искендером пошло бы ему на пользу, ведь Искендеру как никому, удавалось раскрыть Атласа. Они не первый год были близкими друг другу. - Хорошо, - согласилась Томрис, - только это будет не в моём доме и эти встречи не будут слишком частыми. Возможно, Искендер хотел возразить, я видела в его глазах не спокойствие, но вместо этого, он лишь покорно согласился. - Хорошо, тогда я заберу его сегодня после уроков, и мы вместе проведём немного времени. - Ладно, - кивнула Томрис, - потом привези его. Он ушёл, а я осталась, мысленно перебирая всё то, что хотела бы ему сказать, если бы мы оказались наедине. - С тобой всё в порядке? – Томрис обратилась ко мне. – Ты побледнела. - Всё прекрасно, - солгала я, - пойду собираться на работу.