Цветы в пепле

Время уже отсчитывало пару часов до рассвета, а мы всё так же сидели возле дверей в комнату Атласа, знали - он не спит, слышали иногда шаги, и сколько-бы не уговаривали, он так и не открыл нам. - Пожалуйста, - я была заметно уставшая и уже не знала, как ещё умолять сына, чтобы тот открыл двери, - душа моя, Атлас, выслушай нас, открой дверь. Атлас упрямо молчал. Искендер сидел прямо под дверьми, за целую ночь он не сказал ни слова, даже не смотрел ни на меня, ни на Томрис, ни на учителя. Разрезая взглядом пустое пространство перед собой. - Атлас, дорогой, - снова подала голос Томрис, - скажи нам хоть что-то, хочешь, накричи на нас, но скажи что-то, поговори с нами. Я уловила её испуганный взгляд. - А вдруг он снова перестанет говорить? – Прошептала она буквально одними губами, учитель бросился её успокаивать. И от её слов всё похолодело внутри, я бросила быстрый взгляд на Искендера, но он видимо был мыслями очень далеко от нас. Вновь повисла гробовая тишина, и лишь секундная стрелка в старинных красивых часах, отсчитывала удары сердца. Вдруг эту давящую тишину нарушил из-за двери какой-то неожиданный шум, будто что-то упало, мы все ожили и бросились к двери. - Атлас! – Не внимая голосу разума, буквально закричала я. Искендер в одну секунду выбил дверь, и мы все, едва разбирая, что случилось, ввалились в комнату. Атлас сидел на полу, рядом был полностью развален пластилиновый зоопарк, который он так упрямо лепил последнюю неделю, на кровати были разбросаны фотографии Шималь. - Сынок, - я бросилась к нему, но меня и Томрис он отпихнул, упрямо, с вызовом смотря на Искендера, будто выжидая чего-то. - За что ты сидел в тюрьме? – В его голосе слышалась обречённость. – Расскажи, теперь я хочу знать всё. - Оставьте нас, - глухо сказал нам Искендер, даже не глядя. - Да, я хочу поговорить наедине, - добавил Атлас. Мы медленно вышли и прикрыли за собой сломанную дверь. - Томрис, тебе нужно отдохнуть, - очень тихо сказал господин Алтан, придерживая уставшую Томрис за руку. - Он говорит, - прошептала она, - уже хорошо. Они ещё немного помедлили, затем вдвоём спустились вниз. Мне не стояло оставаться, но я не могла сделать и шагу. Из-за двери послышался напряжённый, но тихий голос Искендера. - Дело в том, что я не всегда был хорошим, понимаешь, мне довелось делать неправильные дела. Однажды я сделал одну непоправимую ошибку, ты ведь помнишь тот пожар? И помнишь, что вчера брат Кемаль говорил о взрывчатках? У меня действительно была настоящая взрывчатка, и это я установил её… - Но ведь там были и взрывчатки дяди Челеби, - перебил его Атлас, - я сам слышал. Твоя не сработала. - Нет, моя просто не сработала так быстро, но она тоже там была. - Зачем ты её установил? - Послушай, я бы никогда так не сделал, если бы знал, к чему это приведёт. Даже в самом кошмарном сне я не видел, что эта взрывчатка сработает тогда, когда там находились люди, твоя мама, сестра Чичек и я сам. Она должна была взорваться, но тогда, когда там не будет ни одного человека. - Но зачем ты её установил? - Мне нужно было забрать оттуда некоторые вещи, и об этом никто не должен был узнать. - Поэтому, должен был произойти взрыв, чтобы все думали, что он всё уничтожил? Как в мультике про Джокера, - голос Атласа немного сменился, в нем начались улавливаться нотки интереса. Снова повисла тишина на несколько минут, затем Атлас продолжил: - но если ты не хотел, чтобы произошёл пожар, тогда почему тебя посадили и почему тебя все обвиняют? - Иногда нас определяют наши поступки, а не желания. Там была моя взрывчатка и понесла за собой ужасные последствия. - Но взрывчатки дяди Челеби там тоже были, почему его не посадили? - Я думаю, что Челеби понёс наказания и без этого. За дверьми снова стало тихо. Я боялась пошевелиться, боялась, что они услышат за дверьми ропот и это спугнёт ту атмосферу доверия, что только-только нарисовалась в разговоре. - Теперь я понимаю, - возобновил разговор Атлас, - почему бабушка плохо о тебе отзывалась. Искендер молчал, моя фантазия представила его глубокие глаза, в которых пеленой застыла немая тоска. - Я очень боялся папы, - продолжил сын, - и всегда искал в тебе защиты, ведь мама всегда говорила, что ты нас защитишь. Не только от него. - И это действительно так, - ответил Искендер. - Тогда почему мама погибла в том пожаре? Почему ты её не защитил? Я лишь ощущаю, как ногти всё сильнее задевают кожу руки, мне снова больно, но только за них, будто разделяю боль каждого из них кроющуюся в этих словах. - Вы с мамой всегда были для меня очень дороги, - сдавленно отвечает Искендер, - ты всегда был для меня самым родным, ведь именно я дал тебе имя, был рядом в первые минуты твоей жизни, и твоя мама знала, что чтобы не случилось вы будете теми, кого я всегда буду до последнего вздоха любить и помнить. Но иногда бывает так, что мы не всегда всесильны. Мы не супергерои, и даже при огромном желании не можем предотвратить многие вещи. Не можем изменить события, не можем защитить дорогих нам людей… Мне очень не хватает твоей мамы и поверь мне больше всего в мире, хотелось бы сделать так, чтобы она осталась жива, чтобы не было того пожара. - Я тоже очень скучаю по маме, хотя боюсь в этом признаться, чтобы не обидеть маму Чичек, ведь её я тоже очень люблю. И бабушку люблю, и тебя… Ты спас тогда маму Чичек от папы, я помню это… Поэтому знаю, что если бы мог то и маму спас бы, - Атлас резко замолкает, молчание длиться долгие минуты, будто протягивает между ними эту недосказанность, но затем добавляет: - в школе говорят, что в жизни всегда есть за что прощать, и я знаю, что ты очень хороший, мама тебя всегда любила, мама Чичек любит и я тоже. - Правда? Значит, ты на меня не обижаешься? - Не хочу обижаться на тебя. И не хочу, чтобы бабушка тоже обижалась. Я разрушил зоопарк… - Хочешь, мы построим новый, вместе? Лучше, намного лучше и больше. - Давай. Только сейчас мне хватило решимости подойти ближе к двери и слегка забарабанить по ней пальцами. От этого прикосновения дверь сама приоткрылась. Атлас и Искендер сидели на полу, оба вытирали мокрые глаза и удивились моему появлению. - Мама, а можно чтобы я сегодня не пошёл в школу? - С чего бы это? – Улыбнулась я. - Мы с братом Искендером будем строить зоопарк. Я посмотрела на Искендера, тот радужно улыбался, не скрывая своего удовольствия. Он слегка заметно мне кивнул и снова немного приобнял Атласа за плечи. - Хорошо, устроим сегодня небольшой выходной. Но сейчас тебе нужно немного поспать, а ещё кажется, стоит поменять тебе дверь, - мы все посмотрели на дверь, которая шаталась от любых колебаний в воздухе. - А ты потом научишь меня тоже выбивать так двери? – Атлас перевёл взгляд на Искендера. - Думаю, тебе стоит немного подрасти, чтобы изучить эту науку, - улыбнулась я. Когда я вошла в комнату, в окне край неба уже горел утренним солнцем. Почувствовала, что если сделаю ещё шаг, то свалюсь от усталости. Буквально рухнула на диван и закрыла глаза. Услышала его шаги, как закрыл двери и сел рядом. Ощутила его присутствие, оно вмиг наполнило эту комнату совсем другой тишиной, разделённой между нами двумя. Я положила голову ему на плечо, его запах пробрался по кожу, это возобновило некоторые воспоминания, от которых волна смущения пригнала жар к щекам. - Всем бы такую мудрость, как у Атласа, - устало произнесла я, чтобы отвлечься. - Он ещё ребёнок, с возрастом ему придётся по-другому посмотреть на мои слова, не знаю, насколько сильно это отпечатается на его обиде. - Он любит тебя и не позволит своей обиде уничтожить всё хорошее связанное с тобой. - Мне страшно думать о том, что однажды Атлас проснётся и поймет, что на самом деле не простил меня и не сможет этого сделать. Ведь я отнял у него маму, он понимает это. - Он понял, что ты никогда не допустил бы этого если бы мог, это не твоя вина и ты уже понес наказание… - Ну, это не отменило моей вины в глазах Рюйи, - Искендер устало вздохнул, - или госпожи Томрис. - Всё не так, как ты думаешь, - он обхватил мою ладонь, обвивая её, даря приятное чувство защиты, - думаю Томрис тоже сможет преодолеть всю обиду по отношению к тебе, а Рюйя… Она сама не понимает, как к тебе стоит относиться, ведь несмотря на всё пережитое, она всё равно где-то в душе чувствует себя ребёнком и не знает, как именно ей себя стоит вести, в таких сложных ситуациях. Я почувствовала, как тело будто налилось свинцом, голова соображала туго, но мне всё равно хотелось с ним говорить. - Чичек? - Ммм? – Протянула я, чувствуя, как приятно закрываются глаза, и расслабляется тело.