Я хочу сделать тебя своей собственностью

Раз два три Раз два три Раз два три Стук каблуков словно вальс в голове отдает приятной мелодией что так и заедает в мозгу. Раз два три Раз два три Ненавистный коридор в черно красных тонах, что вновь показывают престиж всей этой школы и дверь в нирвану ночи из которой не найти выход. Раз два три Раз два три Глаза что разбираются в разные стороны, губы что были искусаны неприятно шипели. Раз два три Раз два три Поворот. Заходить в это адское помещение не было не малейшего желания, а представлять что сделают с кучей отбросов что не смогли победить каких то невежеств омрачало сознание не давая свободно мыслить. Раз два три Раз два три Поклон. От былой уверенности осталась лишь крохотная лужа в которой Кокичи уже успел промочить ноги Раз два три Раз два три Раз. Счёт закончился. Рука плавно легла на ручку роскошной двери что всем своим видом приглашала войти и распахнуть двери в райский сад где вам предложат запретные плоды дабы позволить насладиться падением с небес. Медленно войдя в комнату где уже сидели почти все участники студсовета. И как назло именно сегодня глава не поленились и пришла лично. Очевидно чтобы лично казнить каждого кто посмел опорочить её имя и статус как презедента. Только от вида этого места — тошно. На лицах присутствующих сплошной мрак. И только призедент- Селестия Люденберг как всегда улыбается своей фирменной, безразличной улыбкой. Кокичи готов поставить свою жизнь на то что она в жутком предвкушении ожидания страдания каждого. — Кокичи.- дело пахнет жареным обращение по имени обозначает насколько та рассержена, и то насколько мизерны шансы того что он выйдет отсюда не искалеченным — я уже и не надеялась что наш четвертый участник соизволит явиться на наше скромное собрание.- Люденберг чуть приподняла уголки губ показывая свою «радость». — Ага…- Ома старался как мог. Не выдавать полный ужас от осознания того что сейчас его могут даже казнить- та ещё задача. Но тот держится как может садясь на свое место рядом с так ненавистным ему третьим из студсовета Бякуе Тогами. Ответственным за все расходы и доходы академии. Так сказать, важная шишка которая все отдаст ради статуса. Но даже у такого лицемера и нарциссаесть свои слабости, хрупкий мальчишка что задолжал ему ещё в прошлом году. Теперь тот носиться за Тогами как собака и не может отойти от него ни на шаг. И пусть тот всячески над ним глумиться, но отпускать от себя дальше чем на три метра он не готов. И на это можно хорошо так надавить и именно поэтому их отношения пока в нейтралитете ведь Тогами прекрасно понял после одного момента что выследить и заманить в ловушку столь доверчивого мальчика для Кокичи, не составит никакого труда. Монологи Кокичи, с самим собой были прерваны неприятным режущим уши скрипом. В проёме этих адских врат появилась белая макушка Комаэды. Раз два три Четыре пять шесть Семь восемь Не успев досчитать до десяти кошмар начал разворачиваться на глазах. — Нагито Комаэда. Позволь спросить что красиво красуется у тебя на груди? Неужели это счёт? Неужто наш великий везунчик умудрился проиграть? — чем дальше Селестия, говорила тем более её тон приобретал грозные и совершенно не ласковые тона. — Не могу поверить в этот сюр. Ты даже не выплатил этот долг несмотря на столь смешную сумму? — Люденберг, убрала руки со стола и поднялась со своего места. — Позволь напомнить. ТЫ НАХОДИШЬСЯ В ГРЕБАНОМ СТУДСОВЕТЕ И ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВО НА ОШИБКУ! — Срываясь на крик та громко ударило кулаком по столу. Её лицо быстро сменилось в выражении после того как она почувствовала лёгкое прикосновение к рукаву её дорогих одеяний. — За совершенные тобой проступки ты получишь наказание. Сие наказание должно отражать твое злодеяние.- уже после этих слов можно прощаться с головой а ведь он не единственный кто умудрился проиграть. — Я готов понести любое наказание. Но я не считаю то что я сделал — злодеянием. По этому я готов познать ваше возмездие на себе.- последние слова Нагито, произнес положив руку на сердце и что то неразборчиво прошептав поднял взгляд на, Кокичи. После кратко улыбнулся. Тот перевел свой взор на смерть в обличии девушки с красными глазами что горели яростью и напивались азартом. — Как благородно. Как по героически. Я не думала что ты такой кретин.- проговаривая первые слова с улыбкой на последних звучание переменилось на тот тон которым выдают приговор «смертная казнь» ну или хотя бы «пожизненно». Нагито, лишь лукаво улыбнулся и вновь повторил ранние сказанное. — Я понесу любое наказание. Вплоть до смерти.- от слов Комаэды, волосы вставали дыбом. Как бы Кокичи, не строил из себя непрестанного злодея которого не волнуют чужие жизни- это всегда оставалось лишь ложью для отвода глаз. Никогда не показывай людям свои слабости иначе этим воспользуются. Кокичи, жил этим принципом и никогда не показывал даже самым близким себя. Истинного себя. Без лжи и фальши. Ну а при необходимости был готов пожертвовать чужими слабостями для собственной безопасности. Но даже так он не мог сказать что его не беспокоит жизнь Комаэды, или кого либо. Он не желал никому смерти и осознание того где он находится пугало больше всего. Тут всем плевать на твою жизнь все живут лишь своим статусом и другого пути быть не может. Но вновь его монолог был прерван пусть его и никто не слышал. — Твое наплевательство на собственную жизнь лишь потеха. Но можешь опустить свои пустые мечты и вспомнить что так просто ты не отделаешься. Убить тебя было бы как минимум не интересно.- Люденберг, говорила это и улыбалась все шире. Её определено привлекают подобные садистские штучки. -* грязная садистка*- проговаривал Кокичи, смотря на то как Селестия, наполняет счастье от мыслей о предстоящей пытке. — Чтож тогда прошу за мной.- Виновница торжества развернулась и пошла в скрытую за шторой комнату маня рукой всех присутствующих. Многие молча встали и пошли вслед за главой атом числе и Комаэда. И только на лице Миу, отчётливо читался страх предстоящей пытки. Комаэда, находился в центре комнаты перед ним стояла Селестия, а рядом с ней все как обычно Кёко Киригири, вторая из студсовета и кажется она совершенно не в восторге от предстоящего но оспаривать ничего не собирается. — Каждый из вас должен назвать цифру одного до десяти. Этим числом вы оцениваете то насколько по вашему мнению Комаэда оплошал.- кажется что от выброса эндорфинов она сейчас взорвётся. Не каждый день она может так поиздеваться и кажется только этого она и ждала. — И первый у нас Тогами.- Селестия показала пальцем на наследника а тот в свою очередь сделал шаг в перед и назвал. — Девять. Я не в силах оспаривать его вину.- от его ответа мерзко даже смотреть на него в момент его «речи» не хотелось. — Великолепный ответ, я примерно такой и ожидала от тебя.- пока Селестия, расписалась о том и сем её верная Ассистентка отошла. Видимо за самим инструментом для пытки. — И следующая у нас Миу Ирума. Кажется вы сами не самая чистая. Но я же не лишу вас такого права.- Улыбка Селестии, все шире и шире. Кажется она всерьез наслаждаться процессом. — Пусть будет 4! — Миу, ответила первое число что возникло у нее в голове. Она явно не хотела забивать свою голову размышлением на тему виновен ли Комаэда, или нет. Ей было не до этого. На самом деле та готова кричать ей действительно страшно от всего происходящего, но она же не покажет этого, особенно при главе. — Я надеялась что ты правда хорошо подумаешь об этом. Ну не важно. И так у нас остался лишь Ома.- взгляд рубиновых глаз словно залитые вином посмотрели прямо на Кокичи. От одного взгляда не по себе. Но нужно быстро дать внятный ответ не выдавая своего волнения. — Я не считаю Нагито-чана виновным. По этому один из десяти.- Вдох выдох говорить так не принуждено стоит не малых усилий зная что ничего хорошего прямо сейчас точно не произойдет. — Ожидаемо. Ну чтож с этим мы закончили! Теперь виновник сними верх своей великолепной формы и сядь на колени лицом к нашим зрителям.- В голове все идёт кругом а вид совершенно спокойного Нагито, пугает ище больше. Все это выбивает из колеи и представить что сейчас будет- попросту не возможно Кёко, возвращается с тележкой на которой стоит не маленьких размеров сооружение состоящие из десяти небольших печатей с длинными металлическими ручками и все эти печати стоят на раскаленных до предела углях. — Ч что? — у Кокичи каша в голове он не понимает ничего и сейчас он видит лишь Селестию, что явно была на пике блаженства и печальную Кёко, что лишь отошла дальше от всего происходящего. — И так какая цифра была первой? Ах да прошу прощения.- Люденберг, схватилась за одну из металлических ручек и достала печать с цифрой «9». Прислонив к спине раскалённую печать так чтобы там остался след дальше схватилась за вторую печать и проделав те же махинации под истошные крики боли Комаэды, лишь расхохоталась. Кажется подобный выброс эндорфинов у неё в первые. Кокичи, смотрел на эту картину пустыми глазами. Он не мог поверить что это происходит. Он не мог поверить в то что они добровольно вступили в эту академию и теперь от сюда до выпуска нет выхода. Вся информация строго конфиденциальная и даже если показать доказательства то полицейские не будут иметь право и возможность на расследование ибо по просьбе, а после и указу все что происходит в школе это процесс обучения и полиция не может заняться расследованием по закону что одобрил подобные запросы на конфиденциальность. Это все звучит как бред сумасшедшего но такова правда, пока они в академии то за них отвечает академия и все что происходит в её стенах навсегда останется в тайне. — Нагито, а ведь между прочим ты сам свой мучитель. Ты мог просто оплатить небольшой должок и твое наказание было бы не столь суровым.- Говорила Селестия, оставляя последнюю печать. — От болевого шока Нагито, был не в силах произнести даже слово. Все что он мог это лишь глотать воздух и кое как пытаться перевести дух. — Ах как же мне тебя жаль. Может тебе принести воды? — В её голосе была мерзкая насмешка, что оставляла всякие последние надежды на её благоразумие. В ответ Нагито, лишь прохрипел боль что он испытал все же сильно отразилась на его восприятии. — Ну раз так то.- Селестия, дважды хлопнула в ладоши и в комнату зашла, Кёко, с рядом стоящим, Хаджиме? Вот теперь Кокичи, готов уверовать. То что тут происходит кроме как глупыми кошмаром что ни как не закончится, не назовешь. — Нагито! — увидев парня в подобном состоянии тот бросился к нему с обеспокоенным лицом что наполняло лишь отчаяние. — Дорогой Хаджиме Хината. Ты здесь для того чтобы обеспечить нашему скромному узнику достойное наказание.- Люденберг, подошла и обхватила плечи парень от чего тот покрылся волной мурашек. — Кёко, милая принеси нам плеть.- Кёко, что тихо и неподвижно наблюдала за всем этим теперь быстрым шагом направилась в небольшую комнату. Что то вроде каморки и откуда и вывезла ище одну небольшую тележку где лежала внушительная плеть и она вновь как и печати была раскалена до придела. — Что за? — Хаджиме, выглядел растерянно он не понимал ни-че-го и тут в его руки опустили ручку плети нежным бархатным голосом проговаривая. — Если это не сделаешь ты то он получит ещё более беспощадное наказание.- Люденберг, наконец отошла на расстояние и встала рядом с Кёко, что явно пыталась не смотреть на все это действо. — Хината-Кун- Нагито, говорил тяжело и через вздохи но сейчас он более менее привык и потому слова были словно божественная истина ясная словно Первомайское небо и чиста словно голубая река. — Если это сделаешь ты, то тогда я буду- Нагито, вновь сделал большую паузу пытаясь вдохнуть спасительный кислород. — Я буду не против.- проговорив последние слова тот посмотрел на Хаджиме, и нежно улыбнулся так как только было возможно в его то ситуации. — И так если вы грешные души уже все решили то я объясню правила.- Селестия, хлопнула в ладоши и закрыла глаза блаженно ожидая наказания. — На его спине красуются недавно поставленные цифры. Ты должен посчитать сколько будет в сумме и сделать равные этому числу количество ударов.- Селестия невольно закатила глаза представляя пред собой эту картину. — Не беспокойся Хината Кун. Просто давай сделаем это быстро.- Нагито, уже успел более менее выравнять дыхание. — Прости.- Хаджиме, опустил голову взяв плеть чуть сильнее и подошёл к сидящему на коленях парню. Девять Четыре Один Девять Четыре Один Девять Четыре Один Эти четырнадцать ударов были словно вечность для Хаджиме. И это учитывая крики Нагито становилось пыткой и для самого Хинаты. Плеть была отброшена далеко назад а руки что раньше с неистовой силой сжимали плеть теперь обнимают такие хрупкие плечи. Нагито, лишь тяжело вздыхал глотая воздух что был сравним с божьей милостью и проклятием самого сатаны. Селестия, улыбалась. Миу, была в полном шоке и ужасе а Бякуя, пусть и старался выглядеть безразлично но даже он содрогнулся когда Хаджиме, нанес первый удар по худой спине Нагито. И только Кокичи, уже был не в силах смотреть на это. Он пережил многие ужасы в жизни но он явно не хотел такой судьбы для своего друга. Он пытался сбежать вскрыть замок этой проклятой комнаты. Находится здесь уже было пыткой тем более под такое " музыкальное сопровождение» состоящие из криков его товарища. -Кокичи, прошу вернись на место.- Селестия, грубо приказала Оме, вернуться на свое место от которого уже тошнило. -…- тот промолчал и лишь с глупым молчанием вернулся к Миу, и Бякуе, что явно стояли в оцепенении. Кто знает что с тобой произойдет если посмеет оспаривать решение главы. — Чтож теперь моя дорогая Миу. Пришел твой черед.- Селестия, лишь указала на нее пальцем и лукаво улыбнулась. — Ииии! — в испуге издав писк Ирума, лишь сделала несколько шагов назад. — Кёко.- даже немного ласково произнесла Люденберг, и посмотрела на свою ассистентку. — Сейчас.- первое что та произнесла за все время. Очевидно её само обладание так же дало небольшой сбой. Через время та вышла с кучей изобретений Миу. -…- тот промолчал и лишь с глупым молчанием вернулся к Миу, и Бякуе, что явно стояли в оцепенении. Кто знает что с тобой произойдет если посмеет оспаривать решение главы. — Чтож теперь моя дорогая Миу, — Мне кажется что этот мусор нужно уничтожить.- проговорив это с очередной улыбкой что кажется ище не разу не спала за весь этот промежуток времени. Она просто в восторге от всего этого. Наступая на изобретения и швыряя их в разные стороны та наблюдала за реакцией Ирумы, что кажется сдерживает свой поток сквернословия только потому что понимает что ей явно не дадут пряник за то что та оспаривает решения главы. И вот каблук, Селестии, уже был у самого любимого изобретения, Миу над которым та возилась день и ночь не давая себе шанс на отдых. — Ах ты гребаная садистка! Неужели ты блять надрачивать готова на чужие страдания?! — и только сейчас, Миу которую уже за руки держали чтобы она не бросилась на, Люденберг, с кулаками. Поняла что она сказала и посмотрела на глаза что кажется наливались то ли вином то ли Кровь. — Ахах. Ирума, смотреть на твой гнев одно удовольствие~.- проговаривая эти слова она наступила на изображение и медленно подошла в плотную к Миу. Звук шлепка раздался на всю комнату. Селестия, точно не была в восторге от только что сорвавшихся с языка Ирумы, слов. — но не переживай. Сегодня я достаточно великодушна чтобы не вытирать об тебя — грязную шлюху свои чистые, и не порочные руки.- слова что она произносила все больше и больше заводили, Миу. Она уже кипела от злости но понимание своего положения все-таки позволяли держать язык за зубами. Чтож вот и пришло судный час и для Кокичи. Тут даже не были нужны слова тот лишь молча последовал за сатаной в обличии их директора. — Я так рада что ты у нас такой сообразительный Ома. Теперь прошу сядь.- Люденберг, указала на стул с какими то приборами рядом. — Что меня ждёт? — Кокичи, уже безразлично спрашивал. Ему было все равно на собственные страдания. Весь его ужас был направлен только на страдания других. — Это детектор лжи. Поскольку твое обвинение самое лёгкое то и наказание соответствует.- Люденберг, улыбнулась и усадила Кокичи, на стул поспешно завязывая тому глаза. — Протяни свои руки.- Приказной тон и вот руки Кокичи, уже как на ладони. Кокичи, ненавидел подчиняться этой сволочи, но иного выхода увы просто не было. Он знал что прямо сейчас за ним наблюдает весь студсовет и один Хаджиме. И это даже немного успокаивает ибо никто другой об это и не узнает. — И так я думала задать тебе только пять вопросов но из-за твоей глупой выходки с попыткой побега их будет больше.- Кокичи, не видел её самодовольного лица он лишь слышал лёгкое шуршание бумаг и всхлипы Миу, что оплакивала свои изобретения что позволяли есть во сне. Чтож наверное действительно бесполезная хрень но если для неё это было важно то почему бы и нет? Пусть Кокичи, в слух ни за что не скажет но Ирума, важна для него как и Нагито, и несмотря на их вечные разногласия он все же дорожил ею. — Все готово. Ты готов Ома? — Кокичи, единственный кого Селестия, хотя бы спросила перед тем как начинать. — Как мило с твоей стороны, спрашивать моего мнения, Люденберг-Чан! — Ома, притворно улыбнулся и похлопал ресницами пусть их и не было видно. — Тогда начинаем.- после этих слов уже кружилась голова что бы там ни было он не хочет отвечать а особенно кому то вроде Селестии. — Первый вопрос. Почему ты вступил в студсовет? — Селестия, ласково взяла Кокичи, за плечи и любезно ждала его ответа. — Конечно для тебя Люденберг Чан! — весело и задорно звучит словно небо чистое от облаков, прямо-таки рябь на водной глади. Но электрический разряд что кажется прошил сам мозг говорил об обратном. И вот теперь в горле застрял ком неприятно царапая стенки слизистой не давая говорить. — Такс теперь второй вопрос. Вопрос будут более корректными по этому ответить можно будет только да или нет.- Кокичи, готов поклясться что она сейчас вновь улыбается своей мерзкой улыбкой. — Готов ли ты предать Нагито, ради своей выгоды? — Люденберг, сейчас отбивает ритм вальса на плече Кокичи. — Нет. Я же не такой изверг как ты Люденберг -Чан! — все ещё задорно ответ несмотря на ощущение безысходности которое скрыть весьма проблематично. Ещё один разряд и сейчас кажется ток прошел прямо через кости. Но ведь это не лож? Или же лож? Кокичи, немного запутался но его раздумьям кажется не суждено существовать на этой планете ведь их прерывают в который раз не давая найти точный ответ. — Не могу поверить что это так! А ты ужаснее чем я предполагала.- Люденберг, наигранно сыграла печаль и удивление. — Дальше у нас в программе: Кокичи, Ома ты вступал в романтические контакты с парнями старше тебя? — такой глупый вопрос словно ребенок пытается найти свежие сплетни. — Нет. Как я и говорил я- не ты. Чтобы заниматься подобным.- ещё разряд. Ну это уже не смешно. Кокичи, знает что это правда. И тут в голову закрадывается одна очень интересная мысль и кажется только она осталась лучиком надежды в этом сумраке. — Следующий вопрос у нас связан с твоим любимым Сайхарой.- Люденберг, мерзко улыбается а из головы Кокичи, вылетели все мысли. — Между вами было что то? — сложный вопрос одновременно что то да было но если этот вопрос является вопросом о том самом то. все сложно. — Конкретнее.- и тут его вновь прошло током и теперь всё стало слишком очевидно. Но вероятно для пущей точности стоит ответить на ище один вопрос. — Ома, я просила ответ да/нет а не вопросы на вопрос.- руки что нежно поклялись на плечах абсолютного лидера сжались что вызвало небольшой хрип. — Но мы продолжаем. Тебе нравится Шуичи? Или же наш всеми любимый Кокичи Ома, не из «этих»? Ах да прости всем уже известно что ты тот ещё распутник и переспать с парнем для тебя обычное дело.- Селестия, явно перегибает палку но вот вопрос действительно сложный. Чувствует ли Кокичи, к Шуичи, что то по настоящему? Или же он просто поиграет им и потом бросит. Чтож Люденберг, действительно смогла заставить его погрузиться в пучину глубоких раздумий. Но ответить нужно быстро иначе его вновь будет ждать не самая лучшая участь. — Мой ответ.-