It was night when you died, my firefly

Забинтованные, окровавленные пальцы сжимали потрескавшийся коммуникатор, медленно обвивали его, судорожно давя на кнопки. Последовала небольшая пауза. Поток ветра заполнил тишину, пока не раздался знакомый звук сигнала, означающий что устройство работало. Слабые подсказки ненадолго зависали на экране, касаясь имен списка, пролистывая его. «Сэм» «Каллахан» «Дрим» «Фанди» «Джек Манифолд» «Филза» И конечно же… «Таббо» Таббо, таббо, таббо. Образ мальчика в зеленой рубашке с кудрявыми локонами, вспыхнули сквозь расплывчатый взгляд; образ загнутых рогов, глубоких шрамов на бледной коже; образ теплого пальто и больших снегопадов вторглись в рушащийся разум. Трясущиеся, мозолистые кончики пальцев давили на глубоко укоренившееся имя, нажимая до тех пор, пока команда, наконец, не начала проходить через поврежденное оборудование, и не раздался сигнал. Вдох. Первый сигнал. Выдох Второй сигнал. Вдох. Третий сигнал. Выдох. Четвертый сигнал. Выдох. Пятый сиг- «— Томми?» Язык скользнул по потрескавшимся, заляпанными кровью губам, осторожно слизывая подступившее железо. Блондин сглотнул, слюна потекла по сухому, слабому горлу – словно в попытке унять жгучую боль. Он выдохнул, и начал говорить. — Таббо- «— Послушай,» - в голосе брюнета было больше чем простое раздражение; больше чем небольшая досада; казалось, он был чуть злее из-за того, что ему пришлось взять коммуникатор. «— Я не могу сейчас говорить, Томми. Сейчас не самое лучшее время, понимаешь?» Хм? Таббо? Нет. Он понимает, понимает. Но… Томми нуждался в помощи. — Таббо- «— Я понимаю, ты, вероятнее всего, хочешь сказать что-то “важное” – хотя мы оба знаем, что это никогда не было таким важным, либо ты думаешь, возможно что-то случится, в любом случае у меня не хватает на это времени.» Оу. Ой-ой-ой. Это не то, чего ожидал Томми. Совсем не то. — Я- «— К слову, о времени, сейчас буквально… 11 часов вечера. Томми, о чем ты думаешь, звоня так поздно? Ты же знаешь что мне нужно уложить Майкла в кровать. Я сейчас должен прочитать ему одну из тех книжек с картинками, которые Фулиш сделал для нас. Но нет, я снова должен выслушивать тебя.» — Табс- «— Теперь когда я об этом задумался, мне кажется, что последнее время я всегда с тобой разговариваю. Не пойми меня неправильно, ты мой лучший друг, я правда не возражаю, но боже, Томми. И ты называешь меня прилипчивым? Последнюю неделю у меня совсем не было времени на семью, потому что, мне кажется, я всегда на связи с тобой, болтая о том о сём.» — Таб- «— Что на этот раз? Очередные параноидальные мысли? Очередной приступ паники, из-за которого ты не можешь уснуть? Я обещаю, Дрим не выберется из тюрьмы. Я понимаю что ты очень зол – или напуган – из-за Сэма, но он старается изо всех сил, Томс, и он не собирается выпускать этого монстра.» —Пожалу- « — Ты видел, сколько там обсидиана? Ох, конечно ты видел, да. Опустим это, так или иначе-,» - воцарилась небольшая пауза, кажется, Таббо переместил телефон к другому уху. « — Но серьезно, все будет в порядке, чувак. Тебе нужно немного расслабится, окей?» — Я не могу- «— Я понимаю, умирать, должно быть, тяжело. Я тоже потерял две жизни, но… нужно двигаться дальше. Тебе стоит стать чуть более самостоятельным, как ты делал это раньше. Это вовсе не значит, что ты не должен просить о помощи, или что-то вроде того, но…» — Мне нужна пом- «— Я имею ввиду, тебе стоит стать менее зависимым от меня» Воцарилась тишина. Ни единого шороха, ни единого вздоха, звука. Совершенно ничего. Просто… тишина. «— Извини, Томс, это было слишком грубо? Я не хотел сказать что-то не то… ну, то есть, нет… Я не хотел, чтобы это звучало так плохо. Я просто… разве ты не говорил с Паффи об этом? Тебе стоит побыть где-нибудь вдали ото всех. Не как изгнание, конечно, всего лишь на несколько дней, чтобы ты действительно мог расслабиться, подумать.» «— Я понимаю, учитывая твою общительность, это может быть немного сложно, но думаю, оно пошло бы тебе на пользу. Ты бы мог отдохнуть вдали от дома, а я мог бы проводить все свое время с Ранбу и Майклом. Ох! К слову, у них все хорошо. Думаю… думаю, теперь я правда счастлив.» «— Я правда думаю, что доволен своей жизнью. У меня есть Сноучестер, эти двое, Джек, у меня есть… Да. Все хорошо. Медленно, но верно, я иду дальше. В конце концов, я уверен, что ты тоже сможешь это преодолеть.» «— Просто не сдавайся, хорошо? Впереди так много- » «— Табс? Ты скоро ложишься спать? Я уложил Майкла и- » «— О! Уже иду! Секундочку, Бу. Томми снова позвонил.» «— Опять?» «— Да, я знаю, подожди.» « –В общем, ты понял о чем я говорю, не так ли? Мне правда нужно идти, Томми. Я… - » «— Мы увидимся в любом случае! Не знаю когда, в последнее время я очень занят, но… Просто позволь мне-… В общем, да, увидимся.» Тишина. Кажется, Таббо ждал ответа. Ответ который… Так и не пришел. «— Что ж, ладно. Пока, Томс!» Коммуникатор издает слабый звуковой сигнал, прежде чем отключится. Забинтованные пальцы лежали на его потрескавшемся экране, навсегда покрасневшие и вечно неподвижные. Не было больше сердцебиения, прерывистого дыхания, медленного моргания. Совершенно ничего. Ничего, ничего, ничего. Лишь светлые, блондинистые волосы, тусклые глаза, и потрепанное, истекающее кровью тело, навсегда застывшее. (И когда Таббо наткнулся на разлагающее тело своего друга на окраине Сноучестера после нескольких недель автоответчика Томми, чувство вины исчислялось тысячами.)