Встреча с родителями

Лера пришла, когда Разумовский как раз закончил обрабатывать шрам на спине Олегу — шрам и правда заживал хорошо (тут Лера оказалась права), и Олег даже стал уже прикидывать, когда можно будет перебить татуировку. Лера пришла, и Сергей понял, что пришла его смерть — такое у неё было лицо. - Не убивай меня, Лера, я тебе пригожусь, - только и успел сказать он, поднимая руки. Но Лера не стала с ним ничего делать, а только подошла, взяла за плечи и стала сурово разглядывать, как будто прикидывала — на сливочном масле его готовить или на растительном. Обошла его и осмотрела со всех сторон, потом нахмурилась и, наконец, удовлетворенно хмыкнула. - Сгодишься. Может, они ничего и не заподозрят. - Сгожусь на что? - нервно уточнил Сергей. - На роль моего жениха! На столь сильное заявление Серёжа даже не успел ничего толком ответить, потому что за его спиной Олег — предатель — от смеха аж захрюкал: - А что, женись, Серый! Тебе вон уже за тридцать, пора, брат, пора! Даю вам свое благословение, - на что Олег получил два очень мрачных взгляда, но смеяться не перестал. - Лера, ты не могла бы пояснить, мы, конечно, после произошедшего не чужие друг другу люди... - он поперхнулся и замолчал, потому что выражение лица Валерии Викторовны ясно давало понять — одна шутка на тему, и она применит к нему свои многочисленные боевые таланты. - Ты идиот, Разумовский, - буркнула она, садясь на диван подле Олега и закрывая лицо руками. - Проблема в том, что я заразилась от тебя, и тоже повела себя как идиотка. Вот какого хрена ты приперся тогда к моему дому на фиолетовой тачке и в фиолетовом же костюме!? Зимой?! Она сжала виски и застонала: - Мой брат увидел, что я сажусь к тебе в машину, то есть он тебя не узнал... Но я ему как раз сказала, что иду на работу, и он подумал... И накрутил себя, и сказал родителям, и они подумали... И у меня был разговор с ними! - невнятно закончила она. - Он подумал что, Лера?.. - Что я сплю с тобой за деньги! Или что ты сдаешь меня кому-то за деньги! Короче, я не стала выяснять, уж извини, посчитал ли Киря тебя моим папиком или сутенером... - Мне всего 31, я не гожусь на роль папика! - возмутился Сергей, сам не очень поняв, почему его это задело. - На роль сутенера в своей леопардовой кепке и костюме ты точно годишься, но я не хотела бы представлять тебя родителям в этом качестве! - взвыла Лера. - Я соврала им! Из-за тебя! И твоей глупости! Я ни разу родителям не врала, пока с тобою не встретилась! - Так что ты им соврала? - проникся, наконец, Сергей. - Что ты мой жених. Что ты успешный человек, талантливый программист, у тебя свой бизнес. Что у нас все серьезно, что ты узнал о долгах и решил надавить на свои связи, чтобы нам помочь, и я тебя об этом не просила, но ты сам узнал и за моей спиной... - она вдруг заплакала. Переход от серьёзной, яростной — настоящей Эринии — к усталой и расстроенной, совсем молоденькой девчушке был настолько шокирующим, что Сергей растерялся. Он и правда был виноват — но тогда, в тот момент, он не соображал ничего — и теперь Лера расплачивалась за его небрежность. Ему всегда было все равно, что и кто про него думает и говорит, но это не значит, что так было и для Леры. - Я в тот момент ничего не могла другого придумать, не могла же я им сказать, что за деньги прыгаю по крышам в костюме и наказываю злодеев? Но я не хотела, чтобы мои родители думали, что я... из-за их долга я... - Стала Сонечкой Мармеладовой, - закончил её мысль Серёжа. Ответом ему был яростный всхлип. - И они хотят теперь с тобой поговорить! Пригласили на ужин. Повисла неловкая пауза. Сергей старался прокрутить в голове варианты развития событий, но шло плохо. - Валера, допустим, один раз он эту карту разыграет, но что потом? - спросил Олег, который наконец-то посерьезнел. - Серый же не может постоянно твоего жениха изображать и вечно оставаться в этом качестве. К тому же, ребят, любой, кто на вас посмотрит, сразу поймет, что вы не пара. Разумовский мысленно похолодел, представив, что ему понадобится сюсюкаться и обниматься с Лерой, видно, ей пришла на ум та же мысль, потому что она посмотрела на него с чем-то, похожим на ужас пополам с отвращением. Не слишком лестно, но понятно. Но он не удержался и подколол её: - Ты морально готова, что мне придется лапать тебя и целовать? Иначе кто поверит, что у нас отношения. Лера кивнула, поджав губы. Мина у неё от такой перспективы была перекошенная. - Если ты будешь делать при этом такое лицо, то в это не поверит даже слепой! Я-то могу достоверно покорчить из себя невесть кого, но по тебе родители не дай Бог решат, что я и правда тебя к чему-то принуждаю. Я, конечно, маньяк и псих, но в насильники пока записываться не хочу! - Тогда что нам делать? -тихо спросила она. - Я знаю, что это не твои проблемы, но... Лера закусила губу и опустила несчастно голову. Сергей не выдержал. Он был много кем, но раз дама в беде — надо её спасать. - Ладно, я тебе помогу, раз ты мне помогла, но сделаем по-моему! На прощание относительно ободренная Лера снова нахмурилась: - Ты уверен, что это сработает? А если они тебя узнают? - Ну подумают, что похож, мало ли. Не волнуйся, играть на публику я умею. Лера судорожно кивнула. Но потом с опаской снова посмотрела на него: - Но фиолетовый костюм ты не будешь надевать! Разумовский принял невинный-невинный вид и даже глазками захлопал, хотя после произошедшего фиолетовый костюм восстановлению не подлежал. Но у него ещё был светло-сиреневый. - И свою любимую гавайку тоже! - Ну вот, - сказал Сергей, закрывая за Лерой дверь. - Гавайку-то она за что невзлюбила? - Осторожней, Серый, её отец может полезть проверять что к чему, - Олег теперь постоянно параноил, и Серёжа его не винил. - Пусть. Бизнес и личность для прикрытия у меня есть, а я сомневаюсь, что после встречи со мной он будет глубоко копать... - Твоими бы устами... - Олег только головой покачал. Сергей собирался так тщательно и долго, что Олег пришёл его проверить. Спальня Серёжи была завалена вытащенными костюмами, рубашками, галстуками и прочими аксессуарами. Сейчас Серёжа примеривал второй раз десятый галстук и пытался выбрать между ним, пятым и семнадцатым. - Прямо как на свидание собираешься, - то ли укоризненно, то ли одобрительно заметил Олег. - Это серьёзнее свидания, - восторженно затараторил Разумовский, - мне надо создать правдоподобную личину с правдоподобной же биографией! Это как работа под прикрытием! - У тебя интересные представления о работе под прикрытием, - вздохнул Олег, но всё-таки ткнул в пятый галстук. - Думаешь? - неуверенно спросил Серёжа. - Думаю, что из всех твоих попугайных галстуков он самый неяркий. Пожалей Леру, ей потом ещё со своими родителями жить. - Да, надо уж постараться, она нам так помогла, - закивал Сергей. Олег тяжело вздохнул ещё раз: - Без неё нам с тобой был бы швах, давай признаем уже. До сих пор поверить не могу, что ты прискакал на тот склад без команды, без подготовки нормальной... - Ты что, не верил, что я за тобой приду? - голос у Серёжи обидно дал «петуха», да ещё и галстук он дернул — теперь узел перекосился. - Да нет же, Серый, я в тебе не сомневался, но я надеялся, очень надеялся, что ты не придешь, - ласково сказал Олег, распутывая галстук и завязывая его уже нормально. Серёжа не понимал. Серёжа всем своим видом выражал непонимание. - Ты знаешь, каково было сидеть там на полу, беспомощно, и смотреть, как тебе, Разумовский, сейчас отрубят голову? - Ну ты же понимал, что Лера где-то на подхвате, - неловко пробурчал Сергей. - Понимать и знать — это немного разные вещи, - серьёзно сказал Олег, - не делай так больше, пожалуйста. А теперь иди, герой-любовник, покорять родителей Валеры. Лера открыла Разумовскому дверь и остолбенела. Нет, она знала, что Разумовский, когда ему надо, может быть весьма очарователен, но сейчас её взору предстал совершенно другой Сергей. Он расстарался. Он прямо так расстарался. Какая-то часть Леры, что-то очень девичье и восторженное, что она сейчас тщетно пыталась запинать внутрь сознания, прямо вопило «Он как сошел с обложки журнала со статьей «100 самых завидных женихов России» - хватай и беги. Желательно в ЗАГС». Вообще-то, Леру никогда не привлекал Сергей, даже если вынести за скобки его репутацию и прошлое, потому что он был... слишком. Во всех смыслах слишком. Он был чересчур. Но сейчас, в очень аккуратном костюме, с зачесанными назад волосами, гладко выбритый и явно чем-то замазавший вечные теперь уже синяки под глазами, он выглядел просто шикарно и, судя по его ухмылке, которую Лере тут же захотелось подправить, знал об этом. Вид у него был солидный и какой-то холеный. Прямо чувствовалось, что он швыряет деньги налево и направо ради статуса, хотя пару дней назад Лера сама была свидетельницей того, как он абсолютно счастливо уплетал самые дешевые мармеладки из магазина, запивая колой. - Встречай гостей, Лера, - Сергей продолжал ей улыбаться сладко-сладко, так, что у Леры аж внутри всё сжалось от дурного предчувствия, но она честно провела Разумовского в квартиру и представила настороженным родителям — которые не знали, что и думать — и Кире, которому он явно сразу не понравился. - Прошу к столу, - собравшись с духом и с усилием собрав остатки гостеприимства, сказала мама. Лере стало её очень жалко. - Нам бы с вами переговорить лично, Виктор Николаевич, - сладчайше сказал Сергей, и Лере тут же захотелось его убить. И потом сразу покончить с собой на его могиле. От стыда, что кто-то мог подумать, что это её жених. Папа несколько удивился, но показал рукой на гостиную, мама тут же вежливо удалилась на кухню, а Киря с шипением уполз в свою комнату, откуда, скорее всего, подслушивал. Сергей сел на диван и потянул Леру за собой, отец же сел в кресло напротив. - Так о чем вы хотели поговорить, Александр? «Александр Воронов» - это имя у Сергея проходило по каким-то документам, Лера не вникала, каким, и он его использовал, когда надо было как-то представляться. - Знаю, Лера сказала вам, что я её жених, но она вам солгала, - вывалил прямо Сергей. - Вернее, наш с ней контракт вынудил её солгать. Лера чуть не подскочила в ужасе и не начала всё отрицать — вот насчет такого прямолинейного пассажа у них разговора не было - но рука Разумовского, болтавшаяся где-то за её спиной на диване, больно впилась ей в талию в столь красноречивом «заткнись!», что Лера не посмела дернуться. - Контракт?.. - папа слегка побледнел, как будто самые страшные его опасения стали сбываться. У него же слабое сердце, если Разумовский доведет его до тахикардии, Лера ему лично сердце вырвет! - Да, - элегантно махнул рукой Сергей, на пальце блеснула тяжелая печатка, - она моя сотрудница и ценный актив, поэтому я и решил расставить все точки над “i” лично. Рассказ про жениха — легенда, на случай слишком дотошных журналистов или приставучих девиц... Лера послушно молчала, хотя в голове у неё роилось множество вопросов. Она потом подстережет Разумовского одного, без Олега под боком, и будет трясти его до тех пор, пока не вытрясет почему, зачем и какого хрена он тут творил. - Я вас не понимаю, Александр, кем конкретно работает у вас моя дочь? - твердо спросил папа. - Не волнуйтесь, я с ней не сплю, - изящно прищурился Разумовский, - она мой телохранитель. Не то чтобы мне нужны были телохранители... Но это вопрос статуса, вы же понимаете. Я серьезный человек, у меня свое дело, положение обязывает... - Я не понимаю, как моя дочь может быть вашим телохранителем. И как вообще?.. У неё нет подготовки... - голос папы звучал беспомощно и недоуменно, особенно после фразы «я с ней не сплю». - У неё есть подготовка, - Сергей был абсолютно спокоен и уверен в себе. - Пятый дан по кендо, курсы самообороны, она занималась рукопашным боем... Плюс она же учится в медицинском, что также делает её просто незаменимой. И мы её немного перепрофилировали для работы со мной, обучили чему надо. Отец все ещё смотрел несколько недоверчиво: - Вы же можете, судя по всему, нанять человека из любого специализированного агентства, зачем вам Лера? Разумовский скучающе вздохнул. Как же у него хорошо выходит корчить из себя богатого мудака, так и хочется врезать. - Я же сказал — вопрос статуса. Не волнуйтесь, я не беру Леру на какие-то серьёзные встречи, у меня для этого есть, как вы выразились, люди из специализированного агентства. Понимаете, Виктор Николаевич, я светский человек. Хожу на всякие мероприятия, куда несколько...некрасиво было бы тащить с собой амбалов. Или в клубы. Или на какие-то тусовки. Портит впечатление. Мне нужна рядом девушка, но не эскортница — какой толк от эскортниц в случае чего? - а чтобы она могла постоять за себя и за меня, оказать первую помощь и отвадить от меня всяких нежелательных персонажей. Тех же молоденьких хищниц, которые жаждут урвать кусок моего благосостояния. Которая бы всегда сохраняла спокойствие и хладнокровие, не велась на чужой флирт, и могла бы поддержать интеллектуальную беседу. Быть эстетичной. Ну и вытащить меня пьяного, если такая нужда возникнет, - Разумовский улыбнулся своей коронной улыбкой. Папу передернуло. Леру тоже, но она постаралась это скрыть. Папа уже нахмурился, словно захотел заступиться за Леру, но Сергей жестко продолжил: - Я знаю о ваших проблемах с коллекторами и готов их решить. Я плачу Лере за дело, даю ей гарантии, медицинскую страховку и надежный контракт. Работая со мной, она сможет быстро выплатить ваши долги. Это исключительно рабочие отношения, я не сплю со своими подчиненными, особенно с теми, в которых я так вкладываюсь. Поэтому когда она рассказала мне о ваших сомнениях, я решил их развеять лично. Он откинулся на спинку дивана и выжидательно уставился на папу. Папа тяжело вздохнул: - Лера, можно с тобой на секунду переговорить? Она кивнула, косясь на Разумовского, но тот и бровью не повел. Они ушли в Лерину комнату, и там отец пристально и требовательно посмотрел на неё. - Почему ты ничего не сказала нам с мамой? Мы покой потеряли, пытаясь понять, кто этот долг выплачивает... Лера, нельзя же так... - Я не хотела вас волновать, - повесила голову Лера. - Мне не нравится эта твоя работа, слишком уж...обтекаемо звучит, и то, что ты подвергаешь себя опасности... И этот человек тоже не нравится, - твердо сказал папа, в людях-то он хорошо разбирался, только вот Лериных проблем это не решало. - Пап, это хорошая возможность быстро выплатить долг. Ничего мне не грозит, ну, пара приставучих типов в клубах, ну тусовка мерзкая, но я могу за себя постоять, ты знаешь, - зачастила она, тщетно пытаясь не вспоминать громил на том складе и Разумовского под замахом меча. - И он платит. И держит свое слово, - вымученно продолжила она. Отец покачал головой: - Малыш, ты человек взрослый, за свои действия отвечаешь сама, но ты не должна наши проблемы решать, я в состоянии разобраться с долгами. Главное, чтобы вам с Кириллом ничего не грозило. А эта работа - большой риск. - Не волнуйся, пап, - Лера почувствовала, что вот-вот зарыдает, больше всего на свете ей хотелось рассказать хоть кому-то, как страшно, когда в тебя палят из пистолета, или как страшно, когда волочешь на себе жутко избитого человека, но она не могла взваливать это на отца. - Со мной всё будет в порядке... Отец с сомнением смотрел на неё, ему это все по-прежнему не нравилось. - Я бы хотел, чтобы ты не занималась тем, чем ты занимаешься, что бы это ни было... Но давить на тебя я не буду, я не в праве. Только скажи, этот Александр, он... он ведь тебя не обижает?..- как-то жалко закончил отец. Лера знала, на что он намекает, но на этот вопрос она могла ответить с чистой совестью: - Нет, пап. В этом смысле я его вообще не интересую, - и добавила, думая про Олега. - И, по-моему, он действительно радеет о благе своих подчиненных... Лера прощалась с Разумовским уже на лестнице, он — ко всеобщему облегчению — на ужин всё-таки не остался. - Ну что скажете, прекрасная Валерия, спас ваш смиренный слуга вас и вашу семью от бесчестья? - Разумовский ломал комедию и знал, как Леру это бесит. - О да, - решила поддержать она игру, - Достаточно ли будет моему рыцарю в качестве награды моего платка? Правда, он немного сопливый... но ведь вам, благородный господин, плевать должно быть на такие вещи. Разумовский рассмеялся, запрокинув голову. Если Киря сейчас подслушивает — он её потом в покое не оставит. Но Лера действительно была Сергею благодарна, пусть он и вел себя как придурок. Он честно постарался, чтобы у Леры в семье царил мир и покой. Она потянулась к нему и по-детски чмокнула в щеку: - Кажется, рыцарей принято одаривать поцелуями? За поцелуй это, конечно, считалось с натяжкой, потому что так девочки целуют мальчиков на этих дурацких приторных открытках, но надо же было Лере как-то сохранить лицо?.. Не рассыпаться же перед Сергеем в благодарностях, тем более, что его явно повеселило происходящее?.. - Ты чего такая довольная? - мрачно спросил Киря, у которого, судя по всему, оставались большие сомнения насчет Лериной работы. Придется Лере теперь быть с ним настороже. - Мне обещали повысить зарплату! - сказала Лера, глупо улыбаясь. Она не собиралась рассказывать Кире, какой очаровательный вид был у смущенного Разумовского после чмока Леры. Правда, самому Разумовскому она это тоже рассказывать не собиралась...