Химия

Однажды эта боль принесёт тебе пользу Как ты вообще живёшь с его руками на шее?

      Девушка выдыхает облачко дыма, которое растворяется в воздухе буквально за пару секунд. Голова проясняется, а на губах вновь расползается довольная улыбка. Она опирается спиной о перила балкона, делая очередную затяжку. Ловит на себе взгляд парня и тепло ему улыбается.       Алина с полной уверенностью могла сказать, что Кирилл - лучшее, что было в ее жизни в последние несколько лет кромешного пиздеца, только вот она его больше не любит, но упорно продолжает держаться за него и их отношения, потому что они дают ей ощущение постоянства.       Докурив сигарету, она возвращается за столик к своему молодому человеку и его компании. Парень сразу утягивает ее в свои объятия, целуя в макушку. Она чувствует себя паршиво, возможно, выкури она косяк пару минут назад вместо давно привычных ментоловых мальбро, Самойлова чувствовала бы себя лучше. Но, к сожалению, она не могла позволить себе такую роскошь. Архипов даже не догадывался о ее увлечении запрещенными веществами, а девушка не спешила его просвещать.       Кирилл - профессиональный спортсмен, и этим все сказано. Отдавая по шесть часов в день тренировкам, он предпочитал вести здоровый образ жизни, поскольку тот позволял ему легче переносить нагрузки. Он смирился с тем, что Алина злоупотребляет сигаретами и нередко позволяет себе пару бокалов очередного горячительное напитка, н наркотики были тем, о чем он всегда говорил с нескрываемым отвращением.       Телефон вибрирует в заднем кармане сумки, оповещая о новом входящем сообщении. Убедившись, что Архипов вновь увлечен хоккеем, который крутили в одном из популярных спорткаров города, блондинка достает телефон.       Висящее на экране оповещение говорит о том, что девушек написал некто, записаный в ее контактах как «А».       «Детка, я безумно соскучился. Не хочешь пересечься сегодня вечером?»       Ответ Самойлова печатает незамедлительно:       «Хочу, потому что соскучилась я ничуть не меньше, но сегодня никак. Смотрим с Киром его обожаемый хоккей»       «А что, если я предложу тебе встретиться завтра после обеда, скажем часов 12?»       «Вообще-то я должна быть в универе, мне завтра как раз к третьей, но по такому случаю я готова прогулять»       «Отлично, тогда до завтра»       Девушка закрывает переписку, засовывая телефон обратно в карман шорт. К горлу подкатывает ком, а в руках появляется тремор. Она шепчет на ухо Кириллу, что ей нехорошо и она ненадолго отойдет. Взяв сумку, она спешно уходит в сторону туалетов.       Ее рвет, хотя казалось бы, что уже нечем. Единственное, что было в ней за последние сутки - пару стопок текилы и две дорожки кокаина, если не считать пачку тяжелых сигарет, которые девушка выкуривает с завидным постоянством.       Она умывается ледяной водой, склонившись над умывальником, а после полощет рот. Дрожь в руках усиливается.       «Фак, только ломки сейчас ей и не хватало» - единственная мысль, проскальзывающая в сознании Самойловой.       В зале ждет Кир, но она не может вернуться к нему в таком состоянии, ровно также, как и не может закинуться чем-то прямо сейчас, ведь он обязательно заметит изменения в ее состояния.       От собственного бессилия хочется кричать, срывая голос и разбивая руки в кровь о ближайшую стену, но она лишь позволяет одинокой слезе скатиться по ее щеке. Снова умывается, замечая, что косметика утекла с лица еще в прошлый раз.       Ей плохо, и она совершенно не хочет думать о том, как она выглядит. Но привычка «держать лицо» оказывается сильнее отвратительного состояния, поэтому в следующую минуту остатки косметики исчезают с ее лица, а предусмотрительно закинутый в сумку консилер скрывает следы ее отвратительного состояния.       Голова начинает болеть, а мысли хаотично смешиваются между собой. Ей срочно нужна новая доза и единственным решением, пришедшим ей в голову, является мысль позвонить тому единственному человеку, кто знает о ее проблемах с веществами.       — Меня ломает, — говорит Самойлова, как только человек на том конце трубки принимает вызов.       — Вы еще в баре? — интересуется он, а в голове его начинают вращаться шестеренки. Он думает о том, как вытащить девушку и сбора, сделав так, чтобы их общий знакомый ни о чем не догадался.       — Да, и мне совсем хуево, — говорит она, опускаясь на кафельный пол, нашаривая в сумке пакетик со спасительным порошком. Если он не найдет решение, то она закинется прямо здесь. Ей уже плевать на последствие, лишь бы отпустило.       — Кто-то из твоих подружек сможет прикрыть тебя, если ты сейчас уедешь? — снова задает вопрос ее собеседник.       — Я могу набрать Лике, но ты ведь знаешь, что она не знает ничего про вещества и лишь в общих чертах представляет, кем ты являешься, — отвечает Алина, непонимания, к какой мысли он пытается ее подвести.       — Набери ей и скажи, что я неожиданно назначил тебе встречу, а Кир уже пару часов выносит тебе мозг своим горячо любимым хоккеем, поэтому ты хочешь съебаться от него под предлогом плохого самочувствия, но он не отпустит тебя одну, поэтому ты скажешь ему о том, что вы созванивались, и она вызвалась приехать к тебе, — скороговоркой произносит ее собеседник, чтобы девушка как можно быстрее решила свою проблему.       — Фааак, — тянет девушка, прислоняясь головой к холодной плитке стены, а после добавляет, — ты-гений.       Девушка быстро набирает подругу, в красках описывая ей ситуацию. Трофимова показательно ворчит, но соглашается прикрыть похождения бедовой подружки.       Она уже неоднократно говорила Самойловой все, что думает о ее тайных встречах с ее загадочным незнакомцем, о котором та неоднократно упоминала в диалогах, но никогда не говорила ничего конкретного, ни имени, ни рода деятельности, и даже у нее в телефоне он был записан лаконичным «А».       Лика настаивала, чтобы Алина прекратила эти встречи и вернулась к до чертиков влюблённому в нее Архипову, но девушка лишь загадочно улыбалась, а ее глаза горели неподдельным счастьем, что в итоге заставило Трофимову сдаться. Они с Алиной дружили с самого детства и были друг для друга скорее сестрами, чем близкими подругами.       Девушки прощаются, договорившись встретиться завтра вечером.       Стоит Алине убрать телефон в сумку, как в дверь уборной стучат. Из-за двери раздается родной голос, отчего все внутри переворачивается:       — Лин, у тебя все хорошо.       Девушка собирает последние силы и встает. Поправляет волосы и, открыв дверь, тепло улыбается Кириллу. Он принимает ее улыбку за чистую монету и входит в помещение, прикрывая за собой дверь.       Алина обнимает молодого человека, прижимаясь к нему всем телом. Он принимает это за проявление нежности, она же пытается скрыть свое состояние.       — Да, только мне совсем не хорошо. Я наверное поеду домой, мне стоит отлежаться, — шепчет она ему в шею.       — Я с тобой, — сразу говорит парень. — Вдруг тебе станет хуже, — добавляет он, после непродолжительной паузы.       — Не стоит, досмотри матч. За мной присмотрит Лика, она как раз звонила мне пару минут назад и настоятельно советовала поехать домой, сказав, что уже выезжает меня лечить, — говорит Самойлова, ощущая полное презрение к собственной персоне. Она так ее любит, а она врет практически глядя ему в глаза.       — Хорошо, но если что, сразу звони, — говорит он, целуя ее в макушку. — Пойдем, посажу тебя на такси, — его голос полон заботы.       — Кирюш, возвращайся к ребятам. Ваш матч должен вот вот начаться, а мне стоит пару минут побыть одной, голова просто раскалывается.       Парень целует ее, а после уходит.       Оставшись одна, она запирает дверь и, предварительно вызвав такси, достает из сумки тот самый пакетик, а также паспорт, кредитку и первую попавшуюся под руки купюру. На кожаной обложке документа в скором времени появляются две ровные дорожки, которые девушка без малейших сомнений вдыхает через свернутую в трубочку купюру.       Протирает паспорт и карту салфеткой, которую вместе с наличкой отправляет в ближайшую урну. Проверяет лицо, на присутствие остатков порошка и не обнаружив оных, покидает туалетную комнату, замечая оповещение о подъехавшем такси на экране смартфона.       «Жди» - быстро печатает девушка, отправляя сообщение загадочному «А».

***

Нахуй ты приехала нанюханная? В последний раз? Это пятый последний раз Снова всю ночь танцевала с глюками Так заебал этот пьяный постельный вальс

      Девушка наблюдает за городским пейзажем меняющимся за окном такси, неоновые огни мегаполиса кажутся ей особенно яркими, а ночь завораживает.       Она уверена, что в ней говорят принятые пару минут назад вещества, поскольку ее прагматичная натура не способна на столь романтичные образы, но ей плевать. Ей сейчас чертовски хорошо, и это все, что имеет значение здесь и сейчас.       Спустя полчаса машина останавливается по нужному ей адресу. Она выходит, пожелав таксисту хорошего вечера.       Достав из сумки таблетку от домофона, она открывает подъездную дверь и довольно быстро поднимается на седьмой этаж, с остановкой на перекур где-то между третьим и четвертым.       На нужном этаже ее уже ждет открытая дверь и взъерошенный брюнет пристально следящий за ней. Она входит в квартиру, а после целует парня. В ее голове дымка и эйфория из непонятных ей эмоций и ощущений.       Парень мягко отстраняет ее от себя, заглядывая в голубые глаза подруги. Правда сейчас они скорее черные из-за расширенных от наркоты зрачков. Ему впервые становится страшно за состояние девушки. Ему хочется хорошенько встряхнуть ее и попросить больше думать о том, что она делает, но он лишь спрашивает:       — Ты опять нанюханная?       — Разве это имеет значение? — отвечает блондинка вопросом на вопрос, скидывая с ног уже опостылевшие лодочки на высокой шпильке. Столь простое действие дарит девушке массу удовольствия, и она не может сдержать стон удовольствия.       Глаза ее собеседника темнеют, и даже в своем состоянии она способна считать в них плохо скрываемую похоть и что-то еще, пока ей непонятное. Она не хочет говорить о своем состоянии или чувствах, во всяком случае сейчас, находясь в состоянии блаженной неги, поэтому девушка идет ва-банк и, обойдя брюнета, скидывает с плеч лямки тонкого шелкового платья-комбинации, позволяя куску материи безжизненной кучей упасть к ее ногам.       Переступив через ткань, она идет в сторону спальни, позволяя парню понять то, что на ней нет остались лишь кружевные трусики, которые не скрывают практически ничего. Прежде, чем войти в спальню, она слышит за спиной рык и, развернувшись к парню, улыбается, но не открыто и нежно, как она обычно улыбается Киру, а по-блядски развязно.       Она не хочет нежности или любви от него, она хочет чтобы он ее трахнул, так, как умеет только он, с животной дикостью и страстью сжигающей все на своем пути. Она знает, что кокаин в ее крови усилит все эмоции и ощущения, а потому продолжает его провоцировать, стягивая последний элемент одежды, оставшейся на ее теле.       Он не выдерживает этого, впиваясь в ее губы поцелуем и до боли сжимает в руках ее задницу. Наверняка на ней останутся синяки, но ей плевать, потому что завтра утром Кир уедет на очередную серию выездных игр, а к его возвращению следы их преступления успеют сойти.       Парень подхватывает ее на руки, занося в спальню, а после захлопывает за ними дверь.

***

      Утро наступает неожиданно.       Арсений просыпается гораздо раньше обычного, но не торопиться вставать с кровати. Вместо этого он наблюдает за мирно спящей на его груди блондинкой. Она кажется ему такой спокойной и умиротворенный в этот момент. Кажется она похудела еще сильнее, и ее вчерашний звонок буквально выбил его из колеи.       Он впервые задумывается о том, насколько правильно было втягивать ее в эти отношения, и еще не правильнее было предлагать ей траву, чтобы очистить мысли и забыть о проблемах хотябы на пару часов.       Он знал о ее депрессиях, и знал о проблемах в семье, но ему так хотелось, чтобы она поняла его увлечение веществами, что он не думал о последствиях своего поступка. Сейчас ему кажется, что химия и секс в ее наркотическом угаре - единственное, что их объединяет.       Только для него это больше не так. Его увлечение девушкой переросло в что-то большее, чем просто влечение. Арсений уверен, что у него появляются чувства, и от этого на душе становится особенно паршиво.       Закрутить роман с девушкой младшего брата - это пиздец.       Полюбить девушку брата и быть готовым на все, чтобы получить ее - ебаный пиздец.       Девушка начинает ерзать, и Архипов понимает, что она проснулась, когда блондинка мягко целует его в подбородок. Сейчас в ней нет вчерашнего огня, она выглядит мягкой и нежной, но он знает, что так Самойлова переживает отходники.       Девушка морщится от головной боли и зарывается лицом в подушку. Он смотрит на нее с искренним сочувствие, и предлагает:       — Принести водичку с таблеточкой.       Девушка не острит и не пытается отшутиться, лишь сдавленно произносит:       — Пожалуйста.       Он поднимается и идет на кухню, чтобы достать из холодильника бутылку холодной воды, куда минутой позже он отправляет шипучую таблетку аспирина и витамина С. Он хочет помочь девушке хоть немного. Возможно он руководствуется чувством вины, ведь именно он виноват в ее зависимости, возможно всепоглощающей нежностью, которую он ощущает к блондинке, лежащей в его кровати.       Девушка выпивает воду залпом, а после ныряет в его объятия. Ей хорошо и уютно, и она абсолютно не хочет выбираться сегодня из постели. Арсений, словно прочитав ее мысли, спрашивает:       — Ты сегодня у меня?       — Да, но вечером встречаюсь с Ликой в «Вирусе», там очередная темная вечеринка, а мы не виделись уже больше недели, — Самойлова улыбается, она уже забыла насколько приятно бывает говорить то, что она думает.       — Набери мне, как закончите, я заберу тебя, — говорит парень, заправляя прядь волос за ушко Алины.       Остаток дня они проводят в кровати, смотря очередную документалку про убийц на нетфликс. Пара ощущает спокойствие и уют. Им так хорошо вдвоем.       Самойлова не вспоминает ни о том, что Кирилл сегодня уезжает на выездную серию, ни о том, что она не брала в руки телефон со вчерашнего вечера.

***

      Ближе к восьми Алина выползает из кровати, направляясь в душ. Она быстро приводит себя в порядок, делая легкий макияж и натягивая на себя короткое платье, оставленное у Арсения пару дней назад.       Закидывает в рот пару таблеток экстази и, вызвав такси, девушка выходит в прихожую, где обувает вчерашние туфли. Парень обнимает ее и, поцеловав в макушку, говорит:       — Детка, я люблю тебя. Будь осторожна.       Он видит в ее глазах сомнение, словно, она борется с чем-то внутри нее. Она проводит в сомнениях пару минут, а после говорит:       — И я тебя. Но ты ведь понимаешь, что мы поступаем совсем неправильно. Кир верит нам обоим, а мы играем с его доверием и его чувствами.       — Если ты решишь уйти от него, дай мне знать, и мы вместе придумаем, что можем с этим сделать, — говорит он.       Телефон вибрирует, оповещая о приезде такси, и она быстро спускается вниз. Приятная нега вновь окутывает сознание блондинки, она счастлива и уже предвкушает приятный вечер с подругой.       Когда машина останавливается у «Вируса», Лика уже ждет ее. Стоит девушки покинуть машину такси, как та стискивает ее в своих объятиях, смачно целуя в щеку. Девушки обнимаются, и под ничего не значащую болтовню заходят в помещение клуба.       Сегодня здесь особенно темно, потому что организаторы придумали очередную сумасшедшую вечеринку в затемненном стиле. Они занимают небольшой столик в углу, заказывая пару коктейлей.       Девушки разговаривают о всяких мелочах, временами прикладываясь к бокалу. Они обсуждают последние новости, спустя какое-то время речь заходит о личной жизни Самойловой, и девушка впервые рассказывает подруге всю правду о том, что она больше не любит Кирилла и о том, что она влюблена в Арсения до дрожи.       Трофимова обнимает ее, позволяя подруге выплакаться у нее на груди, а после они заказывают виски, решая придумать решения.       Лика настаивает на том, что девушке нужно рассказать правду Киру и начать ту жизнь, о которой она мечтает, потому что в последние месяцы она совсем на себя не похожа. Алина предупреждает подругу, что выйдет покурить, а заодно наберет Арсения, рассказав ему о принятом сегодня решении.       В курилке сегодня пусто, поэтому блондинка набирает номер Сени, ничего не опасаясь.       — Неужели уже закончили? — спрашивает парень, блондинка слышит улыбку в его голосе.       — Нет, но я приняла решение, касательно нашего последнего диалога, — говорит она, закуривая небольшой косячок. Девушка взволнованна, поэтому делает все возможное, чтобы успокоиться.       — И? — спрашивает он, не имея ни малейшего желания давить на девушку в принятии решения.       — Мы вместе, — говорит она. — Утром позвоню Киру и скажу, что мы больше не вместе, — добавляет она.       — Ты уверенна, — уточняет он. Ему не хочется, чтобы девушка пожалела о сказанном пару дней спустя.       — Больше, чем когда либо. Наберу тебе, когда мы закончим, — говорит она, докуривая.       — Жду звонка, детка, — говорит Арсений, отключаясь.       Она возвращается в зал, ощущая всепоглощающее счастье внутри себя. Ей хочется танцевать и признаваться в любви всему миру. Она тянет Лику на танцпол, одаряя ее счастливой улыбкой.       Девушки танцуют, ощущая вибрации клубного баса всем телом. В какой-то момент ее сознание заволакивает дым. Становится трудно дышать, и она с трудом стоит на ногах. Подруга замечает ее отвратительное состояние и предлагает выйти на свежий воздух.       Блондинка следует за подругой, с трудом передвигая ногами, которые кажутся ей каменными. Она садится на ступеньки крыльца, опираясь локтями о колени. Девушка опирает голову на ладони, ощущая подкатывающий к горлу ком.       Ее начинает тошнить, девушку трясет. Она падает на землю, теряя сознание. Блондинка стесывает лицо о холодный асфальт, и уже не слышит испуганного крика подруги.       Трофимова вызывает скорую, умоляя врачей приехать как можно скорее. Ей больно и страшно, но оно старается сохранять контроль, потому что только так сможет помочь подруге.       Врачи приезжают в течении получаса. Переложив Алину на носилки, они проверяют зрачки девушки на реакцию к свету. Результат совсем их не радует они спрашивают:       — Что употребляет ваша подруга?       — Ничего, — уверенно отвечает Лика.       — Ее зрачки неестественно расширенны, мы думаем, что у нее передозировка, — оповещает Трофимову один из специалистов.       Конвульсии усиливаются, врачи начинают реанимационные мероприятия. Трофимову начинает трясти, как она могла не заметить, что ее Лина подсела на эту дрянь. Неужели все это связано с ее новым романом.       Как сквозь толщу воды она слышит слова одного из врачей:       — Остановка сердца 23:15.