По ту сторону тьмы

— Тихо, тихо, теперь все позади, — Вит поцеловал девушку в макушку. Вика все еще продолжала содрогаться в беззвучных рыданиях. — А что было бы, если бы я поверила ему? А что было бы, если я бы встала на сторону Тьмы? — не успокаивалась она, — А я ведь до последнего верила этому Волкодлаку. Если бы не его «прощальная» фраза, я бы в жизни не догадалась… Сказать, что Вит был удивлен — значит, ничего не сказать. — Ты верила ему, но все равно пошла ко мне? — спросил Вит, сомневаясь в словах девушки. Их любви же нет. Прошла любовь - завяли помидоры, так? Неужели эти проблемы вновь сблизили их? — Знаешь, Вит, если бы весь мир обернулся против тебя, я бы встала с тобой против всего мира. Мне даже не важно, на чьей ты стороне. Скажешь — выйти на улицу, убивать Темных? Я пойду. Я плохо умею это делать, но я буду очень, очень стараться! Скажешь — улыбаться и дарить людям Добро? Я пойду. Только кто ответит за Зло, которому я открою дорогу? Добро и Зло, Свет и Тьма, да, мы твердим эти слова, стирая их смысл, вывешиваем, как флаги, и оставляем гнить на ветру и дожде. Тогда дай нам новое слово! Дай нам новые флаги! Скажи — куда идти и что делать! — пробормотала Вика. Ее слова почему-то тронули Вита и тот, следуя какому-то давно умершему чувству, прижал Вику к себе еще сильнее, боясь отпустить.

***

— Прости, нам придется снова разлучиться, — эти слова дались Виту тяжело. Он не хотел отпускать ее. Но нужно... Во имя всеобщего блага. — Почему? - Вика едва не плакала. Они вместе, все, казалось бы хорошо... Но тут вспоминается, что Тьма давным-давно покушается на все известные миры. Страшно представить, что будет, если ОНА все-таки сумеет это сделать. А ОНИ - единственные, кто сможет победить ее. Но только вместе они смогут одолеть Тьму. - Надолго? — Ты должна найти Повелительницу Света. Я же пойду в Тьму. — Но... - голос девушки предательски дрогнул, - Эгера же говорила, что туда нельзя идти одному. — Я не могу подвергать тебя опасности. Не волнуйся за меня, я справлюсь, — Вит легко прикоснулся губами ко лбу девушки, — Ты постарайся быть сильной, хорошо? И запомни, главное — не то, что ты видишь, а то, что ты чувствуешь. — Подожди, а как я найду ее, Повелительницу Света? — Главное верить... - сказал Вит и скрылся в темноте. Нельзя играть с Тьмой в поддавки. Нельзя идти на уступки. А еще опаснее — принимать ее дары. Но правила созданы лишь для того, чтобы их нарушать.

***

Виктория снова осталась одна в странном и опасном мире, где вера в чудо сменилась на гнев. Где можно найти Повелительницу Света девушка не знала, но в душе зарождался страх, что Вита поглотит тьма. Он забудет и их любовь, и все светлое. Вика не хотела допускать этого, поэтому собралась с силами и хотела было действовать, как что-то сильное ударило по голове и вновь окунуло девушку в пучину страха и темноты. Это напоминало туннель. Темный и пугающий. Но Вика все равно шла вперед, пусть и неуверенно. «Ты не так слаба, как кажешься — порой истинный лик — это вовсе не тот, коим ты живешь все эти годы», — голос звучал в голове, как гром среди ясного неба, давая понять, что сила этого человека, или же не человека — огромна. Девушка испугалась. Вокруг она не видела ничего, даже не ощущала своего тела. Ничего, кроме ее сознания в этой темноте. Вика могла ощущать лишь свои мысли. «Вы кто?» — решительно спросила девушка. Ее голос бы дрогнул, если бы не тот факт, что разговаривает она внутренним голосом. Ответа не было, лишь звенящая в сознании тишина, да и та вскоре вовсе исчезла. «Тот, кого ты ищешь…» — Девушка вспыхнула надеждой, что наконец-таки она добилась какого-то результата. «Где мы?» - спросила Виктория, подавляя волнение. «В зале переговоров. Следуй куда укажу, и ты сможешь добраться до меня раньше, чем твой Вит до моего... соседа». «Но где вы... Почему я вас не вижу?» Яркая вспышка света. Будто свет в конце туннеля. От неожиданности Вика зажмурилась. На ум пришла известная цитата: «Не радуйся свету в конце туннеля. Может, это фары несущегося навстречу поезда», но девушка быстро отогнала от себя негативные мысли. Сейчас нельзя думать о плохом… — Открой глаза... - раздался мягкий голос прямо над ухом девушки. Виктория с трудом разлепила веки. Ее взгляду предстало белое пространство. Девушка не знала, что это. Может, и простая комната, а может, и другое измерение. — Я — Повелительница Света, — вновь сказал тот же голос. Вика посмотрела на его обладательницу. Девушка, немногим старше Вики, в белых одеждах. Волосы пшеничного цвета, а ярко-голубые глаза можно было запросто сравнить с васильками. Не то, чтобы она была ослепительно красива, но была в ее внешности что-то такое, что притягивало глаз, — Я знаю, зачем ты здесь. — Но если вы все знаете, почему вы не можете остановить Тьму?? — почти крича, спросила девушка. Если эта Повелительница знает все, почему она не может ее остановить? Почему Вит, ставший вновь таким родным, рискует собой, и идет в Тьму? Почему всему миру угрожает опасность? — Знаешь, Вика, как это не прискорбно осознавать — силы неравны. И в этот раз победит Тьма. Мы могли бы победить Тьму, но зачем, если мы разучились улыбаться даже друг другу? Против Тьмы есть одно оружие - это давно забытое чувство. Это любовь, Вика. Девушка хотела было открыть рот, чтобы что-то сказать, но она тут же была прервана Повелительницей. — Ты обладаешь огромной силой, Вика. И пусть ты не сможешь возродить это чувство, но ты сможешь попытаться помочь. — Что надо делать? — В этот раз голос девушки не дрогнул. Она была полностью уверена в своем ответе, и она согласилась бы на что угодно. Нет, речь не о том, что решается судьба всего мира, желание девушки было скорее эгоистичным, нежели у образа «спасительницы». — Ты должна отдать жизнь за Вита, — Повелительница старалась говорить как можно увереннее, но голос предательски дрогнул. Вика на секунду задумалась. Она была назначена добычей, выбрана слепым жребием. И не было у нее никакой судьбы, кроме как отдать свою жизнь для продления чужой смерти. А с губ слетело еле слышное: — Я согласна...

***

— И ты согласен отдать жизнь за эту девчонку? — хрипло усмехнулся Повелитель Тьмы. — Да. - уверенно ответил Вит. Впервые он был уверен в чем-то полностью, впервые ответил на что-то без раздумий. Он ощущал себя эгоистом. Отдав свою жизнь, он, пусть и не предотвратит нападение Тьмы, зато спасет ее, ту, ради которой он согласился на все это, ту, ради которой он жил. — Будь по-твоему... — хрипло ответил Повелитель. Казалось, он просто устал выслушивать что-то о "светлом и прекрасном чувстве, сносящем на своем пути все преграды". Устал, словно учитель от нерадивого ученика. Или все же в нем появилось хоть что-то человечное?.. Мир вокруг обрел краски. Это походило на смену режимов в видеокамере — когда переключаешься с «сепии» или «старого кино» на обычную съемку. Аналогия в чем-то была очень верной — Тьма и есть «старое кино». Старое-престарое, благополучно забытое человечеством. Так ему легче жить. Вит закрыл глаза. — Надеюсь, что с ней все будет хорошо... — прошептал он, перед тем как выпал из сознания.

Давным-давно, когда только создавался наш мир, появились на свет брат и сестра. Свет и Тьма. Дети росли, взрослели, крепли. Свет с детства хотела помогать людям. Едва девочке исполнилось пять лет, она решила светить всем, кто в ночи не нашел себе приюта. Она забиралась на возвышенность и освещала собой весь мир — до тех пор, пока не падала с ног от усталости. После чего все снова погружалось в темноту. Тогда брат приходил к ней. Он брал ее на руки и, спустив на землю, укладывал спать на постель из свежей травы, что ему удалось собрать, пока сестра освещала Землю. Тьма пел ей колыбельные песни, которые придавали Свету новые силы. А после она вновь светила всему миру. Но случилась между ними ссора. Какая: уже и не помнит никто. Теперь Тьма и Свет вечные противники, и живут они словно на разных берегах. Тьма всегда в стороне, и никто не замечает его проступков, а Свет — активна. Вместе порождают цвет, который и присутствует везде в окружающем нас мире, тогда как первые две в чистом виде являются праосновами. Они неотделимы друг от друга. Они — основа всего, что есть в нашем мире. И в Тьме есть Свет, и в Свете — Тьма. А по ночам Тьма все так же поет колыбельные Свету…