В ритме страсти

Поездка была недолгой и недалекой. Как оказалось, разделять общество здравомыслящих людей для Альберта было приятным. Чего не сказать о заносчивой Диане, которая ходила весь день и жаловалась на "слишком палящее солнце, горячие половицы и сухую кожу". В этой добротной компании не обошлось и без бутылей алкоголя, хотя подростки не позволяли себе много на плывущем днище по реке, они все же пригубили одну-две. - Как мы тут оказались? - когда время стало катиться к вечеру, а катер замедлился свой ход, подростки решили угомонить свой задорный пыл. Вопрос всплыл в компании неожиданно, заставив Диану впасть вступор и оцепенение. Она неторопливо оглядела всех: сестра и её недопесок, пускающий слюни прямо на отпалированный столик; темно-русая низкая армянка, эта бестия нараспев хвасталась и кичалась своей нацией, ее недо-парень-пере-друг, вполне симпатичный армянин, (Диана в своей соображении думала, что все армяне низкие толстые грубые и неотесанные болваны с ярким акцентом) и обеспеченный, как истолковала это Диана; но помимо этих, ещё на борту была она. Диана не совсем поняла, почему выделяет именно её, Настю, к которой были обращены взгляды этого армяна-пере-друга-недо-парня, он косо-криво общался с ней, и даже когда они столкнулись в проходе, он неловко повёл плечом, на неё смотрела Аня, которая вроде как "должна больше общаться с новоиспеченной сестрой" - прихоть папы, на Настю смотрела Ангелина, задорно крича и смеясь, от неё не отходил ни на миллиметр этот смешной Алекс, который только и умел шутить и восхвалять никому не известных художников, но самое страшное - самое больное - на неё смотрел он. Любимый, нежный, дорогой, необходимый, милый, богатый, Альберт. Это резануло по самолюбию и всякой чести, негласной верности друг другу. Они же давали обещания родителям, что всегда будут вместе, чтобы сохранять лицо и узы влюблённых. Но тогда почему он смотрел на её глупую улыбку, пересчитывая её ровные зубы. Зачем он любопытно сканировал её глаза с аккуратными и совершенно скучными стрелками, в то время как Диана всегда была при параде: всегда гладкая и чистая одежда, всегда чистый шёлковые волосы, прямо из салона. Она была идеальна. Но смотрел он на растянутую (наверняка удобную, поэтому она переодела её в полдень) футболку с нелепым рисунком, на её совершенно обычные лёгкие джинсы, на её одинокое кольцо на пальце. Этого она понять не могла. - Разве важно, почему вы тут оказались? - недовольно рявкнула Диана, привлекая к себе внимание. Все замолчали. Боковым зрением она заметила, как закатил глаза Альберт - это больно кольнуло где-то внутри, чем сильнее опалило ее порыв закричать на всю планету. - Радуйтесь, что вам бесплатно перепала возможность и честь пожить в нашем высшем обществе целый месяц. - нарочито медленно, она подняла палец вверх, показывая всем свой осторожный маникюр и тонкое кольцо. Подростки напряжённо ахнули, никто не ожидал, что сестра Ани окажется такой прогнившей и злой. - Забери свои слова, Диана, - никто не хотел продолжать ссору, но чувствуя, что этого не избежать, а ощущать напряжение по вине Ани, как показалось самой Ане, никому не хотелось. Она волновалась. Это было слышно и видно по тому как она сжала руку на бедре Игоря, острые ноготки искали ладонь, чтобы впиться и отпустить все волнение, заметив это неординарное движение и покалывание на коже, парень попытался перенять внимание на себя. - И не подумаю, - Диана прищурилась и фыркнула, сложила руки на груди, перекинув ногу на ногу. - Я согласен с ней, Ди, - подал голос Альберт, перетянув внимание на себя. Настя заинтересованно стрельнула глазами, а Алекс завистливо потянул девушку на плечо - излюбленное ею место, - никто не хочет ссор, - поистине аристократично медленно жевал каждый слог. Пока он выговаривал все это, его рука небрежно огладила белую подушку рядом, стягивая к себе. Настя проследила за этим движением, сглотнула. На секунду вспомнила руки Ростовского, скользящие по парте. Сравнила руки, что показывала память и те, что видела перед собой. О да, эти пальцы казались грубыми, слишком длинными и прямыми, кончики фалланг даже немного приплюснутыми, а ногти блестящими, кутикуллы строгими, ни одна не тронута. Так, словно он вообще не волновался, не переживал, не нервничал. Даже не трогал ничего. Не могут быть настолько чистые и спокойные руки. Но Настя тут же вспомнила, он же аристократ, всю работу по дому исполняют другие. Да он даже домашку наверняка заставляет выполнять других. И внезапно накатило раздражение и усталость. Усталость от всех этих заносчивых засранцев, в особенности от Дианы, которая зачем-то пыталась показать свою "значимость", хотя её слова для всех - даже для её парня - были простым пшиком. Все эти перемены на лице Насти - от заинтригованности до нескрываемого раздражения - наблюдал и говорящий. Настя потеряла нить разговора. - ..поэтому, Ди, - Альберт составил страдальческий оскал, развёл руками в стороны, - веди себя приличнее, - с нажимом добавил для пущего эффекта вздернув правую бровь, - ты же "высшее общество". - перекривлял ее фразу, повысив голос. Диана открыла рот возмутиться, но быстро же его захлопнула. "Молодец, Ди, из тебя вышла бы охуительно-отличная рыба. Немота тебе бы пошла." Разговор оставили закрытым, как рот Дианы. *   *   * - Курортный отпуск - звучит впечатляюще, - Саша размешивал в своём стакане чебрец, отложив мяту в сторону. Аромат его чая разнесся по всему борту, пробудив даже самую чутко спящую Настю, тем более, запах чая был своеобразный зов для нее. Ангелина едва разлепила веки, посмотрела за борт: миновавшие пляжи, любительские лодки и вот, они завтракают и выдвигаются в путь дальше. Девушка решила не будить своего друга, оставив за ним решение раннего подъёма. Сама же она умиленно сфотографировала спящее лицо Бориса, запостив во все свои соц. сети. Аня шумно листала книгу, которую ей подарил Игорь. Новенький переплёт и жёсткие страницы понравились ей, едва она только ее увидела. Парень же также умилялся глядя как радуется девушка в его футболке, которая висела на ней мешком. Алекс поставил перед собой ряд белых кружек, ложек и салфеток. Настя выдвинула ящик, в котором должен быть завтрак на всю "араву" людей. Заправив выпадающую прядь за ухо, она принялась нарезать твёрдый огурец долька за долькой. Дверь каюты напротив захлопнулась, Диана заметалась по борту в поисках сумки-холодильника с её масками для лица. Дверь снова со скрипом открылась, но никто не обратился внимания во второй раз. - И как называется то местечко? - Ангелина достала из кармана очередную постероничную фотографию Бори. - Наверняка там какое-нибудь вычурное название, - просто пожал плечами Алекс, их обтягивала простая белая майка, но Насте нравился вид этой невинной белизны, она стрельнула глазами по его телу, на что Саша хмыкнул. - Le Méridien Batumi, - Настя настолько вздрогнула от голоса с хрипотцой после пробуждения, что мазнула ножом по пальцу. - Ай! - на плоти выступили капельники крови, девушка мстительно глянула за спину - Альберт скучающе посмотрел на её кровь. Наверное, он специально демонстративно вышел прямиком из душа, потому что по его торчу стекла прозрачные капли воды, волосы слиплись друг к другу как сосульки, а хлопчатобумажные серые бриджи сидели почти на бёдрах, показывая всем выпирающие тазовые косточки и рельефный прямой живот, а дорожка тёмных волос ниже пупка уходила под резинку его штанов, таинственно оставляя гадать "к чему она идёт". Широкий разворот плеч манил взгляд, но стоило осмотреть их, Настя тут же заметила три красные полосы. Одернув себя, она все-таки посмотреть ему в глаза - он довольно ухмылялся. Настя вспыхнула, забыла о кровоточащем пальце. Забыла о Саше, который суетился вокруг неё, уже 100 раз приложил холодный компресс. Красивый, почти бледный торс также не скрывался от других на борту: Ангелина немного покраснела и поправила очки, глупо  улыбнувшись, покачала головой едва заметно - она всегда так делала, когда смущалась. Аня же сглотнула и проследила за двумя скатившимися капельками вниз, к резинке, которая оставит впуклый красноватый след после себя. Тут отвернулась, наткнувшись на колкий взгляд Игоря, критично сжавшего губы. Девушка почти шёпотом, чтобы услышал только он, сказала: - Тебе я полуголым ходить не разрешаю, - в отрицательном жесте покачала головой, для эффекта нарицателя подняла брови. Поставила запрет. Игорь же тихо посмеялся и притянул её к себе в объятия. - Э-м-м, кому сахара добавить? - Саша пытался исправить напряжённую ситуацию, все-таки они не на пляже для нудистов, все были одеты, и появление почти голового Альберта всех естественно смутило. - Мне! - снова объявил о своем присутствии Альберт, вальяжно присел на шикором стуле с белой обивкой, где места могло бы хватить ещё на троих человек. Вот только все сидели подальше от него, словно остерегаясь, - Анастасия, - Альберт впервые обратился к ней по имени. Девушка снова замерла, прислушиваясь к ощущениям внутри, - передашь мне сахар. Это был не вопрос, даже не просьба, а глухой приказ. Да, я сегодня в плохом настроении, и вам лучше не злить меня, друзья. Просто ночью Диана так надрывно кричала, когда я был в ней, что голова до сих пор болит. Конечно, эта шлюшка знает как себя вести в постели. Идея перепихнуться с ней быстро отпала, вставить ей в рот что-то вроде кляпа было бы не так возбуждающе, поэтому она просто посмаковала мой член. Только вспомнил, вот и она: поднимается по ступенькам. Чтоб ты провалилась, поскользнулась и упала за борт. Вот смеху было бы, шуток на эту тему я бы сочинил ещё на 100 лет вперёд. Напряжённо улыбается мне, оценивает мой настрой - можно ли ей прильнуть ко мне под бок или стоит сторониться. Похер, уже похер. Она вполне красивая, не модель, но и не уродина с кривыми зубами. Конечно косметика делает свое, не зря она вечно ноет мне о своей проблемной коже. Я даже изучил весь её туалетный столик, вся эта ненужная информация напрягает. Хочется от неё избавиться. А лучше избавиться от Дианы. Она уже готова, на лице сверкает блеск, глаза аккуратно выделены. На стройном теле простой, но в то же время гладкий и показушный сарафан с вкладышами по бокам. Диана легко сажается рядом, ее резкие дорогие духи - подарок моего отца ей на день рождение - можно учуять и за километр, заставляют зажмуриться. Она ластиться на плече, обхватывая шею. Проводит ногтем по вчерашней ранке, оставленной ею же. Жду когда этот ужас сойдёт с моей кожи, упустил вчера момент, когда она касалась меня помимо рта. Её глаза в восторге, при свете дня они мутные голубые охватывают каждый сантиметр моей кожи, ещё мгновение и застонет, как сука, прямо при всех. Думает, как мне это льстит, а вот хоп-да-нихуя. Похер. - Диана, будешь чай? - вездесущий патлач снова заговорил. Неужели он не видит, что она занята. Кем она занята. Алекс... вроде, ставит чай перед каждым. Только вот он даже не догадывается, что с утра я предпочитаю пить кофе, холодный и с молоком. - Доброе утро! - Ангелина восклицает при виде Бори, улыбающийся он садится рядом с ней. Утро точно стало добрым.