Так можно?

Вот уже полгода Брок со Страйком были подчинены Капитану Америке и прикрывали его задницу. Прикрывали хорошо, стабильно получали премии и боевые и в ус не дули. Кэп был человеком ответственным, подходил ко всему основательно, и Брок за свою жизнь не боялся, точно зная, что Стив Роджерс костьми ляжет, но заберёт домой всех с поля боя: живых, мёртвых, раненых. Но мёртвых, слава Богу, пока вывозить не приходилось. Сколько бы ни было ранений, все его ребята вот уже шесть лет воевали вместе и делали это очень хорошо. С первых же дней, когда они попали под начало Роджерса, тот пришёл знакомиться. Повалял всех в ринге, заставил побегать и пострелять, что-то для себя отмечая и посматривая на Брока, но тот только вежливо улыбался. Нет, Роджерс был хорош, но он — начальство. А заводить шашни с начальством Брок не собирался. Бегал и стрелял вместе со всеми, выдавал хорошие результаты, и Кэп остался доволен, что Брока несказанно радовало, потому что они хоть и были отличной командой, но вот до суперчеловека явно не дотягивали. В одном все были лучше — Роджерс совершенно не умел стрелять. Он, конечно, в мишень попадал, но так разбросано, что убить человека из пистолета ему бы удалось попытки с пятой. Но это было неважно, потому что во всём остальном Роджерс превосходил их всех вместе взятых. А ещё он доставал для Страйка всё, чего только Брок ни попросит. Однажды Брок услышал, что на вооружение поступили новые штурмовые винтовки, но вот им даже попробовать пострелять из них не предложили. И Брок пришёл к Роджерсу. — Кэп, — Брок плюхнулся в кресло напротив Роджерса, — я тут слышал о новом вооружении… — И как, по слухам, оно лучше нынешнего? — осведомился Роджерс, не дав Броку договорить. — Не знаю, — пожал плечами Брок. — Меня на испытания не приглашали, но говорят, что лучше. — Хорошо, — кивнул Роджерс. — Завтра опробуете новое оружие, и тогда решим, нужно оно или нет. Ещё что-то? — Нет, — слегка опешил Брок от такого заявления, потому что обычно такие вещи проворачивались долго и занудно. Нужно было написать кучу бумаг, и только потом кто постарше в должности и звании выдавал разрешение. Или не выдавал. Тут как повезёт.. — Тогда, может, — Роджерс глянул на настенные часы, — пойдём пообедаем? Я угощаю. Заодно расскажете мне, что там за оружие такое. Брок задумался. Обедать с начальством было для него в новинку. Он не знал, соглашаться или нет, хотя был уверен, что никто ничего не подумает, увидев их в кафетерии вместе. А если подумают, то Брок им эти мысли в глотку затолкает. И не только если будут полоскать его. Брок и за Роджерса готов был бы вступиться, уверенный, что тот не особо понимает в подковёрной возне бульдогов. Главное — не защищать его слишком рьяно, а то тоже какие-нибудь слухи поползут. — Хорошо, — решился Брок. — Давайте пообедаем. Они спустились в кафетерий, где Брок отметил, что у Роджерса хороший аппетит, даже усмехнулся про себя, но комментировать не стал. — Итак? — Роджерс глянул на Брока, принимаясь резать мясо, Брок занялся тем же. — Я услышал от секретарши отдела снабжения, что поступило нечто новое и интересное, — заговорил Брок. — Скорострельность выше, легче, отдача меньше и прочая интересная фигня. Я хочу хотя бы посмотреть на это, а потом уже решить, нужно нам это добро или нет. — Ну это я уже вам пообещал, — ответил Роджерс. — И, Рамлоу, может, перейдём на “ты”? — Можно, — пожал плечами Брок. — Тебе что-то ещё нужно, Брок? — спросил Роджерс. — Я имею в виду, из обмундирования, или, может, что-то ещё, чем бы я мог помочь? — Да вроде пока ничего больше не нужно, — Брок снова пожал плечами. — Но если что, я обязательно попрошу. Идёт? — Отлично, — Роджерс улыбнулся просто невероятной улыбкой, такой Брок ещё никогда не видел. А видел ли Брок вообще Роджерса улыбающимся? И понял, что нет. Никогда он не видел Роджерса улыбающимся, тот только дежурно растягивал губы в подобие улыбки. Просто акт вежливости. А тут Роджерс улыбался именно ему, и от этого странно потеплело на сердце. Они проболтали за обедом с полчаса. Как ни странно, больше говорил молчаливый обычно Кэп. Говорил, что команда досталась ему отличная, очень хвалил бойцов, самого Брока. Брок пытался понять, что вообще происходит такое, с чего это начальство так расхвалило его, даже подумал о каком-нибудь подвохе, но Роджерс был прям, как шпала, всегда говоря то, что думает. На похвалы Брок сдержанно кивал, а потом, решив, чем чёрт не шутит, сказал, что его команде нужны повышения квалификации в разных сферах. — Хорошо, Брок, — снова улыбнулся ему Роджерс, — напиши список кому и что надо, я похлопочу. — Замётано, — обрадовался Брок. — Завтра будет список. И действительно, на следующий день Брок получил уведомление, что его ждут на тестовых стрельбах, а к вечеру пришло одобрение всех повышений квалификации для Страйка. Брок был не просто удивлён, он откровенно охуел от такого подарка судьбы. Хотя нет, не судьбы, это всё было делом рук Роджерса. Похоже, тот очень ценил свою группу поддержки. Следующий месяц их никуда не посылали в полном составе. Все учились, кто чему хотел, и Брок был всем доволен. Смешно, но даже появилось время отдохнуть, хотя дел меньше не стало. Террористы не дремали. Но пока террористы не дремали, а страйковцы тренировались и повышали квалификацию, Роджерс стал частенько звать Брока пообедать. И у него всегда было что обсудить. То подготовку Страйка, то новые бронежилеты, которые Брок хотел, но пока не получил, то ещё что-то. И всегда Роджерс угощал. Брок особо не обращал на всё это внимания, только нарадоваться не мог, что не надо ничего выбивать ни у кого, оно само ложилось в руки. Но когда обеды стали частью расписания, а разговоры из насущных переросли в пространные, Брок задумался. Но Роджерс ему улыбался, всегда был приветлив, да и платил за обед, так что Брок не видел ничего плохого в том, чтобы потрындеть с начальством, особенно, если оно платит. Разговоры с Роджерсом были странные, но интересные. Брок узнавал много нового о нём, такого, о чём обычно не рассказывают. Но, наверное самым главным было то, что Роджерс оказался очень творческим и, как Броку показалось, ранимым человеком, хотя не представлял, что может его ранить. Только кто-то по-настоящему близкий мог сделать ему больно. И Броку закралась мысль, что он бы убил того, кто посмеет обидеть Кэпа. — Брок, ты любишь бейсбол? — спросил Роджерс за очередным совместным обедом. — Ну так… Смотрю иногда, а что? — Брок прищурился, ища подвох, хотя бейсбол он очень любил. — У меня есть билеты на ближайший матч, а компании нет, составишь? — Роджерс улыбнулся и достал из кармана два билета, подтверждая свои слова. — Игра на следующей неделе. Во вторник. Брок задумался. Совместные обеды были хороши и, по большому счёту, ни к чему не обязывали, но вот игра… И так ли уж не было Роджерсу с кем пойти? Но он звал Брока, и Брок решил не отказывать Роджерсу, тем более, что бейсбол он очень любил. — Хорошо, — кивнул Брок. — Если нас не зашлют куда подальше, то схожу я с тобой на игру. — Спасибо, — улыбнулся Роджерс своей самой притягательной улыбкой. Если бы не их пол, положение в обществе, статус на работе и ещё несколько пунктов, то Брок бы подумал, что Роджерс к нему банально клеится. Но это же был Капитан Америка, как он мог клеиться, да ещё и к нему, мужику? — Тогда во вторник? — уточнил Роджерс, пока Брок не ушёл, обед подходил к концу. — Во вторник, — кивнул Брок. До игры было несколько дней, два из которых были законными выходными, в которые не было ни Страйка, ни Роджерса, никого и ничего, и у Брока была возможность подумать. Но о чём думать-то? Брок знал, что особых друзей у Роджерса нет. Конечно, стоило бы об этом подумать, но Брок откровенно говоря не хотел. Его вполне устраивало, как всё идёт, тем более что ответных жестов Роджерс и не ждал. Или ждал? А если и так, то Брок пока не собирался ничего предпринимать. Роджерс оказался ярым фанатом бейсбола. Он знал состав обеих команд, их слабые и сильные стороны, и так рьяно болел, притом за ту же команду, за которую и Брок, что для последнего это превратилось в форменное сумасшествие. А когда их команда выиграла, они подскочили разом, и Роджерс сжал Брока в объятиях, стиснул так, что тот забыл, как дышать. Да Брок и сам был готов прыгнуть Роджерсу в объятия. Обхватил его, стиснул как мог широкую спину. — Поужинаем? — предложил Роджерс. — Я знаю тут одно кафе недалеко. Я угощаю. — Давай поужинаем, — согласился Брок. — Но пойдём в одно место, которое знаю я, и на этот раз я угощаю. — Брок, не стоит… — Стоит, Роджерс, — жёстче, чем хотел, сказал Брок, но потом мягко улыбнулся. — Стоит. Поехали. Брок, откровенно говоря, не понимал, что между ними такое происходит, да и происходит ли на самом деле. Ну коллеги (ладно, начальник и подчинённый, что совсем не радовало), ну сходили на игру, ну решили поужинать. Вроде бы в этом не было ничего плохого, ничего предосудительного, ведь их отношения не выходили за рамки даже дружеских. Но чуйка Брока никогда не обманывала, и сейчас он был уверен, что против него ведётся… А что ведётся, он не мог объяснить. Можно спросить у Роджерса, но Брок не был уверен, что получит ответ. — Хорошо, — кивнул Роджерс, — но мне как-то неловко. Может, я заплачу за себя сам? — Стив, харэ уже дурить, а? — попросил Брок. — Я же не ерепенюсь, когда ты уже второй месяц меня угощаешь обедом. Дай мне угостить тебя. Роджерс только вздохнул, соглашаясь. Куда поехать, у Брока был небольшой выбор, он хорошо знал, что предпочитает Роджерс, за два-то месяца понял, что тот уважает мясо. А недалеко от стадиона был неплохой стейк-хаус. — Ну что, выбирай, — предложил Брок, когда они устроились за одним из дальних столиков. За едой они проболтали о всяком-разном, умудрившись не затрагивать тему работы. Роджерс, надо отдать ему должное, мог поддержать почти любую беседу. Или рассказывал что-то сам, особенно о Бруклине тридцатых-сороковых. А Брок с удовольствием слушал истории про Стива и его друга Баки. И сам рассказывал, как после срока в Афгане пошёл в Вест-Пойнт, хотя изначально туда совершенно не собирался, но в Афгане он был одним из конвойных и спас конгрессмена, который пообещал дать рекомендацию, если Брок изъявит желание поступить. — Я же ушёл из армии капитаном, — усмехнулся Брок. — А вот сейчас я просто агент, без звания, без лычек. Знаешь, так проще. — А я капитаном, по сути, никогда и не был, — вздохнул Роджерс. — Капитан Америка — это сценический образ. А форма… выдали, чтобы не путаться, капитан и капитан. А я так мечтал носить форму, что готов был не вылезать из неё. Чтобы видели: я тоже защищаю свою страну. Мне было важно тогда. — А сейчас? — спросил Брок, очень внимательно глядя на Роджерса. — А сейчас хочется быть просто Стивом, парнем из Бруклина, — он улыбнулся чуть грустно, глядя на Брока. — И мне даже это иногда удаётся. С тобой, к примеру, я могу быть просто Стивом. — Спасибо за доверие, — выдавил из себя Брок, потому что не представлял, как на это реагировать. Вот совершенно не представлял. Но решил не комментировать, потому что, откровенно говоря, ему нравилось общаться не с Капитаном Америкой, а со Стивом. Внезапно Брок осознал, что он, наверное, знает о Роджерсе больше всех, знает, какой он вне костюма, вне миссий, вне ЩИТа. И от этого сердце колотилось быстрее, сбивалось дыхание, и Брок ничего не хотел с этим делать. — Брок, — Роджерс смутился, заалел щеками, но продолжил. — Попозируешь мне? — Что, как Аполлон? — рассмеялся Брок. — Ну что ты, — Роджерс снова смутился. — Ты очень яркий, и я бы хотел тебя нарисовать. А попозировать… Можно где-нибудь в парке. Или у меня дома. Тебе совершенно не надо для этого раздеваться. Брок задумался. Приглашение попозировать было интересным. Сидеть не двигаясь Брок умел хорошо, хотя Эммс в этом не было равных, снайпер всё-таки, но и сам Брок умел не шевелиться и не бегать поссать каждые полчаса. — Если не хочешь, то я не обижусь, — заторопился дать заднюю Роджерс, пока Брок думал. — Подожди ты, — остановил его Брок. — Я не против тебе попозировать. Просто когда? Ну и… Давай у тебя, а то в парке как-то не то. — Хорошо, — обрадовался Роджерс. Очень обрадовался. — Тогда давай в выходной? Если тебе что-то надо, я готов помочь. — Хорошо, — рассмеялся Брок. — Давай в выходной. Но в выходной не получилось, их заслали в какие-то такие ебеня, о которых Брок в жизни не слышал, помогать местному пупку удержать власть. Что может дать им эта несчастная странушка, которой даже на карте-то не найдёшь, Брок не знал. Но приказ есть приказ, а если уж сам Капитан Америка ринулся в атаку, то Страйку не пристало заставлять себя ждать. Справились быстро, всего-то за неделю ожесточённых боёв с повстанцами, которых Роджерс и один бы положил, но как же это — Кэп и без кордебалета? Брок видел записи выступлений Роджерса ещё до того, как с ним познакомился, и всё это казалось ему безумно глупым, он испытывал испанский стыд от каждого кадра, и не представлял, как Роджерс мог на такое согласиться. — Что, Кэп, — хлопнул Роджерса по плечу Брок, когда они возвращались домой. — Без кордебалета никуда? — Брок, ещё раз так пошутишь, — вздохнул Роджерс, — вы у меня тренироваться будете все в коротких юбочках. — А ты знаешь толк в извращениях, — рассмеялся Брок. — Твоё предложение ещё в силе? — Конечно, тем более, что у Страйка есть несколько выходных, — заверил Роджерс. — Завтра в шесть? — Завтра в шесть, — согласился Брок. Квартира Роджерса была обставлена в минималистичном стиле, но было уютно, а с кухни очень аппетитно пахло едой. У Брока, который целый день мотался по своим делам, аж слюнки потекли. — Давай сначала поужинаем? — предложил Роджерс. — Я не великий кулинар, но гуляш и тушёные овощи довольно сложно испортить. Как и салат. — Ужин — это отлично, — сказал Брок, который за целый день успел сожрать бургер и выпить чашку говённого кофе. — Тогда давай поедим, а потом я тебя нарисую, — предложил Роджерс. Брок смотрел на него и не понимал, откровенно говоря, чего Роджерс от него хочет на самом деле. Ведь всё это было не просто так. Все его угощения, улыбки, приглашение в гости для того, чтобы его нарисовать. Но снова решил играть по чужим правилам. Что ж, если Роджерс что-то от него хочет, то пусть озвучит. Пока он озвучивал всё, но Брок чувствовал второе дно. За ужином, который оказался очень вкусным, хоть Роджерс и говорил, что не умеет готовить, они болтали опять о всяком-разном. Обсуждали новшества за последние лет десять, в которых Роджерс неплохо так разбирался, Брок посетовал на говённые фильмы, на что Роджерс оживился, сказав, что не смотрел ещё ничего, не до того было, да и рисовать ему нравится больше. — Ну что, ты хотел меня рисовать, где мне сесть? — спросил Брок, когда с ужином было покончено, а посуда переехала в посудомойку. — Устраивайся на диване, — предложил Роджерс. — Я сейчас принесу лампу. Через пару минут Роджерс принёс здоровенный торшер, поставил рядом с диваном и включил. — Вот так хорошо, только… — Что только? — насторожился Брок, но Роджерс подошёл к нему. — Я хотел бы, чтобы ты… — Роджерс оказался очень близко, попытался немного передвинуть Брока, но тот решил, что пора раскрыть карты. Брок потянулся, обхватил Роджерса и притянул к себе. Не нужно было ничего говорить, Брок уверенно коснулся губами губ Стива, и тот не отпрянул, а только приоткрыл губы, позволяя Броку целовать себя, но недолго. Стив запросто перехватил инициативу, теперь сам уже целуя Брока, стащил с дивана, усаживая себе на колени, и Брок поплыл. Самый лучший, самый невероятный человек целовал его сейчас, два месяца ухаживал за ним, а Брок понял это только сейчас. — Так можно было сразу? — тихо спросил Стив, улыбаясь и прижимая Брока к себе. — Не совсем, конечно, — усмехнулся Брок. — Но два месяца для ухаживаний — это перебор.