этой ночью чьё-то сердце от любви горит...

***

      Игорь ворует бутылку шампанского с барной стойки и выбегает со смехом, под руку держа Серёжу. последний, тоже сгибаясь от смеха, останавливается у двери и медленно расстёгивает лямочки на лодыжках, снимая свои туфли.       — ты не представляешь, как ноги в них устают!       и Игорь, с пребольшим удовольствием, несёт туфли Серёжи, изредка поглядывая на довольного парня, который медленно и с наслаждением пьёт шампанское прямо из горлышка, медленно прикрывая накрашенные глаза. они вместе допивают алкоголь, медленно идя вдоль Невы.       Игорь пару раз спрашивает, не холодно ли Серёже, не замёрзли ли плечи (потому что эта дурацкая накидка (из искусственного меха между прочим!) совершенно не внушает доверия на тепло) или ноги, но, получая милую улыбку и заверения, что всё хорошо, он улыбается в ответ. и всё равно накидывает на плечи Разумовского свой дорогущий пиджак, себе на шею сверху надевая эту самую накидку.       Серёжа смеётся с вида Игоря, а затем поправляет его бабочку.       вдалеке начинают поднимать первый мост.       до ближайшего им приходится бежать, потому что они находятся на ваське, а вызывать такси они не планируют, так как им сейчас — пьяным и безумно счастливым — совершенно не до этого.       пьяный Серёжа, который почему-то бежит немного впереди, несколько раз с хохотом оборачивается на Игоря, от чего его волосы развеваются в разные стороны, а серёжки поблёскивают в свете фонарей. красные губы улыбаются всё шире, а красное платье красиво развевается над голыми бледными пятками.       Игорь чувствует себя каким-то безбашенным подростком, у которого гормоны кипят, что крышечка от чайника вот-вот грозится выпасть прямо в Неву. ему смешно и хорошо. Игорь выкидывает пустую бутылку в какую-то ближайшую мусорку и, перехватывая туфли поудобнее, старается догнать Разумовского, который гонит вперёд, раскидывает в разные стороны руки, на которых надет чёрный большой, не по размеру пиджак Игоря.       а Гром догоняет его только на другом конце моста, который через несколько минут тоже должны разводить, и притягивает Серёжу, весёлого и улыбающегося, к себе за талию, припадая к накрашенным губам в пьяном и слегка неуклюжем поцелуе. Серёжа резво отвечает на поцелуй, обнимая Игоря за шею и слегка выгибаясь в спине, словно они в каком-то ромкоме, а не на холодной улице ночного Питера. рядом сигналит машина. Олег услужливо ждёт их возле подогнанного любимого спорткара Разумовского, а Игорь, слегка смущаясь, отпускает талию Серёжи.       — ой, только не надо делать вид, что это может меня смутить. я слышал, как вы там в туалете развлекались, и достаточно видел всякого, что вытворял Серёжа до этого.       Серёжа чуть смущённо улыбается, затем уверенно кладёт ладонь Игоря себе на талию, и они идут к машине.       потому что они имеют право на это. право на поцелуи посреди ночного Питера. право трахаться в туалете казино. и бесконечно целоваться…

***