Драбблы по ВРИ

Элисон идёт из одного угла в другой, меряя комнату шагами. Браслет, что она откапала в шкафу случайно и даже не помнит откуда он, порвался после манипуляций Элисон – нервы. — Черт, — бусины с шумом рассыпались по паркету, раздражая девушку ещё сильнее. Все будто специально идёт наперекосяк. Пнув пару штук ногой, отбрасывая их куда-то под кровать, Элисон нашла свой телефон на тумбочке. Быстро набрала уже выученный номер. На экране появилась фотография, сделанная самой Элисон. На ней Джереми улыбается в камеру, подмигивая. В тот день они отправились в парк аттракционов. Потрясающий день, который Элисон с удовольствием повторила бы. — Да? Привет, Эл. «У каждого человека есть любимая форма имени» - прочитала где-то Элисон. И всегда она считала это чушью – ей было не так важно, как ее называют (зачастую просто Элисон). Но Джереми звал ее «Эл», и сердце Рейнольдс готово биться чаще. Когда-то на дружеской вечеринке команд кто-то кинул им вызов: кто первый влюбиться. Сказано было в шутку, но и Джереми, и Элисон восприняли всерьёз. Да и весело же, разве нет? Нет, Элисон, ничуть! Ведь сейчас ты собираешься признать победу Джереми. Элисон шумно вздыхает, собирая мысли в кучу и пытаясь звучать спокойно, но голос из динамика перебивает ее, когда та слишком долго молчит: — Я около Башни, могу зайти? — спрашивает Нокс. Элисон готова поклясться, что он сейчас почесал затылок от неловкости - что-то вроде привычки. Но до жути милой, как считает сама Рейнольдс. — Да, — только и отвечает она, сбрасывая звонок. Тяжко вздыхая, падает на кровать, откидывая телефон в сторону. И руками лицо закрывает, пытаясь осмыслить все случившееся. Неужели он скоро тут будет? Не успела она успокоиться и утихомирить сердцебиение, как в дверь постучали. Вздрогнув от неожиданности, Элисон подскочила с кровати и, быстро преодолев расстояние, открыла дверь. — Привет, — прозвучало так, будто Элисон пробежал километровый марафон на каблуках и только потом открыла дверь. Поэтому она постаралась вести себя более сдержанно и естественно. — Проходи. — Привет ещё раз, — неуверенно как-то ответил он, ступив в комнату. Дверь за ним тут же зарылась. Переминаясь с пятки на носок и обратно, Джереми вцепился в лямку сумки, перекинутой через плечо. Ещё немного и она расположиться на полу так же, как и ее браслет. Кстати о нем… — Осторожно, бусины по всему полу разбросаны. Ещё не успела убрать, — предупредила Элисон, прислонившись спиной к двери, сложив руки сзади. Защёлкивать дверь на замок слишком подозрительно, а так хоть никто не зайдёт. — Да, спасибо. Джереми с места не сдвинулся – то ли из-за бусин, то ли по другой причине, неизвестной Элисон. — Зачем звонила? — О чём-то хотел поговорить? В унисон спросили они. Джереми, заулыбавшись, почесал затылок (вновь), произнеся: — Давай ты. — Это ты примчался из жопы мира, я просто звонила, — она подняла ладони, — поэтому ты первый. — Ох, ладно… Даже не знаю, как начать, если честно, — он усмехнулся и снова начал перекатываться взад-вперёд. — Ты меня уже пугаешь, — серьезно произнесла она, делая шаг вперёд, к нему. — Н-нет, я просто, — он сделал глубокий вдох и, выдохнув, произнёс: — Надо просто за раз сказать, да? — Ага, — как-то неуверенно согласилась Элисон, не понимая о чем идёт разговор. — В общем, кажется, ты выиграла. — Что? — Извини, я не умею сообщать такие вещи. Альварез сказала, что будет проще, если признаться, даже если не из-за дурацкого спора, то просто, чтобы было проще, — тараторит Джереми, не желая останавливаться. Элисон же пока ничего не может уложить у себя в голове. — Я репетировал, честно, но сейчас все забыл. Но вот он я, тут, признаюсь тебе в том, что влюбился в тебя и проиграл… А к черту этот спор. Ты мне нравишься, Элисон! Рейнольдс стоит, как вкопанная, хлопает ресницами и не знает, что говорить. — Джереми, из всего, что ты только что сказал, я поняла только, что тут ты из-за Альварез. Мне может лучше у неё спросить? — предложила она. Теперь Джереми стоит, не зная, что говорить. Свой монолог он вряд ли осилит второй раз. — Нет, не надо звонить… — Что?! — закричала Элисон, прикрывая рот рукой, не дослушав Джереми. — О Боже, ты же только что в своих чувствах признался. — Вроде того, — пожал он плечами, усмехнувшись. Видимо, выпалив все это, Джереми смог успокоиться. — О Боже. — Ты повторяешься, — заметил Нокс, за что получил – Элисон ущипнула под рёбра, хотя толстовка смягчила удар. — Ай! Но Элисон ничего не сказала, продолжала стоять, глядя на Джереми. — Если ты пытаешься меня загипнотизировать, то… — Я пытаюсь сформулировать мысль, — шикнула она. — Просто я звонила тебе, чтобы сообщить твою победу, вроде как… — Что? — Повторяешь за мной, — ее очередь подкалывать. — Но ты признался первый, поэтому я выиграла! Победная улыбка нарисовалась на ее лице. — Это так важно? — он изогнул бровь. — Не-а. В следующий миг, Элисон сократила расстояние между ними и, притянув к себе, поцеловала Джереми. Девушка вскрикнула, подскочив, - наступила на одну из бусин. Джереми лишь по-доброму усмехнулся и поднял ее на руки, чтобы эта ситуация не повторилась, и снова потянулся за поцелуем.