Последняя ночь

Ожидание всегда сложное, если знать, что будет, а что может произойти. Все готовятся к войне. К войне с Мальбонте. Ангелы и демоны собираются с духом перед таким событием. Но сейчас ночь. Все, наверное, в последний раз спокойно спят. Но главный советник Цитадели Эрагон не спит. Он думает обо всем, что его волнует, а его волнует не мало. — Это ваша последняя спокойная ночь, главный советник. — как грохот в тишине проговорил Мальбонте, неожиданно оказавшейся на балконе. — Больше такого не будет. — Зачем ты явился? — спокойно, но грубо спросил Эрагон, даже не повернувшись. — По доброте душевной. — У такого монстра, как ты, не может быть души. – Как грубо. Ангелы не должны так разговаривать. Мальбонте сложил свои тёмные крылья за спиной и прошёл вглубь комнаты. — Отвечай. Зачем ты пришёл? — уже более раздражённо проговорил серафим, доставая из ножен рапиру. Мальбонте на это лишь хмыкнул, выставив руку вперёд. Рапиры как и не было. Она исчезла. — Не хочешь же ты начать войну прямо сейчас? — Ты уже начал её, ещё тогда, далеко в прошлом, когда убил мою сестру. — зло проговорил ангел. — Не я её убил. — Ты поспособствовал этому. — Хм. — Маль задумчиво оглядел советника Цитадели. — Раз для тебя я убийца, тогда, почему бы мне не убить тебя прямо сейчас? — Так убей. Наступило молчание. Мальбонте, как и Эрагон, собрали силу в сферу, чтобы выпустить её друг в друга. Но, конечно, Мальбонте сильнее. Ангел отлетел в стену, а руки, из-за силы демона, потемнели. — Лучше не двигайся, Эрагон. Тебе же хуже будет. — подходит демон к ангелу, взяв того за грудки и жёстко кидая в сторону кровати. — Что ты... Руки Эрагона мгновенно заковывают кандалы. Крылья обматывает чёрная цепь. — Отпусти! Немедленно! — Хочешь, чтобы оставшаяся стража пришла? Прими унижение достойно. — он усмехается, нагинаясь к ангелу. — Или моли о пощаде. — Никогда. — Жаль. Эрагон пытается вырвать руки, но получается плохо. — Эти наручники созданы с моей силой. Чем больше пытаешься сломать их, тем больше они энергии забирают. В сторону летит, когда-то, одежда советника Цитадели. И перед Мальбонте предстаёт нежное, воистину ангельское тело с бледной кожей. Демон проводит пальцами по плоскому животу и поднимает взгляд на лицо ангела. Его губы плотно сжаты, а глаза отведены в сторону, лишь бы не видеть то, что происходит. — Нет, ангел, ты должен смотреть на меня. Это приказ. — Приказывать будешь своим приспешникам. Малю не понравилась уверенность ангела, из-за чего он оставил главного советника нагим. Парень покраснел, зажмурив глаза и сжав зубы, открывая доступ к белоснежной шее. — Запретный плод и впрямь сладок. — шепотом проговорил демон, припадая к шее ангела, оставляя на ней поцелуи-укусы. На молочной шее начали вырисовываться красные отметины и кровоподтеки. Мальбонте терзал шею ангела, пока не перешёл ниже, оставляя метки на всем теле. — Правду про ангелов говорят: "никем не тронутые, чистые создания". — усмехнулся Мальбонте, поглаживая бедра Советника Цитадели. Эрагон отвернулся. Он чувствовал, как силы покидают его из-за кандалов. От безысходности на глаза начали наворачиваться слезы. — Не делай этого.. — тихо сказал ангел, привлекая внимание Маля. — Если не хочешь, то умоляй ещё. — зло улыбнулся он. — Я... я... — глаза уже были на мокром месте. Серафим бы никогда не стал умолять. Никогда. — Что же, твоё право. — холодно произнёс полукровка, резким движением переворачивая ангела в коленно-локтевую позу. Золотистые крылья затекли, как и руки. Эрагон сжал простынь, а его крылья дернулись, когда Мальбонте начал растягивать его, сначала одним пальцем, а потом уже двумя. Серафим еле слышно хныкал, лишь бы не показать настоящие эмоции и чувства. — Что такое, ангел? Тебе не нравится? — с ехидством спросил демон, поглаживая пальцами спину, а именно места, где были крылья. По спине Эрагона прошли мурашки и он слегка выгнулся. — Каким бы ты суровым и строгим не был, ты остаёшься ангелом. — Хва...тит... — тихо, на выдохе попросил парень. — Что? Ты просишь меня? — М... — У тебя есть последний шанс. — прямо сказал демон, убирая пальцы из подрагивающего тела. — Н-нет... — Глупое решение. Перевернув серафима на спину, резким движением, Мальбонте вошёл до конца в податливое тело Эрагона, давая, не столь ангелу, сколько себе, возможность привыкнуть. Серафим закричал, из глаз полились слезы, а его крылья встрепенулись. Узкий. Ангел был чертовски узким. Никем не тронутый, не запятнанный, девственный, чистый. — Прошу... хва...тит... — глотая слезы проговорил главный советник. — Уже поздно. — равнодушно проговорил Маль, начиная рваные движения, выбивая крики боли из ангела. Вскоре, спустя несколько мучительно долгих минут, Мальбонте попал то той самой точке, из-за которой Эрагон выгнулся, словно кошка и застонал, не то от боли, не то от желания, сразу же после этого сжимая зубы и продолжая сдерживаться и мычать. — Давай, взывай к нему. Я хочу это услышать. — Н-нет... — тихо проговорил серафим, за что его ударили по лицу, замедляя темп, но все также попадая именно по простате. — Это был приказ. Я хочу услышать твой ангельский голос. Как ты взываешь к ним, как умоляешь не прекращать. — Б-боже... Ш-Шепфа... – тихо застонал ангел, закрывая глаза и отворачиваясь. — Уже нравится? Хм, быстро же ты сдался. Открой глаза, ангелочек. — приказал Мальбонте. Советник посмотрел на своего врага заплаканным, затуманенным взглядом. В глазах полукровки, в таких тёмных и злых, читалось лишь желание унизить и преобладать. Что он и делал. Унижал. Хотел сломать. Уничтожить. Подчинить. Крылья затекли и уже неистово болели. Лишь немного дернув ими, Эрагон почувствовал, как сильная рука ложится на лопатки, слегка царапая кожу около них. — Лучше так не делать. Не то вырву их, как ты когда-то вырвал крылья моим родителям. — зло прошептал Мальбонте, грубо взявшись за бедра ангела обеими руками. — Хочешь почувствовать то, что испытали мои родители? — Это был не я!.. — вскрикнул серафим, уже не скрывая эмоций. — Так же, как и я не убивал твою сестру. Красные отметины и кровоподтеки начали гореть на бледном теле. Эрагон стонал в голос, взывал к Всевышнему, слезы катились по его щекам. Он уязвим. Прямо сейчас, извиваясь под Мальбонте. — Уже не такой сильный, Эрагон? Вроде, старше меня, всегда серьёзный, жестокий, спокойный... А на деле? Плачешь и зовёшь Шепфу. Боюсь, ему все равно. Умоляй меня. Умоляй прекратить. Умоляй продолжить. — Молю тебя! — надрывно вскрикнул он. Эрагон и сам не понимал, чего хочет. О чем просит. Чего желает. Боль и удовольствие смешались в одно целое и ангел не понимал, хочет ли он прекратить это все или жаждет продолжения. Мальбонте выбивал толчками из серафима крики и стоны желания. Но вот, полукровка резко остановился, заставляя Эрагона открыть глаза и посмотреть на врага. Демон прикоснулся к лицу ангела рукой, вытирая слезы и слегка поглаживая нижнюю губу. — Прошу тебя, умоляю... — тихо прошептал Главный советник. — Как скажешь. — ухмыльнулся Маль, приподняв ангела, прижав к себе и начиная наращивать темп. Он оставлял красные полосы на спине, рядом с крыльями Эрагона, не жалея серафима. Демон освободил руки и крылья своей жертвы, после чего сразу же ангел схватил большие плечи демона руками. — Маль... бон... те... — простонал серафим, прежде чем оргазм накрыл его с головой. Мальбонте последовал за ним, кончив глубоко в ангела, тем самым запятнав. Эрагон, после того, как его отпустили, лёг, прикрыв глаза, обхватывая живот руками. Всё болело, а на теле красовались засосы-укусы и яркие царапины, которые начинали саднить. Мальбонте оделся и посмотрел на свою работу. Ангел лежал, еле прикрывшись своими большими золотистыми крыльями, обнимая себя руками и поджимая ноги к себе. Серафим дрожал. — Видимо, я поспешил с выводами, когда говорил, что это твоя последняя спокойная ночь. — он присел к нему, наклоняясь. — Мне будет жалко убивать тебя. Ты бы мог выбрать правильную сторону. — Я... Выбрал меньшее зло... — тихо сказал он, смотря своими голубыми глазами на Маля. — Может быть. — Мальбонте, с не присущей ему нежностью, вытер дорожки слез на лице ангела, поцеловав его. Почти нежно. Но все равно, кусая губы серафима до крови, как бы говоря, кто здесь главный. — Ещё увидимся, ангел. Не дай кому-либо убить тебя сегодня. Это сделаю я. — Маль... Бон... Те... — тихо прошептал ангел, когда демон уже улетел. — О, Шепфа... Спаси нас... В темноте остался лишь ангел, тихо плача и молясь Шепфе, хоть бы все это поскорее закончилось. Эта ночь последняя.