в юном месяце... августе

***

      сколько бы лет Игорь не работал в криминалистке детективом — он бы никогда (с любым стажем) не смог бы сразу же определить в себе зарождающуюся симпатию к своему психотерапевту.       он может бесконечно раскрывать дела об убийце, культивирующем подношения и жертвенность, но он никогда не сможет поймать себя на симпатии.       никогда.       особенно на чувстве симпатии к своему психотерапевту Разумовскому, который, блять — каннибал.       растворяясь в играх разума, в приступах, в апатии, в панике, в рефлексии и в паранойе — Игорь абсолютно теряется. полностью перестаёт понимать, что же вокруг происходит. он запоминает лишь рыжие волосы, зализанные назад, помнит чопорные костюмы-тройки, привыкает к дорогим винам и изысканным блюдам. он помнит только это. а ещё вкус крови на губах.       в очередной раз трёт глаза, с силой, с усердием, пытается до конца проснуться, очнуться ото сна, увидеть себя не через призму голубых глаз. оттягивает волосы назад, скидывает всю одежду и пытается проснуться. жарко-жарко-жарко.       сны, сплошные сны. скорее, кошмары. но кошмар — тоже сон. кошмарный сон.       то, что Сергей каннибал — догадаться оказывается легче, чем вообще что либо. учитывая тот факт, что этот человек прямо при Игоре готовил человечину. и прямо сказал.       — шутишь, Сергей?       — нет.       и всё равно Игорь продолжил считать это шуткой. от Сергея пахнет кровью, специями и вином. и от этого тоже жарко. жарко и трудно дышать. хочется открыть все окна или засунуть голову в лёд. но вряд ли Сергей оценит это. хотя, Игорь уже давно сомневается, что оценит мужчина, а что нет, потому что провокационные вопросы на сеансах имеют место быть.       — вы понимаете его мотивацию?       — да. абсолютно.       — и вас не смущает, что он убивает только юных девушек?       — парни не входят в список то, что его привлекает.       — да?       Сергей выглядит поражённым и заинтригованным. у него сразу блестят глаза каким-то неестественным жёлтым. такое случается не в первый раз, но Игорь всё равно слегка пугается такого изменения в лице. мужчина напротив его пугает, но на самом деле ничего такого не происходит. может, Игорь параноик, но на этот блеск в глазах вечером ему понадобится подрочить.       — если бы ему нравились парни или что-то в этом духе — он бы убивал парней.       — а если он не убивает парней как раз-таки потому, что любит их и боится причинить вред?       да, хорошая догадка. Игорь о ней подумает — когда будет трястись в панике у себя дома, вспоминая пожелтевшие глаза и какие-то смазанные воспоминания о ярких вспышках света.       Сергей необычный: носит на одной руке дорогие часы, а на другой фенечки; ходит в костюмах и в кедах, вечно играет у него классика, а на кухне только мягкий рок. от него идёт странный запах дорого парфюма и солёной крови; причём последнее замечает только Игорь. этот запах разносится в кошмарах. этот запах укутывает, а потом резко накрывает яркой вспышкой настольной лампы. и всё это вроде сопровождается признанием в убийствах.       когда приходит Игорь на очередной сеанс, видимо, Сергей улавливает его мысли: Игорь что-то подозревает и чувствует.       костюм сегодня другой: его, точнее нет. это просто брюки, просто рубашка и просто халат. а ещё Сергей оказывается чересчур весёлым и настырным. они распивают шампанское, а дальше Игорь помнит только гудящую голову после удара бутылкой.       а потом снова запах крови и боль: тупая и ноющая. на губах тоже вкус крови.       — расслабься, Игорь. больно не будет.       а на руках у Сергея кровь. его, Игоря, кровь.

***