CONNECTED

« молчанье благородно — проповеди вора » Когда L вышел из душа, то ужаснулся. Девушки не было в комнате. Оглядевшись, парень не на шутку разозлился и… испугался? Черт знает, где она сейчас может быть. Быстрыми шагами парень пошел по лестнице на крышу — это было его последней надеждой. И он не прогадал, Лилия действительно была там. Стояла у самого конца крыши здания, оперевшись о перегородку, стояла и курила. Брюнет облегченно вздохнул, а после подошел к девушке. Сейчас она выглядела несколько иначе, чем обычно. И нет, это вовсе не из-за сигарет или вина, половину которого она уже благополучно успела выпить. При свете луны, смотря куда-то вдаль, дьяволица выглядела как-то даже… печально. Наверное именно так выглядят главные героини каких-нибудь фильмов про популярных звезд. Детектив не мог прочитать Лилию как открытую книгу, он вообще не мог ее прочитать, будь брюнетка книгой — она бы обязательно была произведением на неизвестном никому языке. Настолько она сложна, непонятна, загадочна. Своими кроваво-красными глазами она смотрела, казалось, в пустоту, не замечая огней ночного Токио. И главное не пыталась что-то в ней рассмотреть, уловить или понять — просто смотрела. Может дьяволица и вовсе ни о чем не думает, просто стоит и курит, может на самом деле у нее нет никаких мыслей, может она только кажется загадочной и сложной, а на деле ничего из себя не представляет. — Вредно же для здоровья, — встал рядом с девушкой L, просто нужно было что-то сказать, раз уж он пришел. На его слова Лилия отреагировала смешком и постучала пальцем по сигарете, чтобы весь пепел опал. — Я же дьявол, о каком здоровье может идти речь, — брюнетку рассмешили слова этого чудака. Он столько знает о «другом» мире и до сих пор не привык к нему. И это великий детектив? В глазах дьяволицы Элиас всегда будет мальчишкой, который запутался, а все из-за того, что он слишком много думает, анализирует, везде ищет подвох, плюсы и минусы… У Лилии же все намного легче, если она в чем-то или ком-то сомневается, то просто устраняет причину своих размышлений. Подобным образом она убила уже не одну сотню людей, — мне нравится ночная прохлада. После слов девушки, которые звучали довольно медленно, скорее всего из-за выпитого вина, Лоулайт обратил внимание на погоду. Да, ночью в Токио было действительно прохладно, особенно в такое время года. L не нравился холод, ему не нравилось мерзнуть, а больше всего на свете он хотел две вещи: убить дьяволицу и никогда не болеть. Да, парень, который верит в то, что преступников должен наказывать закон, а не люди, хочет убить Лилию. Он уже пытался ее отдать под присягу — ничего путного из этого не вышло, она освободилась из тюрьмы, убив каждого, кто там находился. Из всех смогли выжить лишь преступники, что были осуждены за крайне тяжкие преступления — только лишь из-за того, что они находились в самом подвале тюрьмы, и добираться до них для брюнетки не было никакого наслаждения. Будни в тюрьме (о эти два сложных дня) были для девушки достаточно удручающими. Тогда она собиралась найти и убить того, кто ее посадил. Но она и понятия не имела, кто это мог быть. Вот именно из-за этого Элиас и хочет убить девушку, расстрелять серебряными пулями, выстрелить в сердце, а после в голову — чтобы наверняка. Вырезать ее глаза, что постоянно смотрят с такой насмешкой, игривостью и жаждой, жаждой убивать все, что движется и не движется, все что дышит и не дышит. У нее нет цели, но подсознательно брюнетка понимает — она жаждет развлечения, а разрушение для нее одна из лучших «безделушек». — Будешь? — Лоулайт посмотрел на вино, которое ему протянула Лилия, и пару секунд поразмыслив, взял бутылку. Какое-то дорогое вино, на котором было написано большими буквами «BAROLO». А разве это вино не слишком дорогое? Эта девушка совсем не умеет экономить, будь она человеком и дня бы не прожила. — Каждый день ты только тратишь мои деньги, начни уже работать и помогать в расследовании, — сказал детектив, а после отпил немного красного сухого из горла и почувствовал приятный сладкий вкус на горлышке. До этого из этой бутылки пила только дьяволица, а значит эта чертовка опять кушала десерт и почему-то парень уверен, что это были сладости, предназначенные для него. — Но я ничего не могу поделать, Ягами не является обладателем тетради, поблизости за все время не было бога смерти, — девушка перехватила бутылку у брюнета и сделала несколько глотков, а после немного сморщилась. Смешивать сигареты и вино — не самая лучшая идея, горло будто стягивает, девушка отметила уже давно, но только сейчас вспомнила это отвратительное чувство, — да и к тому же, не думаю, что он убийца, его глаза так… чисты. L молча смотрел на брюнетку, что делала очередной затяг. Сигарета была уже почти докурена, противный дым ударял в нос парня, из-за чего тот невольно морщился. Неужели он ошибся насчет Лайта? Если он не является Кирой, тогда кто? Лоулайт просто не мог смириться с мыслью, что он, возможно, допустил ошибку, с самого начала искал не там и не то. Но вероятность того, что он не допускал ошибки тоже высока, ибо все факты указывают на Ягами и Мису, даже если они и косвенные. — Я ошибся? — вслух проговорил детектив, скорее даже самому себе, чем девушке стоящей рядом. Но Лилия обратила внимание на слова парня и у нее даже слегка сузились зрачки и приоткрылись глаза. Этот мальчишка… сомневается в себе? Еще ни разу такого не было, ведь это L. Величайший детектив, уж чего, а таких слов дьяволица от него точно не ожидала услышать. — Не было ошибки, Лайт является Кирой, — брюнетка сделала последний затяг и выбросила сигарету, а после посмотрела на свои пальцы. Девушку радовал факт, что ее руки не будут вонять дымом, ведь она в своих белых перчатках. У нее их довольно много и все одинаковые. Вот тут пришла очередь Лоулайта удивляться. Он шокировано посмотрел на дьяволицу, которая была непривычно тиха, ее глаза были направлены на свои руки, на лице красовалась легкая улыбка. Девушка перевела свой взгляд на брюнета и мысленно усмехнулась. Не ожидала она, что его это несколько шокирует, он же вроде умный и все такое. — От тетради смерти можно отказаться, и тогда ее владелец потеряет память о ней, — пояснила Лилия, видя задумчивую физиономию «мальчишки» Элиаса. Девушка не стала томить парня, она же все-таки не дьяв… Подумав об этом, брюнетка рассмеялась. Конечно же она дьявол! Это прелестная шутка, жаль, она останется навсегда лишь в голове Лилии, — только вот непонятно, как Лайту удалось кому-то передать тетрадь, он парень смышленный, не думаю, что он бы поступил так опрометчиво. — При таком раскладе Ягами и правда Кира. Полезно у себя в помощниках иметь дьявола, — отметил детектив и забрал вино у брюнетки из рук, а после сделал глоток. Теперь все сходиться, он не сошел с ума и не ошибся. Уверенность снова вернулась к Лоулайту и он даже улыбнулся своим мыслям. На лице Лилии тоже была улыбка, дьявольская, в глазах играли черти, а руки были сцеплены. Нет, она улыбалась вовсе не потому что была рада за Элиаса, причина была совсем в другом. Она тоже не глупая, и быстро «сложив два плюс два» догадалась каким способом Лайт передал тетрадь другому человеку. Да ему и передавать то не пришлось, он заставил бога смерти это сделать. Как он заставил шинигами пойти на это? Тут уже было сложнее, но дьяволица понимала, что без шантажа не обошлось. Девушка так же не забыла про Мису-Мису, стало понятно — она сыграла в этой постановке не последнюю роль. Скорее всего бога смерти два и один из них точно питает какие-то чувства к девчонке. Также Лилия была почти уверена, что шинигами первого Киры — Рюк. Он довольно известен среди богов смерти, и насколько память не изменяет брюнетке — он был тем еще озорником, вполне вероятно, что от скуки выбросил тетрадь смерти в мир людей, конечно же ради: «посмотреть что будет». Может следует казнить его? Все-таки это Лилия попечитель мира богов смерти, ну или была им, пока правила тем отвратительным местом — адом. Так скучно ей не было даже в «серебряной тюрьме», как в этом месте грешников. Лилия ухмыльнулась и посмотрела в глаза детектива. Она вдруг поняла, что полазив по просторам интернета и посмотрев новости — поймет, кто является Кирой сейчас, а это значит, что у нее будут все тузы в рукаве. Да и ей бы хотелось подольше побыть на свободе…