Кто не спрятался - я не виноват

Гон, честно говоря, сам не знал, как ему пришла в голову старая игра, в которую ему и играть-то на острове было не с кем. Да и не то чтобы играть в прятки в отеле, пусть и в таком большом, было особо интересно. Впрочем, никто не мог помешать неугомонным мальчишкам спрятаться где-нибудь, где их быть вообще не должно… Гон нашёл Киллуа на кухне — хорошее место, чтобы спрятаться от кого-то с таким острым нюхом. Однако Гон всё-таки его отыскал, так что теперь была его очередь прятаться. Уступать Киллуа и быть найденным за пару минут Гон не хотел, и пока он бежал, куда глаза глядят, ноги сами принесли его к номеру… Хисоки. Гон замер у двери, уже заметив, что она не была заперта. Попросить у Хисоки разрешения спрятаться в номере? Киллуа точно не станет искать его здесь, по крайней мере, не в первую очередь. Почему бы не попробовать? Гон решительно толкнул дверь и забежал внутрь, оглядываясь в поисках хозяина, однако он довольно быстро понял, что Хисоки здесь нет. Почему же тогда открыта дверь? Впрочем, едва ли кто-то осмелился бы его ограбить. А если бы и нашёлся отчаянный, что ж… Как бы то ни было, Киллуа уже должен был закончить считать и начать поиски, так что времени выбрать какое-то другое место у Гона больше не было. Вернувшись и закрыв дверь, он забежал в соседнюю комнату — это оказалась спальня — и спрятался в шкафу, где сиротливо валялась пара комплектов пёстрой Хисокиной одежды. В целом, насколько Гон успел заметить, вещей у Хисоки было немного — помимо содержимого шкафа он обнаружил только немного косметики у кровати, и всё. Время шло, а Киллуа всё не объявлялся. Честно говоря, сидеть в шкафу Гону уже порядком надоело, но и сдаваться он тоже не хотел — пусть Киллуа ищет его до победного. И в конце концов, долгое ожидание утомило его настолько, что Гон уснул, привалившись спиной к задней стенке шкафа. Проснувшись, он не сразу понял, где находится и что происходит, но, благо, сообразил довольно быстро. Поёрзав, чтобы размять затекшие мышцы, он собрался вылезти — неважно, сколько он проспал, поражение Киллуа было очевидно — однако вдруг застыл. В номере он уже был не один. К счастью, когда он прятался, дверцу шкафа он закрыл не очень плотно, и, к счастью, поддерживать Зецу даже во сне давно не было для него проблемой. И, заглянув в небольшую щёлку между створками, Гон понял, что выскакивать прямо сейчас было не лучшей идеей — Хисока как раз заканчивал раздеваться, стоя рядом с кроватью. «Наверное, сейчас он пойдёт в душ», — подумал Гон. — «Тогда-то я тихонько и выскользну. Хисока даже ничего не узнает!» Однако Гон ошибся. Вместо того, чтобы уйти в дальнюю дверь, Хисока вальяжно развалился на кровати и взял какой-то тюбик с тумбочки, которую Гон заприметил ещё до этого. Что это был за тюбик, Гон не имел понятия — Мито косметикой почти не пользовалась. Довольно быстро, впрочем, стало понятно, что макияж тут вовсе не при чём. Выдавив содержимое тюбика на ладонь, Хисока сначала медленными движениями размазал его по члену, а затем опустился ниже, массируя дырочку между ног, и очень скоро погрузил в неё один из своих длинных бледных пальцев… Гон почувствовал, как краснеют его уши по мере того, как до него доходило осознание, свидетелем чего он стал. Свидетелем чего вообще никто не должен был становиться. Он зажмурился — не то чтобы ему было настолько стыдно, просто он понимал, что не должен был этого видеть. Однако, даже с закрытыми глазами, воображение услужливо дорисовывало картинку к влажным звукам и тихим постанываниям. Он не знал, сколько он так просидел, прежде чем Хисока, наконец, издал особенно громкий и сладкий стон и затих. Гон решился открыть глаза — Хисока лежал на кровати с тяжело вздымающейся грудью, а густой запах его удовольствия прочно осел в воздухе. «Ну вот», — подумал Гон, не без труда заставив своё сердце биться в спокойном, замедленном ритме, а не пускаться вскачь, — «теперь он точно либо пойдёт в душ, либо уснёт, и…» — Кто это тут у нас? — напевно раздалось совсем рядом с ним, и дверцы шкафа разом распахнулись. За своими размышлениями Гон и не заметил, как Хисока подошёл к нему… О чёрт. Гон невольно сглотнул, а вот взгляд Хисоки, напротив, потеплел, когда он узнал своего гостя. — Что же ты тут забыл, малыш? — еле сдерживая смех, поинтересовался Хисока, присев на колени перед шкафом. — Мы с Киллуа в… в прятки играли, — выдавил Гон. — О, я смотрю, ты отлично спрятался, — улыбнулся Хисока. — А как ты меня заметил? — слегка расстроенно спросил Гон, будто Хисока тоже был частью игры. — Ты очень громко думаешь, — подмигнул Хисока. — Чт… Это не объяснение! — возмутился Гон. — Уж какое есть, — рассмеялся Хисока. — Подождёшь меня, пока я приму душ? Я заказал ужин и резко понял, что вряд ли справлюсь с ним один. — Не стоит… — начал было Гон, но Хисока жестом призвал его к тишине. — Я не закончил. Я не справлюсь один, да и мне бы следовало извиниться… Гон моргнул — он уже успел забыть, за что Хисока должен извиняться, но нагота собеседника быстро напомнила ему о произошедшем. — Да ладно, — смущённо сказал Гон. — Ты же не знал. Но если хочешь, я останусь! — Я буду очень рад. Тогда подожди в той комнате, ладно? Гон кивнул — почему-то, даже после всего увиденного, он не чувствовал себя неловко. Даже когда Хисока встал во весь рост, чтобы дать ему пройти. К тому же, запах, заполнивший комнату, на самом деле был куда приятнее обычного едкого запаха опасности, исходящего от Хисоки. Гон терпеливо дождался, пока Хисока приведет себя в порядок — из душа он вышел уже одетым, правда, вместо топа на нём была обычная просторная футболка, и макияж отсутствовал, как тогда, на Острове Жадности. И ходить по номеру, Хисока, видно, любил босиком. — Будешь содовую? — сходу спросил он. — Ужин скоро принесут. — Можно, — пожал плечами Гон и последовал за Хисокой к столу с высокими стульями. — И всё же, что меня выдало? — Запах, — неожиданно ответил Хисока. — Ты очень приятно пахнешь сегодня. — Ты тоже, — без задней мысли сказал Гон, уже присосавшись к банке газировки и болтая ногами. Много позже, вспоминая тот день, Гон догадается, что они с Хисокой имели в виду один и тот же запах, который они оба источали тогда, но пока Гон просто пил газировку и не находил ни слова Хисоки, ни свои собственные хоть немного странными. Хисока ничего не ответил — он как раз с громким щелчком открыл свою банку и присел с Гоном рядом, но не слишком близко. Впрочем, слабый аромат, который не до конца смыло водой и который не заглушило запахом геля для душа, всё ещё щекотал ноздри Гона, но так ненавязчиво, что он почти не придавал этому значения. Не придавал, но сидеть и молчать в компании Хисоки было так спокойно и естественно, как никогда до этого. — И надолго вы здесь? — нарушил тишину Хисока, раскачивая банку в руке. — Не знаю пока. Мы только приехали, чётких планов ещё нет. — Понятно… Могло показаться, что разговор не клеился, но Гон, на самом деле, не считал, что поддержание диалога было обязательным условием хорошо проведённого времени. Его всё устраивало — и холодная содовая, и уютное молчание, которое отлично дополнялось благодушным настроением Хисоки, столь же ощутимым, как само его присутствие. Более того, Гону хотелось, чтобы этот момент длился подольше — уж очень нечасто ему выпадал шанс вот так пообщаться с фокусником… может, и вовсе ни разу. Как будто на равных, как будто со старым другом — без вечных провокаций, без проверок на прочность. Гон просто наслаждался обществом Хисоки, и Хисока, кажется, отвечал ему тем же. Тишину нарушил вежливый стук в дверь — принесли ужин. И правда, пожалуй, чересчур роскошный для одной персоны. Хотя бывали дни, когда Гон умял бы всё единолично, не моргнув и глазом, но сегодняшний день таким не был. — Угощайся, — пригласил его Хисока, заметив, как Гон мешкает. — Думаю, с чего начать, — объяснил Гон, задумчиво разглядывая стоящие перед ним блюда. — Хм… Как насчёт этого? — Хисока подцепил вилкой сочный кусок мяса в каком-то соусе и поднёс его к губам Гона. У Гона не было причин возражать. Мясо оказалось очень вкусным, тающим во рту — Гон широко раскрыл глаза и машинально потянулся рукой к столу, чтобы взять приборы… вот только комплект был один. Ну да, Хисока ведь заказывал ужин на одного… Хисока, видно, тоже это понял (или знал с самого начала) и, с отсутствующим взглядом покачивая вилкой, флегматично спросил у Гона: — Ты ведь не очень брезгливый, м? — Да нет, — смущённо рассмеялся Гон. — Тогда мы можем по очереди брать, что нам нравится! — Отличная мысль, — мягко улыбнулся Хисока, и следующий кусок исчез у него во рту, оставив жирный, блестящий след на губах. — Неплохо, — прокомментировал он и передал вилку Гону. Из-за недостатка приборов ужин слегка затянулся — за окном стемнело, а лампы, горевшие в номере днём, едва разгоняли сумрак, выхватывая из темноты только стол, за которым сидели Гон и Хисока. — Кстати, — как бы невзначай бросил Хисока, промокнув губы салфеткой. — Разве Киллуа не должен был тебя искать? Гон замер, с громким стуком уронив вилку на пол. В прятки они начали играть ещё засветло… Сколько же его не было?! — Я должен бежать! — в ужасе воскликнул Гон, спрыгнув со стула. — Киллуа мне голову открутит!.. — Ах, очень невежливо, конечно, вот так покидать ужин, но если это вопрос жизни и смерти… — возвёл глаза к потолку Хисока, умело скрывая улыбку и озорные огоньки во взгляде. — Беги, малыш. Киллуа явно не тот, кому предназначено оборвать твоё прекрасное существование. Затылок Гона обдало холодком от этих слов, но ему было некогда на этом зацикливаться. Он торопливо поблагодарил Хисоку за ужин и сорвался с места так быстро, будто за ним гнался весь Геней Рёдан вместе взятый. По возвращении его ждали лишь крики да подзатыльники разгневанного Киллуа и тянущее чувство стыда — он всё не мог взять в толк, как его угораздило так забыться. Словно время в номере Хисоки работало по каким-то абсолютно иным законам… Словно… Словно в старых сказках тёти Мито, в которых путники, попав в лапы к эльфам и феям, становились пленниками их гостеприимства… Гон уткнулся лицом в подушку. Глупости. Между Хисокой и эльфами общего ничего не было. …Разве что плутоватая усмешка да озорной взгляд раскосых золотистых глаз…