Мой малыш Вэй

      ВНИМАНИЕ!Данное произведение содержит откровенные сцены сексуального характера, детальные описания интимных действий, использование секс-игрушек, матерную лексику, элементы БДСМ и другие материалы, предназначенные только для взрослых читателей старше 18 (21) лет.Если вам нет 21 года, пожалуйста, закройте это произведение.Автор не несёт ответственности за доступ несовершеннолетних лиц к данному тексту при нарушении возрастных ограничений.Данный текст является художественным произведением, все персонажи вымышлены, любые совпадения случайны.

***

💔 КОНТЕНТ 18+Пожалуйста, не сохраняйте мои тексты на своих устройствах, если вам ещё нет 18 лет. Я пишу для взрослых читателей, и столкновение несовершеннолетних с этим контентом может иметь для меня серьёзные юридические последствия (такой случай в судебной практике уже был). Отнеситесь к этой просьбе с пониманием — ради моей безопасности и вашего спокойствия

***

Аномальные изменения в организме существ произошли ещё до примирения дисинцев и людей, рекомбинация позволила не только мутировать в плане способностей, но и генетически, преобразовывая некоторые хромосомы и гены с видом животных. Потому у большинства существ есть так называемые «животные инстинкты», хотя в мире остались так же и люди, но этот вид слаб в физическом и интеллектуальном фоне. В данное время после десяти тысяч лет дискриминации больше нет, хотя есть некоторые индивиды, которые пренебрегают правилами, но их за это ругают по всей строгости закона. Людей в мире осталось около 20%, в то время как количество бет составляет 40%, альф — 35% и омег — оставшиеся 5%.       Природа распорядилась так, что альфы являются видом преуспевающим во многом, их физическая сила наравне с мышлением, потому вероятность высоких постов всегда у них в кармане. Беты являются средним звеном, их возможности стоят на таком уровне, где их можно воспринимать как обычных людей, хотя большинство «обычных» иногда не дотягивают до уровня среднячков. Омеги являются чем-то неземным, по счёту их генетического уровня они являются чем-то изящным и божественным, некоторые учёные придают им много внимания, потому утверждают, что и это малочисленная раса имеет хорошие данные, которые просто не воспринимают окружающие. Люди обычные, без каких-либо особенностей, кроме своих достижений в какой-либо отрасли.       Пополнение численности лежит больше на омегах и бетах, всё из-за их возможностей. С самого начала «слабый» пол в виде омег имел детородные органы, которые могли воспроизводить будущее поколение в виде одного из трёх вторичных полов. Беты же являются теми, кто могут оплодотворить людей, которые в крайне малых случаях могут родить необычного ребёнка. Альфы являются теми существами, которые не могут произвести на свет потомство от людей. Сильный и властный тип существ, как альфы, не имеют возможности оплодотворить матку человеческой женщины, но при огромных стараниях может получится сделать ребёнка женской особи в виде беты, но самая высокая рождаемость только у омег, которые могут при должном воздействии сильного феромона забеременеть, несмотря на свой первичный пол.       Омеги хоть и являются одной из важных цепей эволюции, но их восприятие мира чуть другое, из-за малочисленности этот род чаще всего забирают в одно учреждение, в котором их воспитывают, обучают и лелеют, но до момента совершеннолетия. После чего им даётся выбор в виде нескольких «качественных» претендентов на хороший род. Потому некоторых из них скрывают, родители понимают всю важность своего ребёнка, и, увы, но некоторые опекуны оставляют их из-за корыстных идей, которые позже приносят множество проблем исследовательскому отделу, где, собственно, и содержат.

***

      В штабе спецотдела сейчас находятся все участники, кроме троих, таких как профессор Шэнь, малыш Го и старик Чу. Причина ухода малыша и старика известна всему отделу, Чанчэн является человеком, но с вторичным полом омеги, а Чу Шучжи — дисинец, но альфа. Потому после некоторых неловких моментов в стенах департамента и признания перед министром Го в том, что Легенда об Истинных является правдой и о том, старик Чу хотел бы получить права на своего омегу. Конечно, первое время были ОЧЕНЬ большие проблемы и ссоры, но эта парочка смогла пережить, хотя взрывной характер Чу был доказательством обратного. В данный момент у его пары начался цикл, точнее «течка», одно из животных инстинктов, потому братик Чу ушёл помогать своему партнёру. Шефу Чжао по-настоящему бывает жаль малыша Го, и это не из-за взрывного характера дисинца, а потому, что волнение за пацана начинает возрастать, когда ЮньЛань думает о том, как этот маленький и хлюпенький парниша вряд ли выдержит «гон» партнёра, ведь это не такая уж и простая задача.       Следующим, за кого беспокоится шефу, это Шэнь Вэй. Мужчина является одним из членов команды и личным консультантом Чжао, но в такие тяжёлые времена, когда у них не хватает работников, он не появился на работе, ни на преподавательском месте, ни в отделе. Потому беспокойство ЮньЛаня возросло, несмотря на то, что профессор удостоился написать им об своей маленькой отсрочке от дел, его волновало то, что посланник в чёрном написал о том, что ему в безотлагательном срочном порядке нужно отправиться обратно в Дисин из-за неидентифицированной проблемы. Это показалось весьма странным, потому как шеф сразу же отправил сообщение правителю, дабы узнать, что же за неотложные дела могли там появиться, что Шэню пришлось покинуть его шефа Чжао на некоторый период. Ответ пришёл на второй день после отправки, то есть уже во второй день «отдыха» профессора. Никаких важных поручений не было, да и сам посланник в чёрном не появлялся в Дисине, это насторожило ЮньЛаня, потому он решил разобраться во всём самостоятельно.       Важным моментом перед поиском Шэня была пропажа вещей, точнее было бы сказать, что кто-то забирает себе одежду. Начальник спецотдела вначале не придавал этому значения, но после того, как он удостоверился в малом количестве своих вещей, эта проблема стала занозой в пятой точке. Он, правда, не хотел расследовать это, но когда он начал тратить деньги на новые вещи, то те, которые были слишком поношенные, стали пропадать, будто утилизация какая-то. Шеф имел смелось проследить за виновником, потому оставлял вещи в собственном кабинете и рядом с ним, где недавно установил камеру. Теперь, когда он вновь заметил пропажу, его это немного вывело, и потому он пошёл к Линь Цзину за помощью. Записи с камер наблюдения нужны ему позарез, чтобы убить двух зайцев одним выстрелом: отыскать воришку и навестить профессора. По пути к месту «взрывных исследований» Чжао думал о том, почему же его напарник не пришёл, что он может вновь скрывать и почему ему потребовалось около недели на улаживание дел, если при всех своих возможностях даже стоящие дела занимают от силы до трёх суток, но и такое бывало лишь в те разы, когда тёмная энергия и магнитное поле его тела имели сбои.       Множество идей витали в умной башке, но их воспроизводство прервал Линь Цзинь, который обратился к шефу с вопросом:       — Шеф, зачем вы установили камеры в том месте, это же нелогично, — почёсывая свои вихри, проговорил парень, нажимая на файлы.       — Ты должен выполнять работу без лишних вопросов, это личное расследование, перемести видеоматериал на эту флешку, после чего удали запись со всех серверов и ни за что не смотри содержание видео, понял меня? — держа флешку, сказал мужчина, смотря на своего коллегу весьма красноречивым взглядом.       — Понял, — стушевавшись, произнёс учёный, забирая флешку из рук руководителя.

***

      Мужчина взял флешку у подчинённого, после чего простоял минуту для того, чтобы удостовериться в том, что Линь Цзинь удалил видео со всех серверов, иначе минус премия в этом месяце. Теперь шеф пошёл на второй этаж в собственный кабинет, камеры, стоявшие внутри, он мог сам посмотреть, но первым делом стоило посмотреть то, что записали снаружи. Включив компьютер, он вставил флешку. После чего открыл файл, в котором хранилось видео, теперь нужно лишь просмотреть несколько из них, чтобы узнать период похищений и возможную причину происшествия. Монитор показал просторный коридор, диванчик, стоящий рядом с дверью в кабине, и повешенные на подлокотник вещи — две футболки и шорты, которые шеф откопал где-то в глубине шкафа квартиры. Первые дни ничего не было замечено, кроме косых взглядов Шэня, старика Чу и Чжу Хун, они все косо смотрели на разбросанные вещи, но никто ничего не сделал. последующие дни были тихими, безлюдными, только профессор и всё, но Чжао и сам понимает, что в те дни им очень требовалась помощь посланника в чёрном. ЮньЛань хотел было уже выключить запись, ведь половину он уже просмотрел, но никого подозрительного не заметил, пока не включил запись четырёхдневной давности.       Всё как обычно, запись идёт, и фокус по непонятной причине замечает что-то, а шеф только присматривается к происходящему. Он видит озирающегося профессора, его неловкие движения и руку, тянущуюся к лежащей футболке, Шэнь робко касается края ворота, приподнимает его и подносит к лицу. Чжао настораживается и присматривается к монитору, чтобы рассмотреть не показалось, ли ему, но вместо этого в поле его зрения бросается зарумянившееся личико, прикрытые глаза и глубокий вдох, и это, по правде, дезориентирует ЮньЛаня. Неужели он, профессор и посланник врали другу с самого начала? Хотя понятно его беспокойство, но они же близкие, лучшие друзья, почему?       Шеф старается дышать нормально, но, кажется, это не помогает. Он продолжает смотреть видео дальше, подмечает то, чего не видел раньше. Оказалось, что профессор Шэнь вовсе не бета, он самый настоящий омега. Его реакция на запахи, теперь понятно, почему он иногда себя странно вёл при Чжао, но это не объясняет его исчезновения.       Кажется, мужчина понял, если Шэнь является омегой, да к тому же близко общающейся с альфой, то те феромоны, которые ЮньЛань не контролировал, только сильнее спровоцировали течку. Твою мать…

***

      Тёмная квартира, открытое окно и чуть закрытые занавески, всё это составляет темноту и прохладу, такую нужную в данный момент. Профессор Шэнь лежит на кровати, жар окутывает его тело, внизу живота просто горит, член слишком сильно стоит, причиняя дискомфорт. Ему слишком жарко, будто изнутри кто-то поджёг его, пот скатывается со лба вниз, смазка пропитала трусы и простынь, хотя сейчас можно сказать, что больше всего пропитаны вещи ЧЖАО. Сильный и могущественный посланник в чёрном является омегой, это считалось бы позором, если бы кто-нибудь узнал, странные блокаторы, которые мужчина сделал сам, помогали и скрывали запах, но сейчас он не может их принять, иначе последствия будут худшими. Боль пронзает всё тело, только любимый запах цитрусовых спасает от сильных спазмов, Шэнь плачет и старается только ближе прижаться, всё тело сковывает, выворачивает, животная сущность вырывается и скулит, а парень вместе с ней. Сила, которая имеется в теле, не помогает. Не может унять дискомфорт, только одежда, эти вещи, которые профессор уже так долго собирает, они помогают успокоиться хоть на немного.       Лесной запах сильно сконцентрировался во всей комнате, голова кружится пуще прежнего, посланника кидает то в жар, то в холод, на нём футболка шефа Чжао, свободные шорты, и всё это стало влажным. Он ищет удобное положение, потому что долго лежать в позе эмбриона неудобно, но уходить от центра кокона он не собирается, слишком приятный, вкусный запах, в который так и хочется укутаться, но все мысли подбрасывают другое, не простое времяпрепровождение, другое соитие.       Громкий стук в дверь прерывает болезненный стон, доносившийся из квартиры, а ЮньЛань только думает, совладает ли он с инстинктами, сможет ли не поддаться этому прекрасному аромату, он столь сильный, что даже у альфы помутняется взгляд. Слишком много феромонов, слишком много вожделения, и Чжао хочет сам побороться с этой проблемой. Профессор Шэнь скулит, боль только усиливается, парню уже мерещится запах, из-за чего инстинкты только сильнее берут вверх, завладевая разумом человека. Омега тяжело поднимается на гнущиеся ноги и бредёт к выходу, к двери, за которой стоит вкуснейший и такой желанный аромат, последние шаги даются тяжелее всего. Мужчина берётся за ручку, открывая замок, и старается открыть дверь, та поддаётся быстрее, потому что с другой стороны стоит тяжело дышащий Чжао, его взгляд быстро подмечает туманную пелену в опьянённых глазах друга и ловит его слабое тело, которое начало падать в сторону гостя.       — Чжаоо… — тихо поскуливая, произнёс Шэнь.       — Цс, спокойно, я тут, — держа партнёра, как принцессу, говорил шеф.       — Я… Мне больно, — постанывая, проговорил профессор.       ЮньЛань держит горячее тело и в квартире видит кокон, который сооружён из его одежды. Хранитель душ (жетона) кладёт тело омеги в эту сооружённую куколку, затем закрывает открытую дверь на замок, им не стоит волновать соседей, да и незваных гостей им не хватало.       Чжао мягко поглаживает волосы парня, его запах дурманит, но ему стоит держаться, пока сам Шэнь не скажет, он ничего не сделает. Такая тактика казалась ему хорошей и правильной, только он не знал, что сам посланник сильно жаждет того, кого он ждал уже очень долго. Ему слишком тяжко, жарко, больно, будто тело крутит изнутри, остаётся только сказать, постараться вымолвить хоть ещё одно слово.       — Чжао, прошу... Ах, помоги! — издав стон боли и удовольствия из-за трения, промычал омега.       — Я… — глотнув, хотел сказать упомянутый, но не смог.       Шеф сел на край кровати, поглаживая низ живота, стараясь приблизиться и поделиться запахом, но Шэнь не выдержал. Глава спецотдела лежал на спине, его глаза выдавали удивление, а дыхание сбилось, на него напрыгнул сам Шэнь Вэй, его губы были искусаны, а взгляд был прикован к розоватым, чуть обветренным от бега губам Чжао. Омега тихо наклоняется и соприкасается с тем, чего жаждал так давно, мягкость, нежность — это всё передаётся в таком лёгком соприкосновении, а ЮньЛань только смотрит на закрытые глаза, после чего решается и углубляет поцелуй. Всё происходит слишком быстро, профессор, не контролируя себя, обхватывает голову возлюбленного, продолжая целовать, пока его партнёр, в свою очередь, обхватывает талию и нежно массирует бока омеги. Профессор тает в таких ласках, его тело больше не имеет подчинения, оно будто парит в облаках, разум затмевает чувство эйфории, разливающиеся по свему телу, заволакивая разум приятной дымкой. Чжао старается дышать, сохраняя последние силы, чтобы не обрушиться на бедного коллегу возлюбленного, инстинкты альфы кричат, что сейчас то самое время, которого он ждал так долго. Метка, дающая знак собственничества и единства с парой — это именно то, что хочется поставить посланнику, но ЮньЛань ещё не знает чёткого ответа на это, он не настолько зверь, чтобы ставить такое против воли другого. Потому, после того, как оба мужчины разорвали поцелуй, шеф спецотдела посмотрел в ясные глаза партнёра, ища в них ясность и понимание происходящего, и омега даёт ему понять, проходясь по его скуле лёгким касанием пальцев, таким невесомым, будто боящимся навредить, глаза партнёра искрятся самой настоящей нежностью, любовью и искренностью. Мужчина не выдерживает, он подхватывает возлюбленного за бока и переворачивает на спину, нависая над ним, защищая и оберегая от внешнего мира.       Чёрный братец — не имя стойкости перед своими нравами, целует, вновь соприкасаясь с губами, прикусывая нижнюю губу из-за нетерпения, обнимая туловище, прижимая к себе, отстраняясь и припадая к шее, к тому месту, где сильнее выражен запах, который успокаивает, приносит умиротворение, сбавляя боль. Шеф не сопротивляется, приваливается всем телом на возлюбленного, открывая шею для поцелуев, вдыхая запах своего омеги, создавая трение их тел, сильное напряжение в паху, но такое сладкое и возбуждающее, что через нескольких таких манипуляций серьёзный и сдержанный профессор Шэнь не выдерживает, приближается к голове партнёра и томно стонет от ласк на ухо любовнику, обдавая тёплым дыханием красное от прилива крови ушко. Чжао не выдерживает, это просто СЛИШКОМ, он снимает с любимого свою футболку и прикасается своими прохладными пальцами его горячего тела. Профессор вздрагивает и издаёт гортанный стон, а Чжао думает, что им в будущем стоит попробовать «игры с разными температурами», но сейчас эту мысль он отсеивает подальше, ведь перед ним лежит предмет его воздыхания. Альфа обхватывает его сосок, массирует и прислушивается в учащённому дыханию возлюбленного, который сгибается и сильнее прижимается к партнёру. ЮньЛань щиплет и выкручивает, убирает пальцы и проводит по красной коже ореола, наклоняет голову и целует кожу, приподнимая глаза, чтобы посмотреть на такое красивое красное и чуть заплаканное лицо Шэня, который прикусывает губу, чтобы предотвратить звуки. Мужчина приподнимается на руках, ставит одну около головы возлюбленного, другой же дотрагивается до опухших губ, проводит по ним и, наклоняясь, произносит:       — Не стесняйся, не закрывайся от меня, я хочу слышать тебя.       После таких слов омега лишь сильнее краснеет, но убирает зубки и после одной манипуляции всхлипывает, а Чжао чувствует, что тот слишком возбуждён, их члены соприкасаются через ткани, создавая трение и дискомфорт, потому немного обозлённый Юньлань спускается к гениталиям парня, смотря на его реакцию снизу вверх. Его аккуратные пальцы стягивают резинку шорт, освобождая стоящий член, истекающий природной смазкой (предэякулятом), он слишком красивый, а запах трав только усилился, не зря в книгах пишут, что самые явственные места для запаха — это шея и гениталии. Шеф дотрагивается до него и слышит вздох, проводит по всей длине и следит за переменчивым лицом Шэня, который сначала жалостливо смотрел на партнёра, а после откинулся на вещи партнёра, держась пальцами за покрывало кровати, стискивая зубы и стараясь не помешать процессу. Чжао лишь ухмыляется, его чуть умиляет такая реакция: его партнёр не хочет мешать процессу, которым сам же ЮньЛань хочет довести Шэня до исступления и мольб. Мозолистые руки грубовато обхватывают член, проводя сверху вниз, оттягивая уздечку, иногда массируя большим пальцем чувствительную головку, отчего «сдержанный» профессор вздрагивает и приподнимает бёдра, издавая такие сладкие стоны, что любовник предвкушает момент, когда они займутся уже самим сексом, предвкушая рваные стоны, мольбы и всхлипы. Слишком возбуждающе, мужчина стягивает шорты совсем, массируя чувствительные бёдра, особенно внутреннюю их часть, прикусывая, поглаживая и возвращаясь к члену. Теперь же наступает момент, когда Чжао может начать постараться доставить небесное наслаждение тому, кто это и правда заслуживает. Его губы обхватывают ствол, вбирая тот наполовину, а сверху до его ушей доносится пронзительный стон, такой протяжный и приятный, что шеф подумывает никогда не выпускать его на свет божий, заперев здесь и придаваясь плотским утехам каждый чёртов день. Одна рука сопровождает путь рта, а другая находит то течное место, откуда исходит смазка и хлюпанье, партнёр собирает жидкость на палец, после чего аккуратно вставляет в отверстие, стараясь не причинить вреда и отвлечь своим ртом. Один проходит весьма легко, Шэнь лишь всхлипывает и старается найти другой угол, но альфа не позволяет, он продолжает проводить языком по всей длине, оттягивая уздечку, массируя круговыми движениями головку и проталкиваясь в уретру, отчего малыш Вэй издаёт множество стонов, не прекращая, не способный закрыть рот от ласк. Любовник, в свою очередь, продолжает ухмыляться и терроризировать своего возлюбленного сладкой пыткой, исследуя влажные стенки отверстия и добавляя уже второй палец. Теперь растягивать становится легче, а член профессора лишь сильнее течёт, подрагивая, а Чжао понимает, что тот готов кончить, потому он обхватывает головку, перекрывая путь к наслаждению. Посланник приподнимает голову, чтобы попросить разрешения позволения, но мужчина лишь наклоняется, чтобы вновь соприкоснуться с солёными от слёз губами, продолжая проталкивать свои пальцы, исследуя и находя ту самую точку. ЮньЛань дотрагивается до бугорка, схватывает его и массирует, а тело возлюбленного будто ударяет током, он вздрагивает и, отлипая от губ, стонет протяжно и так сексуально, что шеф спецотдела не в силах терпеть. Он снимает с себя себя одежду, кидая джинсы в сторону, оттягивает трусы до колен и, вытаскивая пальцы, слышит неудовлетворённый стон. Чжао собирает вытекающую жидкость, нанося её на свой член, когда чувство меры стало нормальным и весьма приемлемым, он аккуратно присаживается ближе к ногам партнёра, прося того расставить их пошире, после чего приближается ещё ближе, обхватывая лодыжки Шэня и закидывая себе на плечи, отчего профессор скатывается со своего кокона, смотря на красное и запыхавшееся лицо Чжао ЮньЛаня. Альфа приближается к любимому телу, становясь на колени и пристраивая свой член к щели своего омеги. Медленное проталкивание через кольцо мышц, ощущение влажности и тепла, обхвата и всасывания придаёт уверенности. Шэнь постанывает, слишком странное чувство, чуть дискомфортное, но приятное в области живота, жар внутри усиливается и превращается в лёгкое удовольствие. Чжао следит за состоянием партнёра, считывая любые изменения, и входит чуть глубже и видя, как его малыш обхватывает покрывало тоненькими пальцами, прикрывая глаза и открывая рот в немом стоне. Партнёр останавливается, прислушивается к чувствам возлюбленного и, услышав тихое «ДАВАЙ» входит до конца, до шлепка яиц об кожу, до хлюпанья смазки и протяжного стона, до капель слёз, стекающих из глаз на скулы, до позже образовавшейся улыбки и собственного пота, прилипшей к лбу чёлки. Шэнь Вэй улыбается и кивает головой, Чжао старается сдержать себя и тихо выходит из тела, чтобы со следующим вздохом войти, и так он делает несколько раз. Стоны заполняют комнату, запахи смешиваются, Смазка обильнее появляется в гениталиях, толчки шефа Чжао становятся сильнее, быстрее, и он обхватывает руками бока партнёра, создавая большее проникновение. Омега стонет, плачет, умоляет, а его альфа всё выполняет, делает так, как говорит его любовь.       — Мой, мой малыш Вэй… — рычит Альфа, вбиваясь в прекрасное тело.       — Твой, ах… Да…       Два голоса поют в унисон, рычание и стоны, мольбы и комплименты, хлюпанье и вздохи — всё смешивается, комната становится целым хором из разных звуков и мелодий. Цветочным магазином, создающим прекрасную симфонию запахов и ароматов. Жизнь будто становится понятней, в ней появляется смысл, а каждый стон Шэня лишь сильнее придаёт сил Чжао, он целует икры, ласкает член партнёра, задыхается от собственных стонов удовольствия, от горячих стенок, сжимающих его член, от смазки, так пошло хлюпающей при каждом толчке, от соприкасания яиц об кожу. Профессор стонет, изгибается и просто молит всех богов, чтобы это не останавливалось, чтобы то, что сейчас происходило, не было сном, чтобы всё было правдой.       — Ты... Мой малыш Вэй… — проговорил Чжао, смотря в глаза Шэня.       Омега лишь простонал и кивал, казалась его голова как болванчик, но шеф чувствовал ту перемену в запахе, признание и любовь, понимание пришло с большей силой, обрушивая радость. Силы покидали тело Шэня, слишком потрясающе, слишком изматывающе и ново. Отключиться ему не позволял ещё не наступивший оргазм, не смотря на то, что Чжао приятно ласкал член любовника, он не давал ему кончить раньше. Профессор уже был опустошён физически, ему оставалось лишь кончить, получить крышесносный оргазм и лечь отдохнуть, но ЮньЛань не позволял этого, наоборот, он терзал его тело. Альфа вышел из тела и омега хотел было удивиться, но не успел, его перевернули на живот, поставили на колени и вошли с новой силой, тут то у Шэня стало сравнение с реальным зверем, но оно быстро ушло от вновь накатившего удовольствия, растекающегося по всему телу. Шеф спецотдела трахал любовника нежнее, он выходил и входил, но под более медленный темп, запыхавшееся дыхание омеги было доказательством усталости, и Чжао не мог не заметить этого. Он наклонился к шее партнёра, продолжая входить, его губы касались мочки уха, лаская языком, обдавая горячим дыханием, руки ласкали грудь, снося крышу и доставляя удовольствие вдвойне. Малыш Вэй был готов кончить, и именно в этот момент альфа вдохнул аромат омеги, приблизился к затылку и, открыв рот, прикусил загривок. Это было феерическим окончанием, боль смешалась с сильным удовольствием, будто опуская рычаг, из-за чего омега бурно кончил, простонал так громко и протяжно, что Чжао пришлось сглотнуть слюну, а посланник пал на кровать радостный, с улыбкой и яркими глазами. Юньлань нашёл салфетки на одной тумбе и, отдрочив, кончил туда. Не думается ему, чтобы их консультант был беременным в такой период, когда он сам предложит, тогда и будет, но только не из-за прихоти самого Чжао.       Шеф Чжао вернулся к кровать, откопал плед и перед тем, как накрыться, смотрел на своего омегу, он помечен, уснул сразу же после изнуряющего секса, с улыбкой и обнимая одежду самого альфы, разве такое не может быть милым? ЮньЛань поцеловал возлюбленного в висок, лёг и, приподняв голову омеги, положил её себе на вытянутую руку. Пофиг, что она может онеметь, главное, чтобы всю оставшуюся жизнь Шэнь Вэй так же прижимался к нему, обнимая и обволакивая своим запахом.       — Мой малыш Вэй.