Сонный паралич

<Эмиль>

— Эмиль! Эмилька, открой! Эмиль! Меня разбудили громкие крики доносящиеся откуда-то из-за двери. Мне показалось, что меня звали по имени. В полудрёме, я подумал, что это всего лишь сон и собрался заново улечься спать. Но вдруг, услышал, что что кто-то стучится в мою дверь и звонит в звонок. «Значит всё-таки не приснилось». — подумал я, и сонный поплёлся открывать. Я открыл дверь и не успел даже опомниться, как в темноте, чьи-то сильные руки схватили меня, прижали к стене, а потом чужие губы жадно впились в мои, пытаясь втянуть меня в долгий поцелуй… Я резко стал отстраняться, вдохнул воздух в полную грудь и почувствовал до боли родной запах… — Дима! — выпалил я. — Ты чё это творишь? Пойдём на улицу, поговорим, пока ты мне всех соседей не перебудил и Алю тоже. Я взял Диму за руку и потащил во двор. Он, молча, не сказав ни единого слова, последовал за мной. Усадив его на скамейку и сам присаживаясь рядом, я спросил: — Зачем ты пришёл, Дим? Что тебе надо от меня, а? — Эмиль, ты цел? С тобой всё в порядке? — Я в порядке, Дим. Чё со мной будет-то? — Эмилька, я такого себе напридумывал! — Из-за того что ты себе напридумывал, ты заявился сюда среди ночи, ломился ко мне в квартиру, разбудил меня. Дим, ты забыл, что я теперь не один?.. — Я не могу смотреть как ты с ней счастлив. Меня это угнетает… Ты мне очень нужен… Я люблю тебя… — Ой, что я слышу! Неужели ты правда думаешь, что я тебе поверю, а? Тем более после того, как ты поступил со мной. — Эмилька, я сейчас как никогда искренне говорю. Я серьёзно, прошу поверь мне. — Да ты что?! Дим, ты же сам, полгода назад, после моих признаний вышвырнул меня из своей квартиры как надоедливую шавку. Ты посмеялся над моими чувствами. И даже сейчас, когда я прихожу на съёмки, не прекращаешь подстёбывать меня. А я всё терплю, молчу, потому что выбора у меня нет. Ты на работе меня достаёшь, а теперь ещё и сюда припёрся, и рассказываешь мне тут, о какой-то любви своей, неземной. Думаешь, я тебе вот так просто поверю, а?! — возмущался я. — Эмилька, прости меня. — с горечью и сожалением проговорил Дима. — Нет, Дим, не всё так просто. Или ты думаешь, что если ты пришёл сюда, поманил, а Эмилька сразу побежит за тобой, как собачонка?! Нет Дим, ты ошибаешься! У Эмильки сердце не камень и он больше никогда не позволит над собой издеваться. Я больше никогда не буду за тобой бегать! У меня теперь Аля есть. У меня своя жизнь, а у тебя своя. Так что иди, Дим. Утром на работе увидимся. Пока. — Всё? Иманов, ты всё высказал? — Да! — Ну и как? Теперь тебе легче стало? — Да, Дим. — Ну тогда я пойду. Но на последок, хочу тебе сказать: что бы со мной не случилось и как бы там не было, ты помни, что для меня ты самый дорогой человек в мире, ради тебя я готов на всё. Я люблю тебя, Эмилька, очень. И всегда буду любить. Дима встал и чмокнул меня в губы, а потом, медленными и неуверенными шагами, побрёл восвояси. Я, сидя на скамейке, заливался горючими слезами от осознания того, что я только что натворил… Я же люблю его... Я не смогу без него ни дня, он для меня всё, вся моя жизнь… Он пришёл ко мне и говорил так искренне, а я не поверил ему… Он странно так говорил, он сам на себя не похож. Может у него проблемы какие-то и он хотел ими со мной поделиться? А я прогнал его и даже толком не выслушал… Я вскочил со скамейки и пулей помчался за Димой вдогонку. Я хочу вернуть его, пока не поздно. Я догоню его и всё ему расскажу. «Ох, Эмилька, Эмилька. Что же ты делаешь? А ещё говорил, что больше не будешь бегать за ним. Ну что ж ты слабый то такой, а?» — подумал я, — «Почему же ты так зависим от него?». — Дима! — кричал я ему вслед, — Дим, погоди! — Ты куда? Постой! По моим щекам текли горячие слёзы… — Попутку ловить, домой поеду! — сухо бросил он через плечо. — Погоди! Постой, я хочу тебе сказать… Дима остановился. Повернул ко мне своё лицо и я увидел, что его глаза были полны слёз… — Что ты ещё хотел сказать? — спросил он еле слышно и с некой дрожью в голосе. Мне стало его так жаль! Он был похож на брошенного измученного котёнка. Я впервые видел его таким. — Дим, прости меня, я столько гадостей тебе наговорил, — слёзы градом катились из моих глаз. — Я тебя люблю, очень-очень. И всегда буду любить. — Эмилька, солнышко моё, — выдал Дима тоже со слезами на глазах, и прижал меня к себе. — Ты ни в чём не виноват. Ты всё правильно сказал. Это я идиот. И это мне надо просить прощения, а не тебе. Прости меня, прости, пожалуйста, прости. Прости, за то что я тебя обижал, за проблемы, которые я тебе создал! Прости меня, Эми, котёнок мой, я не хочу чтобы ты из-за меня страдал! Прости меня за всю ту боль, которую я тебе причинил, — прижал он меня к себе ещё сильнее, утыкаясь носом в мою макушку. — Эми… Мне очень нравится, Дим. Так ласково меня ещё никто никогда не называл. Ну, кроме моей мамы, и то иногда, — блаженно сказал я с нежностью в голосе, и втянул его в долгий, жаркий, полный любви поцелуй… Наши губы смыкались с дикой жадностью, словно пытаясь выжать друг из друга последние соки, а языки сплетались в безумном и страстном танце любви…