Сонный паралич

<Эмиль>

Дима улёгся на кровать и стал вызывать Мару… Через время, вокруг нас стали происходить необъяснимые вещи: на улице здорово усилилась непогода, гроза разыгралась с огромной невероятной силой, а по дому гулял сильный сквозняк, (хотя все окна и двери были закрыты) и что было очень удивительно, свеча горела независимо от этого сквозняка. С очередным блеском молнии и раскатом грома, висящее на стене зеркало упало и разбилось на мелкие осколки, отчего, Дима подскакивая на кровати, выкрикнул своё коронное: —«Ёп твою мать!». После этого, ему пришлось начинать почти всё заново. Я же, хоть мне и пиздец как было страшно, пытался сохранять спокойствие во всей этой ситуации. После повторной попытки, наконец дело пошло. В комнате, как и прежде стоял холодный воздух, вдалеке послышался уже знакомый мне смех, но не злорадный, как был раньше, а более мягче. А затем, в темноте появились горящие жёлтые глаза и устрашающая женская фигура стала приближаться к Диме, но он уже начал произносить заклинание. Она вплотную приблизилась к нему и пыталась притянуть его к себе. Я наблюдал это с неописуемым страхом за него. Он лежал не двигаясь, словно был парализованный, продолжая читать заклинание как мантру. Ведьма пыталась погладить его, запуская свои мерзкие руки под его кофту. И тут… Я вспомнил слова Никиты, что нельзя к ней прикасаться голыми руками, а здесь целое тело… Я не выдержал и заорал во весь голос. Она переключила своё внимание на меня и издавая свой зловещий смех, пыталась схватить меня за горло. Но с первого раза у неё ничего не вышло. Делая очередную попытку, она таки добралась до меня. Но сделать почти ничего не смогла, так как очень сильно ослабла. Я уже почти было вырвался из её мерзких цепких рук, но в последний момент меня накрыл приступ астмы и я полез в карман за ингалятором. Дима же, видя эту картину, запустил флакончик, который ему вручил Сударь, прямо в ведьму. Он отрикошетил от неё и разбился об пол, из него пошёл дымок с очень неприятным запахом, а в пентаграмме упала свеча и от неё загорелась ветка Омелы. После всего этого, ведьма со зловещим взглядом и потусторонним криком, стала растворяться в воздухе, пока совсем не исчезла. И к моему большому удивлению, после того как она пропала, непогода, которая бушевала на улице в течении часа, стала утихать… Дима, на радостях, прижимая меня к себе, закричал: — Да! Да! Да! У нас всё получилось, Эмилька! Она исчезла! Теперь нам больше ничего не помешает быть счастливыми! Обнимая Диму, за его спиной я увидел Сударя, стоящего в дверях. В его глазах отражался печальный блеск. Я не ошибался… — Погоди немножко, Дим. Я сейчас вернусь, — сказал я и освободившись из его объятий, побежал вдогонку за Сударем. — Эми, ну куда же ты? — развёл руками Дима. — Никит, подожди! Постой, пожалуйста! — выпалил я, догоняя его на улице. А там, уже во всю светилась яркая желтая луна и всё небо было покрыто звёздами. Как будто никогда и не было непогоды. Никита остановился и я притянул его в свои объятия. — Давно это у тебя, брат? — Ты это о чём, вообще? Он сделал непонимающий вид. — Никит, я не дурак. Я давно всё понял. Не надо передо мной изображать неведение. У него больше не было смысла отпираться. — Давно, брат. Очень давно, — смахнул он с ресниц выступающие слёзы. — Но я привык уже к этому. Вокруг него постоянно все крутятся: и девчонки, и парни. А меня он не замечает, хотя я всегда с ним рядом… — Никита, брат, прости меня, пожалуйста, — произнёс я с горечью, мягко поглаживая его по спине и затылку. — Если бы я только знал… — Эмиль, братишка, ты ни в чём не виноват. Ты же слышал слова Серёги: вы с ним почти соулмейты, вам судьбой предназначено быть вместе. Так что, я тут как ни крути, всё равно лишний. Для меня он всегда будет моим другом, моим братом, так же как и ты, и Даня, и Артём, и все остальные наши пацаны. Перегорит всё, переболит, забудется. Давай и мы забудем об этом? Не говори ему ничего, ладно? Дай мне слово, пожалуйста. — закончил он свой монолог, высвобождаясь из моих объятий. — Ладно, Никит. Как ты захочешь так и будет. Я обещаю, даю тебе слово. Я могила. — Это хорошо, — улыбнулся Сударь. — пойдём, а то ребята сейчас искать нас будут. — Пошли, — сказал я. — Кстати, Никит, ты заметил, как погода изменилась после обряда? — Ага. Походу, это реально всё взаимосвязанно было. Ну ничего, главное что всё хорошо закончилось. Когда мы вернулись в дом, Дима и Даник собирали все камеры и убирали следы обряда в комнате. Заметив Сударя, Дима, расплываясь в улыбке, прижал его к себе. — Спасибо тебе, брат. Спасибо за всё большое-пребольшое. Я не знаю, что бы мы без тебя делали. — Как нам тебя за это благодарить? — поинтересовался я. — Да не надо никак, — тепло улыбнулся Никита. — Я кажется вам уже говорил об этом. Да и не смог бы я по-другому. Я тоже обнял пацанов. — Дань, иди к нам, — позвал Даника Дима.  — Подождёт эта уборка. Вот так, мы вчетвером, простояли в обнимку около пяти минут, а может и больше… — Спасибо вам, ребят, — сказал Дима. — За то, что не оставили нас в беде. — Таких друзей как вы, у нас ещё никогда не было. И не будет. Вы самые лучшие, — добавил я.  — Ну что, давайте собираться домой? — сказал Дима, беря в руку сумку с оборудованием. — Давайте, — улыбнулся Даник. Они с Никитой пошли на улицу. — Эми… Я так тебя люблю, — ласково произнёс Дима, впиваясь в мои губы горячим поцелуем. И я без раздумий ответил ему… — Я тоже тебя люблю, очень-очень, — улыбнулся я, нехотя оторовавшись от его сладких губ. И мы пошли к ребятам. — Слушай, Сударь, когда мы на тебе проверяли этот эксперимент, к тебе эта ведьма, Мара, тоже приходила? — мягко поинтересовался у него Дима, уберая сумку с оборудованием в багажник. — Да, — ответил Никита, садясь в машину. — Приходила, но я видимо не в её вкусе,  — улыбнулся он. — Поэтому у меня было всё не так сложно, как у вас. Да и подготовлен я был. — Ясно, — улыбнулся ему в ответ Дима. — А она совсем исчезла? Или ещё вернётся? — К тебе навряд ли, — ответил ему Сударь. — Ну, если только, ты опять не надумаешь с этим эксперементом связываться. — Это нехорошо, — вздохнул Дима. — Я ведь уже подумывал и третью часть эксперимента снять. Ну да ладно, — усмехнулся он.  — Зато я теперь благодаря тебе, знаю что к чему. И подготовиться мне не составит большого труда. — Ну, тогда мы все с тобой! — воскликнул Даник. — Поддерживаю! — улыбнулся я. — И ещё кого-нибудь из ребят позовём, — усмехнулся Сударь. — Толпой веселее будет и не так опасно. Всю дорогу домой, у нас в машине царила лёгкая и уютная атмосфера. Мы с ребятами весело говорили обо всём на свете. А когда мы вернулись назад в город, развезли их по домам, а потом поехали к Диме. Хотя нет… К нам домой… Вместе, мы провели безумную, страстную ночь любви… Мы наслаждались, упиваясь друг другом и получали неземное удовольствие. Отдавались друг другу полностью, до последней капли…