Лучший кофе на Невском

Полдень. Работа кипит. Все спешат на обед, образовывая толпы на улицах, в коих и запутался Леша. Мало того, что он уже опаздывал на пятнадцать минут, так еще и собрал все светофоры по пути. Исторический проспект, где находилась кофейня, в которой юноша работал, всегда поражал своей красотой. Все эти многочисленные дома, торговые сооружения, перекрестки, переполненные сигналящими иномарками. Леша и представить не мог, что станет частью такого колоритного мира - северной столицы России. Детство и осознанная юность Макарова прошли в пригороде Петербурга, детдоме «Радуга». Не самое лучшее место для того, где мечтает вырасти ребенок. Пусть они и находились всего в двадцати километрах от города, но вывозить детей, без веского на то повода, никто не горел желанием. Поэтому редкие вылазки в театры или на экскурсии, приносили ребятам неимоверное наслаждение. Если возможно влюбиться в город, то Леша, определенно чувствовал куда больше эмоций к Санкт-Петербургу, чем простое люблю. Появилось стремление оказаться ближе к жизни внутри мегаполиса. И вот спустя каких-то пару лет, Алексей - студент, поступивший на бюджет в один из лучших Вузов страны. А дальше все закружилось в калейдоскопе событий, переезд в общежитие, учеба, поиск работы (ведь нужно, хотя бы мало-мальски, удовлетворять свои потребности). Библиотекарем особо много не заработаешь, промоутером тем более. Работа бариста сама нашла Макарова, а он не сильно был против. - Леша! Ну, сколько можно ждать? – женский голос, раздается быстрее, чем Макаров переступает порог кофейни. – Я ведь предупреждала тебя, чт.. - Прости-прости, я помню, Кэтти. Иваныч опять задержал. Кто, как не Катя, знает преподавателей университета Леши, ведь за год работы бок о бок столько выслушала о них. - Я бы с радостью поинтересовалась из-за чего, но мне нужно бежать. – девушка быстро снимает фартук, обходит стойку с выпечкой. – Не скучай, милый. – и легонько щелкает парня по носу. - Да как тут заскучать.. С момента начала работы здесь, кофейня стала любимым пристанищем ученика. В силу того, что его особо нигде не ждут. Даже спустя год учебы, друзьями он не обзавелся, так, парочкой знакомых. Поэтому единственное, чем Макаров поистине дорожил – должностью и хорошими отношениями с местным персоналом и начальством. Немногочисленные работники стали хорошими компаньонами. Хозяин сего заведения – Игорь Константинович, был человеком лояльным, отзывчивым, но ведущим качеством было умение ценить людей работающих на него. Посещаемость в кофейне была отличной, расположение сыграло свою роль, но и к добрым людям за прилавком хотелось возвращаться снова и снова. Милую музыку, играющую фоном, прерывает прокуренный голос: - Парень, будь добр, плесни стаканчик кофе. Не стоит говорить о том, что Макаров не узнал этот голос, в это и так сложно поверить. Ведь Кирилл Гречкин – в каждой бочке затычка. Впервые парни пересеклись в числах двадцатых октября, когда представитель золотой молодежи, единственный раз за два месяца, почтил своим присутствием простых, смертных учеников СПБГУ. Университет тогда гудел похлеще, чем музыка на открытии казино «Золотой Дракон». И впрямь, есть повод. Впрочем, Леша прибывал в культурном шоке от статуса Кирилла в городе, не каждому везет родиться сыном прокурора и обрести столько шумихи вокруг себя. Хотя блондину это определенно доставляло удовольствие. - Прошу прошения, что? – переспрашивал Леша, по большей части из-за занятости, а не от формы выражения мысли Гречкина. Все уже давным-давно привыкли к быдловатости этого молодого человека. - Что, слух подводит? Говорю, кофе налей. – буркнул Кирилл. - А, эм, да. Конечно, какой вам? – Макаров слегка теряется. - Покрепче, если есть виски, то плесни туда же. - К сожалению, только сироп… коньячный. – не удивительно, что даже в кофе, аристократ просит алкоголь. - Готовь. – скорее приказ, чем просьба. Гречкин облокачивается на витрину и стоит с таким надменным видом, аж блевать тянет. – Слушай… Алексей – имя, естественно читает с бейджа. - мы не встречались до? - Я не думаю, – парень заметно напрягается, не нужно ему лишнее внимание. – Ваш кофе. - Ага – зеленоглазый кидает на стол тысячу и берет напиток. Леша даже не успевает сказать, что он только открыл смену, так и так, сдачи – нет. Действие сопровождается лишь вопросительным и слегка взволнованным взглядом бариста. – Себе на чай оставь. – как стремительно появляется и так же стремительно исчезает, с присущим ему высокомерием. Леше ничего не остается, как продолжить работать.