Апрель

24 октября -Хорошо сегодня поработал, Лэнс,- мужчина открыл чёрную дверь, чтобы попрощаться с директором перед уходом домой.-Ты заслужил хороший отдых. На это Стерлинг лишь вздохнул, обводя взглядом темную комнату. Отдохнуть правда не мешало, а мужчина хотел провести своё свободное время с новым напарником, без которого он уже не представлял ни одну миссию. Лэнс уже давно хотел пригласить к себе Беккета домой, очень уж ему нравилось проводить время с веселым мальчишкой, который ни на секунду не замолкал, вечно рассказывая о своих новых идеях или же о том, как провёл очередной день в лаборатории. -Спасибо директор, увидимся завтра,-сказал мужчина, когда выходил из кабинета. Закрыв за собой дверь, Лэнс потёр глаза, которые слипались, требуя уже привычную кружку крепкого кофе. Стрелинг стал уставать, задерживаясь на работе с каждым разом все дольше и дольше. Он направился к лестнице, подавив в себе это наглое желание, ведь ещё надо было зайти за Уолтером, слишком он соскучился за парнем. Стерлинг уже видел яркую улыбку Беккета, заходя в его лабораторию, но его быстро настигло разочарование. Парня там не было. Лэнс удивленно повёл бровью, Уолтер каждым день был поглощён наукой, потому редко выходил из комнаты. «Наверняка он тоже устал и вернулся домой раньше»-Лэнс ещё раз осмотрел всю лабораторию, надеясь что Уолтер решил подшутить над ним и сейчас точно выпрыгнет из своего потайного места и напугает напарника. Но спустя несколько минут ничего не случилось. Лэнсу ничего не оставалось кроме как покинуть любимое место товарища. -О, здравствуйте, мистер Стерлинг, вы кажется ищете Уолтера,-сказал незнакомый мужчине сотрудник, ему незачем было запоминать каждого в агентстве, когда все знали его-Он ,кажется, сегодня вовсе не приходил. -Как не приходил?..- мужчина не смог припомнить ни один день когда Беккет пропускал любимую работу. Незнакомец лишь пожал плечами, собираясь также уходить домой, складывая свои вещи в чёрную, кожаную сумку. Сердце Лэнса от чего-то стало биться быстрее. Оставалось лишь одно место, где Стерлинг мог найти напарника. Ещё с самого переезда Беккета в новый дом агент запомнил точный адрес. Он, бывало, заходил в гости парня, они часто вместе смотрели кино, но сохранять внимание на одном лишь фильме Лэнс никогда не мог, его всегда отвлекал его товарищ своим присутствием. За время фильма Стерлинг успевал налюбоваться всей красотой своего напарника, изучить все его линии и черты, но и этого время, проведённого вместе ему вечно было мало. Свет в окнах дома не горел, но это все равно не убило надежду агента увидеть Уолтера впервые за день. Постучав два раза, никакого ответа мужчина не получил, тогда ему пришлось рыться в карманах, чтобы найти ключ, доверенный ему Беккетом, они друг другу доверяли... В доме было не особо чисто, на полу кухни валялись полотенца, колбы и прочий хлам, видимо оставленный в ходе очередного эксперимента. Но Уолтера также нигде не было. Ни в ванной, ни в кухне, и даже на втором этаже, который Лэнс перевернул с ног на голову, напарника также не нашлось. Спустившись в коридор, обратно на первый этаж, мужчина явно не понимал что ему делать дальше, ни одной идеи где был Беккет у него не было. Сквозь маленькое окошко в темную комнату попадал свет, освещающий пыль, которая летала повсюду в доме Уолтера. Повернув голову на фотографию, освещенную светом Лэнс тут же выскочил из дома, запрыгивая в машину. Его взгляд несколько минут назад упал на фотографию мамы Уолтера, с подписью «24 октября». Пока Лэнс доехал до кладбища, начался дождь, выйдя из машины его костюм тут же насквозь промок, а запах дорого парфюма тут же был перебит запахом свежести. Стерлинг шёл через серые, однотипные памятники, не думая ни о чем. Он был уверен что встретит Уолтера именно в этом месте, и он точно будет не в лучше настроении. От одной только мысли у Лэнса закололо в груди, сейчас он абсолютно не был готов видеть Напарника в тяжелом состоянии. Мужчина понятия не имел что должен говорить в подобной ситуации дорогому человеку. Спустя миг он разглядел среди леса серых памятников белое пятно, согнувшееся над одной из могил. Пятно иногда подрагивало, но кажется вовсе не обращало внимание на дождь, продолжая сидеть скрючившись над злопамятным местом. Уолтер даже не развернулся на хлюпающие шаги Лэнса, лишь тяжко вздохнул. Они простояли в тишине около 10 минут, пока Уолтер не развернулся лицом к Лэнсу с красными глазами. Его слёзы смешались с каплями дождя, упавшими на лицо, как только Беккет поднял голову -Я по ней очень скучаю,-проговорил парень и тут же из его глаз вновь покатились слёзы. Лэнс стоял около парня, просто стоял. Он не был готов увидеть слёзы своего вечно веселого напарника. Он хотел его обнять, правда хотел, обнять и успокоить, прижать к себе со всей силой и не отпускать, лишь бы Уолтер перестал плакать, лишь бы не видеть его боль и все переживания, которые он постоянно прятал. Пока мужчина не мог разобраться со своими бушующими мыслями Беккет сам прижался к нему, уткнувшись носом в плечо Стерлинга. -Знаешь, я думаю твоя мама смело может гордиться тобой,- для Лэнса было сложно сказать подобные слова вслух. После небольшого молчания, за которое Стерлинг нашёл в себе силы продолжить мужчина добавил-так же сильно, как и я горжусь тобой... Последние слова, на удивление агента легко вышли изо рта, он надеялся что подобное высказывание сможет успокоить и согреть Беккета. Ещё сильнее чем согревал его Стерлинг, хотя сильнее было некуда. Уолтер шмыгнул носом, слегка отстранился от Лэнса, только чтобы вытереть слёзы рукавом кофты, а затем с новой силой обнять агента -Спасибо, Лэнс, я рад что ты рядом со мной, правда рад -Я буду рядом, обещаю, даже если начнётся конец света, будет апокалипсис, даже если ты по какой-то причине ты начнёшь ненавидеть меня, я все равно буду рядом, всегда... я люблю тебя Беккет лишь усмехнулся, сильнее прижимаясь к Стерлинг 17 апреля С самого утра шёл дождь. «Видимо это стало традицией»-посмеялся Уолтер идя к знакомой и родной могиле -Прости что не смог ответить на твои чувства, Лэнс. Теперь Беккет был один, никто больше не увидит его слез. Он наконец мог позволить выйти всем эмоциям наружу, все равно никто уже не услышит его боль.