Вы моя еда

Наступил следующий день. Проснулся я от звонка телефона. Встав, я поднял трубку. —Алло? Кто здесь? —Италия-кун? —раздалось с другого конца трубки— Вы дома? —Я-япония? Нет, не дома? С другого конца послышался тяжёлый вздох —А где Германия-сан? Тут я понял что если скажу правду, то может произойти непоправимое. —Он ушёл… —Италия-кун? Что-то случилось? —Да нет, ничего… —Ладно, пойду его искать. Спасибо, Италия-кун. Он бросил трубку. Я знал что Япония в любом случае зайдёт ко мне. Мне нужно было что-то сделать. Обдумав план действий, я пошёл в магазин за лапшой. Прийдя домой я начал ждать. Ждать долго не пришлось, скоро я встретил Японию возле своего дома. Мы зашли домой и присели за стол. —Ну что, нашёл его? Он отрицательно покачал головой. —Нет не нашёл. Может он по делам ушёл? —Возможно… —Я встал из-за стола— Будешь лапшу? Он согласился. Подсыпав кое-чего туда, я отдал Японии лапшу, а сам пошёл в другую комнату. Через пару минут я услышал как падает тело. Зайдя на кухню я увидел Японию на полу, ещё в сознании. —Что случилось? —И-Италия-кун? Я не понимаю что случилось. Я не контролирую свои движения… —Может присядем на диван? —Д-давай. Я отвёл его в другую комнату и мы присели на диванчик. Я сказал что найду что нибудь, что поможет ему, а сам пошёл за ножом. —Прости… — Я сильно сжал нож в руке— Я ничего не нашёл. Потом резко я ударил Японию ножом в спину. После чего он упал на пол. Он обернулся. —Ч-что ты делаешь?! Италия-кун! Я посмотрел на него. —Что я делаю? То же что и с Дойцу… Ты ведь его искал? —Я посмотрел в сторону подвала— Он там… Но не спеши туда бежать. У тебя течёт кровь, вдобавок тебе ещё и плохо. А Дойцу уже давно мёртв… Япония привстал и посмотрел на меня. —Зачем? Зачем ты это делаешь? Что с тобой случилось? Ты был нормальным человеком. Что сделало тебя таким? Я вытащил нож и замотал рану на спине. Потом положил нож на стол. —Что сделало меня таким? Меня таким сделал голод… —Я присел рядом с Японией— Понимаешь, дома не было ничего, кроме Дойцу. Я подумал что съесть его, это хорошая идея. Я отравил его, после чего затащил его в подвал и убил. Тебе рассказывать что произошло дальше? Он хотел что-то сказать, но промолчал. Я взял его за руку. —Ты так хотел зайти в тот подвал и посмотреть, что там внутри. Знаешь… Я отведу тебя туда. —Я взял нож в свободную руку— Но учти. Ты отравлен, у тебя глубокий порез на спине, а также при попытке сбежать, я воткну нож ещё раз. Он опять промолчал. Я понял, что он что-то задумал, поэтому я прихватил ещё и молоток. Мы пошли в подвал. Я отвёл своего друга к столбу к которому был привязан Германия. Потом я отошёл и закрыл подвал. После этого я подошёл к Японии. —Ты его искал? К сожалению ты опоздал. А ведь прийдя чуть раньше, ты мог бы его спасти. Он посмотрел на меня. —Кто ты такой? —М… В каком смысле? —Ты не наш Италия… Италия-кун никогда бы так не сделал. Он бы никогда, даже ради собственной выгоды, не убил бы никого! —Почему ты так думаешь? —Я подставил нож к его шее— Говоришь, что Италия бы так не сделал? Ради собственной выгоды, никого не убил бы? Я делал это, не для собственной выгоды. Я делал это, чтобы выжить. Я не хочу страдать, но при этом чтобы все были живы. Понятно? Япония посмотрел на меня. Кажется он понял, что я хочу сделать, если он будет продолжать говорить. —Ладно. Я сдаюсь. Ты уже наверное устал смотреть на этот труп? может отойдём от него? Я взял его за руку и отвёл в другой угол подвала, так чтобы Германию не было видно. —Тебе понравилась лапша? Знаешь, уже полдень, а я так и не поел… Я взял молоток и ударил по его ногам. Он тихонько застонал. Кажется он не хотел показывать свои эмоции. Потом я взял нож и воткнул в то место, куда я ударил Японию. Резким движением я срезал кусок плоти со спины. После этого мой друг умер. Я резал его, отрезал куски плоти, выламывал кости и вытаскивал органы. Закончив своё занятие, я поднялся наверх. Там я разогрел сковороду и начал жарить то что я срезал. Прошло несколько минут. Я отключил газ и положил мясо на тарелку. После начал его есть. По моим щекам стекали слёзы. До меня дошло, что я только что сделал. Я убил тех, кто был мне очень дорог. Я как будто не понимал, что творю. Сейчас я доедаю своего друга. Закончив, я встал из-за стола и схватив кухонный нож, покончил с собой. Перед смертью я повторял лишь одно— «Простите меня»…