Ты украл моё сердце, Тоша!

У Антона дрожат колени. Парень будто вечность сидит взаперти четырёх неимоверно чёрных стен. Его воспоминания заставляют сожалеть о произошедшем. Боль родных людей стояла у него в глазах с того самого дня. Шастун хотел закричать: "Вот он я, живой и невредимый, только не страдайте из-за меня, не нужно!" В голове мысли путаются, ком в горле не даёт сосредоточиться, а тело болит. Болит от недостатка еды, воды и сна. Болит душа от желания просто-напросто кого-то заключить в свои объятия.

***

Арсений проснулся рано. Одевшись, парень вышел на улицу. Тихо, спокойно, полная противоположность внутренних ощущений брюнета. Арсений побрёл в парк, уже начинало светать. В голове у юноши была всего одна мысль: "Я найду тебя, ты только держись." Попов не заметил, как пришёл к тому месту, где они с Антоном провели вечер в первый раз. Он пришёл на гаражи. Деревья лениво тянулись вниз, солнце медленно поднималось. Будто всё происходило в замедленном действии. Город просыпался.

***

У шатена было плохое предчувствие. Хотя, хорошего быть в этой ситуации и не может. Антон стал вспоминать свою жизнь: как юноша гулял в детстве на площадке с Димкой и Пашкой, как первый раз пошёл в школу, как мама каждый раз смотрела с порога, провожая сына на учёбу, как приобрёл друга — кошку, как окончил школу, как вместе с Димой поступил в универ, как он первый раз увиделся с Арсением, вспомнил все их ссоры и проведённые вместе дни, как познакомился с Оксаной. Антон очнулся только тогда, когда кричал. Кричал на всю мощь, срывая свой голос. В дверь стали громко долбить. От этого шума у парня заболела голова. Шатен просил перестать, но его не слушали. И только после мучительных 5 минут перестали. Антона оглушили.

***

– Что значит всё перекрыли? – интересуется брюнет. – Сегодня обследуют улицу, пожалуйста, идите другим путём, – говорит какой-то парень лет двадцати. – Я опаздываю! – возникает Арсений. – А я ни при чём, – пожимает плечами собеседник. – Все всегда ни при чём! – парирует Попов и разворачивается на пятках. Брюнет и вправду опаздывал. Сегодня у него две встречи, одну из которых он рискует пропустить. Арсений, недолго думая, начинает бежать. Юноша добрался за 10 минут. Войдя в уже знакомое кафе, он вдыхает запах терпкого кофе. – Ну ты где там застрял-то? – спрашивает Дима, как только брюнет подходит к столу. – Улицу перекрыли, – безжизненно произносит Попов и садится рядом со всеми. – Ребят, мы вас собрали для того, чтобы рассказать одну новость, – сказал Позов. – Что случилось? – испуганно спрашивает Оксана. – Рассказывайте, – устало говорит Паша. – Что ещё могло произойти? – удивляется Матвиенко. – Все знают про похороны Антона. Но, как выяснилось, кто-то инсценировал его смерть, – брюнет сжал губы в тонкую полоску. Арсений заметил на себе взгляд Оксаны. Она... сожалела?

***

Антон очнулся в белой комнате. Неужели этот кошмар ещё не прекратился? Шастун снова лежал на больничной койке, а возле него сидела всё та же медсестра. Видимо, похитители очень дорожат им. Но для чего? Шатена к чему-то готовят? Или он должен прожить остаток своей жизни в душераздирающей боли? В комнату входит заместитель. Как же он мозолит глаза. – Привет, Шастун. Антон молчит. – Ты, наверное, уже немного подустал здесь? Шатен лишь отводит взгляд в сторону. – Запомни. Ты — никто, тебя никто не ищет, ты никому не нужен. – Ты за всё это время ни разу не сказал правды, – Антон выдавил смешок. Мужчина нахмурился и резко отошёл в сторону. Немного подумав, он достал какие-то фотографии, говоря: – Смотри, это твой дружок, не так ли? – мужчина заливисто смеётся. Шастун переводит взгляд на протянутые фотографии. На них и Арсений. Но... он не один, он не такой, какой был на видео. Он веселился! Он, чёрт возьми, целовался с какой-то девушкой! – Тебя променяли, как последнюю шалашовку, – заместитель кидает в Антона карточки с изображением Попова и уходит за дверь. У парня закололо в груди, а перед глазами появились чёрные пятна.

***

Брюнет шёл на вторую встречу. Попов помнит, как несколько дней назад перебрал в баре. На утро он не смог вспомнить, как очутился на мосту, где они вместе с Антоном гуляли под дождём. Арсений надеялся, что не натворил никаких глупостей. Парень пришёл на место встречи. На этот раз другое. – Какие новости? – Ничего, – пожимает плечами змей. – Что значит ничего? – закипает Арсений. – Мои ребята прочистили всё. Единственное, что удалось узнать, так это то, что в тот день вслед за вами приехала какая-то чёрная машина. Из неё вышли два мужика, они были одеты под цвет машины. Осмотрелись, сели обратно и поехали вглубь леса. – Ну и что? Даже номер машины не знаете? – спросил Попов. Приятель замотал головой. – Но удалось выйти на одного из тех мужиков, я из всех банд знаю только одну такую. Они новенькие и особо не освоились. – Кто у них главарь? – Не знаю. Мы завтра планируем съездить на их базу и узнать. – Я еду с вами, – решительно говорит Арсений. – Будто я собираюсь тебя отговаривать.

***

Антон ничего не чувствует. Он даже не может пошевелиться. В голове пустота, ни единой мысли. Шастуну кажется, что он попал в тот фильм, где человек смотрит на себя со стороны, когда отдаляется от своего тела. А может, это кома? Или сон? Может быть, сейчас пора открыть глаза и убедиться, что это был ужасно длинный сон? А что, если шатен и не рождался? Если он управлял, как сейчас, издалека своим телом. Но сейчас оно не подчинялось парню. – Разряд! Слышится будто эхом в сознании. Сознание... он жив.

***

Попов дома. Дома, с сигаретой в руках. Он уже докурил и сейчас оставит очередной шрам. А после ему напишет Оксана, и юноша возьмёт телефон. Оксана. Нам нужно поговорить. Это не телефонный разговор. 00:09

Попов. Завтра. В том же кафе. 00:12