Honey

Губы в который раз накрыли чужие, сминая в страстном и наполненном эмоций поцелуе, пока руки бродили по нежному и, на удивление, не свойственному, как для парня, телу. Под собой те самые руки ощущали выразительные бёдра, сильные ноги, округлые и накачанные ягодицы под тканью штанов. Иногда конечности шарились по талии, спускаясь обратно на привлекательную задницу, сжимая её пальцами, на что получая тихие стоны наслаждения, пруглушенные поцелуем. Сейчас просто хотелось ощутить всю вкусноту этой фигуры, насладится как будто в последний раз, что вполне возможно. Шинсо ощущал себя прекрасно, пока на его коленях чуть елозил желтоволосый парень, а руки последнего сжимали плечи, изредка перемещаясь на шею Хитоши, оглаживая её. Ухватить Денки было довольно сложно, даже через тот простой факт, что Каминари встречался с Киришимой, однако, скорее всего, с недавних пор их отношения разрушились, виной чему послужило то, что Пикачу застукал Эйджиро с какой-то бабой в баре, куда пришёл с друзьями. Среди них был и безответно влюблённый фиолетововолосый, который сразу бросился за едва ли не плачущим Денки, особь которого уже мелькнула в дверях заведения. После того, Хитоши, немного успокоив парня, забрал его к себе домой, где нашлись пару бутылок коньяка и пива, которым тогда был очень рад Каминари. Хоть последний и сам был за то, что горе нельзя залить, однако сегодня он попросту забил на этот свой принцип. Будущий герой рассуждал на тему, мол «что со мной не так, что все меня бросают?». А ведь действительно – что в нем такого плохо? Чем Денки так налажал в прошлой жизни, что в этой его предавали пару раз подряд? Возможно, в этом есть и его вина, ведь Пикачу каждый раз доверял разным парням, начиная с ними отношения, но потом расставаясь, то бишь его бросали. И это ещё ничего, однако Каминари-то влюблялся не детской симпатией, поэтому парню каждый раз было больно видеть с его уже бывшими парнями кого-то другого, или то слушать то злосчастное «нам нужно расстаться». Сейчас же Шинсо хотел всем чем можно показать, что желтоволосый кому-то да нужен. И этот «кто-то» ни кто иной, как сам фиолетовоглазый. Да, Денки был пьян, но он не из тех, кто забывал всё и вся после бухича, и лишь эта причина говорила Шинсо продолжать и вкладывать ещё больше нежности в перемешку со страстью в ласки. Сильные руки, приятно для младшего, массировали задницу, а язык ласкал чужой, иногда отвлекаясь и шарясь по белоснежным зубам и внутренних стенках щёк. На лбу выступили капельки пота, что скатывались по вискам, или же стирались подушечками пальцев. Наконец отстранившись друг от друга, парни устремили взгляды в глаза напротив. У фиолетовых глаз играл огонёк похоти и страсти, от чего те ярко горели, а вот янтарные стекляшки будто накрылись пеленой новых чудесных ощущений, что также давало пламя для взгляда. — Ты прекрасный, Денки, — хриплым и завораживающим голосом признался Хитоши младшему, прервав тишину. Такие краткие, но до безумства приятные, комплименты загоняли Каминари в краску, заставляя отводить взгляд куда-то в стену, на что Шинсо тихо хмыкал. Пальцы прошлись по приятным на ощупь волосам, а после нежно переместились в область рта, беря Денки за подбородок и притягивая покрасневшее лицо к чужому. Язык прошёлся по губам, тут же вторгаясь в ротик, от чего его владелец издаёт сдавленый стон, что утонул в очередном поцелуе. Всё же, Шинсо подумал, что на мягкой кровати им обоим будет намного приятнее, чем на стареньком, однако уютном, диване. Подхватив Каминари под бёдра, при этом же не разрывая поцелуй, чего просил янтарноглазый, Хитоши понёс младшего* в спальню, где завалил его на постель, нависнув сверху. Бледноватые руки в тот же момент были заведены за блондинистую голову и сцеплены чужой сильной рукой, в перекрещенном между собой виде. Позже там точно проявятся синяки. — Шинсо.. — выдыхает фамилию Денки, заглядывая в светящиеся глаза напротив, будто пытаясь что-то в них то ли отыскать, то ли высмотреть, однако выискать что-то кроме страсти и любви не выходило. Может, этих двух чувств достаточно Каминари для того, чтобы полностью отдаться фиолетововолосому. — Хитоши. — получив вопросительный взгляд, темно-лиловые глаза по-больше смягчились во взгляд, хоть и «куда уж больше то?». — Можешь звать меня по имени, — шепчет Шинсо, наклоняясь к красному от ощущений ушку и кусая его за мочку. Щеки Денки тут-же вспыхнули новой порцией краски, однако Каминари принялся за безуспешные попытки скрыть румянец, отворачивая голову и вжимаясь носиком в своё плечо, с которого слегка сползла большеватая для парня чёрная футболка с надписью «Lightning»*. С лица Шинсо на эту картину невозможно было не смотреть с умилением и ещё большим желанием взять этот комочек позитивных эмоций. Отпрянул от своего же плеча Денки лишь тогда, когда его руки отпустили для большей удобности снимать одежду. Одежина полетела куда-то в сторону «неизвестно», а Хитоши принялся обходить плечи. Сначала «обрабатывал» место языком, а после кусал едва ли не до крови, от чего Каминари содрогался и тихо простанывал, закинув голову назад. Когда уже на шее и плечах не осталось места для засосов и укусов, фиолетововолосый спустился к бусинам вспухших от возбуждения розовых сосков, начав облизывать, играться с ними языком. Стоны Пикачу стало будто ещё слаще воспринимать на слух, – их хотелось всё больше и больше, громких, полным страсти стонов его предмета обожания. Прикусив один сосок, Хитоши потянул его вверх, а с другим игрался пальцами, выкручивая с разные стороны. Плоскому и мягкому животу тоже уделилось не меньше внимания, и, пока Денки начал просить больше, Шинсо дразнил его, поглаживая ноги и оставляя дорожки слюны на животике, перемещаясь на соски. — Ши-.. Хитоши, пожалуйста, быстрее.. — просил янтарноглазый парня, чувствуя, что не сможет больше ждать. Лиловые глаза блеснули, а на лице появилась недвусмысленная ухмылка. Шинсо просто ждал, пока об этом не попросит сам Денки, однако, он не думал, что последний продержится так долго, поэтому мозг подал мелкую подсказку, опираясь на состояние желтоволосого, что тот кончит сразу, как только в него войдут. Старший принял решение, что Каминари нужно дать разрядку, или он сделает сам, однако не по своей воле и в середине самого интересного процесса. Джоггеры, что были на младшем, сняли и откинули на край кровати. После же Шинсо поместился между стройных ног Каминари, а рука легла прямо на место чуть намокших боксеров, под которым так желал выйти наружу возбуждённый член. Денки протяжно заскулил, прося лишь одним видом уже что-то сделать с ним, поэтому Хитоши скинул бельё, лицезрев пульсирующее колечко мышц и вставший член младшего. Однако сейчас всё внимание нужно обратить на ствол, что Шинсо и сделал, как бы ему не хотелось войти в анус Денки. Язык прошёлся по всей длине члена, после губы накрыли головку, от чего со стороны Каминари послышался стон, полный наслаждения. Решив больше не томить, Хитоши разом вобрал член до половины, а языком начав очертывать выстующие венки на члене. — Ах, Хитоши.. — всё же Денки усвоил то, что ему следует называть парня по имени, а не фамилии как обычно, и это раззадорило Шинсо, от чего он принялся обволакивать губами и оставшуюся часть члена Каминари, за что тот благодарно стонал, поднимаясь на локтях, однако сразу падая обратно. Начал водить головой вниз-вверх, наращивая темп. — Шинсо! — вскрикнул вдруг янтарноглазый, от чего фиолетововолосый сразу выпустил член со рта, однако не успел отвернуть голову, получая поток спермы прямо в лицо. — Ох боженьки, Х-Хитоши, прости, я не хотел.. — принялся извиняться дрожащим голосом Каминари, сев, и пытался заглянуть в глаза старшего, что опустил голову. Вдруг Шинсо резко повалил парнишу обратно, прижимая руки по обе стороны от головы Денки, заставив того ойкнуть и уставиться удивлённо-смущенным взглядом янтарных глаз на Хитоши. — Сладко. — облизнув с губ сперму, промурчал фиолетовоглазый, вновь загоняя младшего в краску. — Дурак.. — тихо шепчет Пикачу, отведя взгляд. Слово с надутых губ Каминари вызвало тихое хмыканье у старшего. Похоже, Денки уже до конца отрезвился. Дальше дело подошло к самому хорошему, однако то самое «хорошее» легко может превратится в болезненные мучения для блондина, поэтому, по логической цепочки мыслей, Шинсо сажает янтарноглазого себе на колени, засовывая два пальца Денки в рот. Тот не долго размышлял, посему мозг дал команду начать обсасывать и покрывать слюной пальцы, ведь самому Денки тоже не хотелось боли. К сожалению, волшебной гейской тумбочки возле кровати в квартире Хитоши не было, и баночку смазки взять было негде. Через минуту, фиолетовоглазый вынимает пальцы, потянув за собой ниточку слюны, что тут-же оборвалась. В долю секунды старший касается своими губами щеки Каминари, валит его на спину, прижимая к кровати. Денки же, для самого себя неожиданно, вскрикивает, как только чувствует в себе палец Шинсо. Последний мысленно вздыхает, что будет не просто войти в парня, из-за чего потребуется не мало времени подготовки. Однако.. Тут к Хитоши доходит одна мысль, которой он спешит поделиться с Каминари, глянув тому в глаза: — Денки, ты девственник? — он наблюдает, как Каминари смущённо отводит взгляд, что, очевидно, означало положительный ответ на этот почти риторический вопрос. — Тогда я буду ещё нежнее.. — шепчет Шинсо, от чего младший едва не тает прямо в руках. Спустя немного времени к пальцу присоеденился и второй, а потом же и третий, вызывая космически приятные ощущения у желтоволосого. Вскоре он начал бессловно просить больше, да слов и не надо было, ведь, как только Хитоши заметил, что Пикачу сам насаживается на пальцы, первый вынул их из ануса, получая жалобный и не довольный скулеж со стороны Денки. Шинсо, извиняясь, целует Каминари в ключицу, и берёт парня за бёдра, слегка поднимая над постелью, а головку члена подносит к колечку мышц. — Готов? — спрашивает старший и, получив утвердительный кивок, входит в Денки. Блондин, что есть силы и гибкости, изгибается в пояснице, а на волю с его горла вырывается громкий полу-вскрик полу-стон. Хитоши немного ждёт и делает первый толчок, входя глубже. Шинсо очень сильно нравилось то, что он у его мальчика первый, и да, именно его. Ему прямо таки льстил этот факт, в прибавок добавляя силы и приливы крови к паху. Хотелось вдалбливаться в Денки по самое основание, хотелось войти как можно глубже, ощущая как податливые стеночки сжимают член внутри, а сам Каминари вскрикивает от удовольствия. Однако для этого нужно немного подождать и дать Денки привыкнуть, ведь если Шинсо начнёт воплощать свои желания прямо сейчас, то рискует получить потом пиздюлей от Пикачу, да и ему самому будет не приятно насиловать любимого паренька. Вскорем времени Каминари тихо простонал имя фиолетововолосого, что стало сигналом для сильного толчка, благодаря которому Шинсо входит до конца. — Хитоши! — вскрикивает в то время младший, сжимая в кулачке простынь, прямо до хруста в костяшках. Возможно, старший слегка поторопился, однако это было не так, о чём дало понять действие Денки: он тихо простонал, шепча, что бы тот продолжил. От этого у фиолетовоглазого невольно нарисовалась ухмылка на лице. Уже через несколько минут, Шинсо буквально втрахивал Денки в кровать, делая сильные и глубокие толчки, в то время, как Каминари попросту забыл о смущении, прося всё больше и больше. — «Ненасытный, однако», — хмыкает про себя Хитоши. — Тоши.. — Денки берёт лицо Шинсо в руки и приближает к себе. К слегка опухшим губам припадают другие, сливаясь в поцелуе. Не сказать, что Шинсо был удивлён, ибо до этого лишь он начинал целовать Каминари. Однако он забывает об этом, отвечая на поцелуй, делая его глубже и более страстным. Пока блондин зарывается руками в фиолетовые волосы, чуть сжимая, Шинсо делает ещё один толчок, однако более грубый, от чего Денки совершенно случайно прикусывает нижнюю губу лиловоглазому, от чего тот мычит и отстраняется от губ Каминари. Последний начал сразу извиняться, на что старший лишь хмыкнул, глядя на парня под собой яркими глазами. После же впился поцелуем в парнишу, передавая металлический вкус крови с прокушенной губы. — Тоши! — вскрикивает Каминари, хватаясь за плечи старшего. Шинсо уже привык к такому милому сокращению а-ля прозвищу от Денки. По лицу блондина уже было видно, что скоро будет разрядка, чего так ждали оба. Хитоши рычит, делая последние грубые толчки, срывая с опухших губ Каминари поцелуй, и бурно кончает прямо внутрь парня, а одновременно с ним и сам Денки, изливается себе на живот. Парни томно дышат, а старший чуть порыкивает и смотрит прямо в лицо младшего. Весь секс он не отворачивал от себя Денки лишь потому, что хотел насладиться эмоциями Каминари, наблюдать, как он реагирует на то, или иное действие и прикосновение фиолетовоглазого. Выходя с горячего нутра янтарноглазого, у Хитоши получилось вызвать у парня тихий стон. Шинсо ложиться возле Денки, накрывая обоих одеялом, и прижимает младшего к себе, обнимая и нежно поглаживая по золотистым волосам. — Это было кр-.. Восхитительно.. — тихо признается Каминари, вжимаясь в грудь Хитоши. — Мне тоже очень понравилось, — поддерживает старший признание, однако, скорее всего, блондин его не слышит, ведь с его стороны слышаться только тихие посапыванья. Хитоши же не засыпает ещё долгое время, раздумывая над тем, что они будут делать дальше. Однако, чтобы точно удостовериться в одной из многочисленных догадок, нужно спросить самого Денки. Но это уже будет завтра, – через несколько часов, ведь, вероятнее всего, что уже почти рассвет.

***

На утро Шинсо проснулся уже один, и, обнаружив, что Каминари куда-то пропал, резко вскочил и, надев наспех шорты, рынулся в поисках младшего. Нашёлся Денки на кухне, да и в очень милой обстановке: по всей комнате, по вине парня, разносился приятный запах чего-то вкусненького, а сам блондин стоял возле плиты, и, по-видимому, готовил блинчики, при том одетый в одну из футболок Хитоши, что прикрывала всё, что нужно, ведь даже самому фиолетовоглазому одежина была велика. И тут Шинсо задумался: как эти все мрази могли бросать Денки, ведь тот так чудесен на лице и фигуре, ещё и настолько заботлив. (Не впервые) захотелось врезать этим козлам, да так сильно, что те отлетели на пару метров. Всё же, отмерев, старший подошёл со спины к Каминари, обнимая того за талию и целуя в искусанную шею. М-да, это всё будет заживать достаточно долго. — Доброе утро, honey*, — шепнул он, утыкаясь в шею парню. — «Honey»? — хмыкает Денки, слегка краснея. — Потому что очень сладкий, — объясняется Хитоши, прикрывая глаза. Каминари невольно прикусывает губу, краснея ещё больше. Его никто и никогда так не называл, думает Денки. Это очень мило и до мурашек приятно, от чего младший легко улыбается. А ещё.. Прозвище прозвучало с любовью, что только добавило краски на щеки Каминари. — И тебе доброе утро.. — тихо говорит блондин. — У тебя, кажись, что-то подгорает, — решает разрядить обстановку Шинсо, учуяв запах горелого. — Ой! — вскрикивает младший, обратив внимание на дымящуюся лепёшку на сковородке, и быстро переворачивает её, в попытках спасти, однако блин был уже полностью чёрный, поэтому ничего не оставалось кроме того как выбросить. — И-извини, я немного отвлёкся, — виновато улыбается Денки, почесывая затылок и поворачиваясь к Шинсо, тут же получая поцелуй, а талию сжимают крепче.

*

— Что теперь делать будешь? — потирая ушко чашки, спрашивает Шинсо, поднимая глаза на блондина. До этого они сидели в тишине и никто не осмеливался нарушить тишину. — Не знаю даже.. — поникшим голосом отвечает Каминари. После, вздохнув, продолжает. — Мне теперь даже некуда идти, по сути, — отводит взгляд в стену. — К Киришиме точно не вернусь, даже если он и извинится.. Хитоши лишь безмолвно поднимается со стула и подходит к замершему Денки, после чего поднимает того с сиденья и, крепко прижимая к себе, обнимает, втянув в поцелуй. Через минуту отстраняется и говорит: — Этого хватит, чтобы ты понял, где и с кем тебе нужно остаться? Денки вспыхивает новой порцией смущения и отводит взгляд, покусывая губы. Потом же, успокоившись, тихо говорит, поднимая взгляд на Шинсо: — Вполне.. Старший смягчает взгляд и уже с нежностью и любовью смотрит на едва не плачущее чудо. Целует в лобик и обнимает по-крепче. — Это ведь можно считать за положительный ответ на предложение встречаться, honey? — заглядывает он в яркие янтарные глаза. Такими яркими и чувственными он их никогда не видел, как понимает Шинсо. — Конечно, — искренне улыбается Денки. Однако, совсем неожиданно для старшего, его улыбка улетучивается, оставляя лишь грусть и немного страха, пока глаза падают взглядом в пол. — Хэй, sweet heart*, ты чего? — осторожно спрашивает Шинсо, поднимая к себе голову Каминари за подбородок. Тут же до него доходит такое резкое изменение настроения блондина. — Солнышко, даже не смей думать, что я такой же как все те мудаки. Я никогда тебя не брошу, слышишь? Ты для меня самое дорогое, и, спешу признаться, уже довольно давно, — уверенно поддерживает младшего, у которого загорелись глаза надеждой. — Я вообще детей с тобой планирую. — Это невозможно, — хихикает, веселея, Каминари. — Для меня, если ты захочешь, нет ничего невозможного. Вполне естественно просто взять ребёнка с детского дома, если в будущем будет желание. Да и на дворе 2036* год, – давно, как два парня могут вступить в брак, — с подтекстом уверял Денки Хитоши. Тот лишь хмыкнул и обратно прижался к плечу любимого парня. Да, именно любимого, как понял за готовкой Пикачу. — Я люблю тебя, Тоши, — тихо прошептал Денки, обнимая Шинсо за шею. — Я тебя тоже люблю, honey, — мягко, с любовью, ответил Хитоши, поцеловав Каминари в лобик.