Тройка, Семерка и Туз

      《Небольшое предупреждение для читателей! Как вы могли видеть в описании к фанфику присутствует "элементы слэша". Именно в этой главе они присутствуют в полной мере ;) 》              Наблюдение за строптивым сквибом, доведённым до предела собственных сил, вызывало у Тёмного Лорда особое чувство наслаждения. Было неповторимым удовлетворением — видеть, как огонь свечей золотом ложился на мокрую от напряжения, испещрённую шрамами, загорелую кожу.       … видеть, как непокорный, болтливый, саркастично огрызающийся пленник, — будто по волшебству, — менялся, зажимаясь и пряча взгляд.       Хриплый стон невольно сорвался с губ охотника, но тут же оборвался под давлением гордости и ещё шевелившегося любопытства — заметит ли мучитель нарушение правила их негласной игры? Волан-де-Морт же, поймав взгляд глаз цвета полыни, почувствовал себя скитальцем в пустыне, чудесным образом нашедшим оазис с питьевой водой.       Ему хотелось властно припасть к этим губам, утверждая на них свои права и выпить все стоны, которые возбуждённый сквиб скрывал.       Однако игра есть игра, и правила работают для всех.       Связанный магическими путами, Крисс извивался всем своим телом, обманчиво приглашая прикоснуться к себе. Кожа обильно истекала пóтом, каждой капелькой обрисовывая мускулы и подчёркивая шрамы. Как так получилось, что пленник, хоть и не нарочно, но покалечивший Майкла Поттера, вместо классической пытки «Круциатусом» испытывал муки… совсем иного рода?       Всё просто.       За двенадцать лет бытия призраком, Тёмный Лорд немилосердно изголодался по ощущениям плотского мира: вкус пищи и воды, по ощущению солнца на своей коже и даже по боли. Лишённый чувств на такой длительный срок, а затем наконец-то вернувший себе физическое, здоровое тело, он явно не намеревался игнорировать все те сигналы о базовых потребностях, которые организм ему посылал.       Сигналы были дотошные, почти истеричные, но абсолютно понятные.       По глупости, а может и из-за чувства собственной избранности, большую часть своей прошлой жизни Том игнорировал голод плоти — он гнал от себя жажду искренней обоюдной привязанности, от самой возвышенной добродетели и до самого низменного удовольствия.       Теперь же, испытав смерть, чтобы родиться заново, полностью переосмыслив всю свою не такую уж и короткую жизнь, Том Реддл чётко осознал — ни влияние, ни тайные знания, ни захват власти не принесли ему того удовлетворения, которого он искал в своей жизни. Нет, Тёмному Лорду всё ещё хотелось изменить магический мир Британии, хотелось захватить власть и полностью перевернуть порядок пищевой цепи министерства, но помимо этого ему…       … он жаждал чего-то нового.       Он желал жить и наслаждаться жизнью.       Палочка, как живая и словно сама по себе скользнула в руку Волан-де-Морта. Охотник, уловивший это краем глаза, настороженно, но без страха зафиксировал незаметное изменение в позе своего пленителя. И на мгновение Том даже заметил взглядом тень интереса на лице Крисса.       — Неужели у нас изменение программы? — хмыкнул американец.       Лицо Тёмного Лорда дрогнуло, выражая предвкушение.       — Плохо заставлять своих гостей скучать, не так ли? Посмотрим, как тебе понравится это, ковбой.       Его Темнейшество медленно развязало узел на бархатном алом кисете. Верёвки, до этого лежавшие в маленькой заколдованной сумке, принесённой Лордом, тут же ожили, под действием заклятья превращаясь в сотканных из тонких волокон красных змей.       А уже эти змеи, повинуясь молчаливому приказу, стремительно направились прямиком к сквибу.       Несколько из них, минуя магические держатели, обвились вокруг зафиксированных рук охотника. Ещё одна свернулась кольцами вокруг чужого тела.       Те, что заняли свои места на руках, теперь оборачивались несколько раз вокруг запястий, стягивая их. Пока не сильно, но не оставалось сомнений — выпутаться удастся лишь за одним исключением.       … а именно — если Крисс сам этого попросит.       Что означало проигрыш для охотника.       Смит, до того пребывавший в состоянии, подобном лихорадке желания, уже не имел возможности сдержаться. Он громко выдохнул, прогибаясь ещё больше и пытаясь глубоко, ровно дышать. Магические путы, до того держащие его в распятом состоянии, пропали, оставляя место лишь верёвкам-змеям.       Когда же вторая «змея» скользнула по шее, оборачиваясь вокруг горла, и опустилась вниз, — к пояснице, — мужчина выгнулся до хруста суставов, пытаясь унять подёргивание тела.       Внутри все переворачивалось от жара. Попытка как-то уйти от ощущений скольжения и давления живых верёвок на тело не увенчалось успехом.       Но не он один здесь не мог ничего с собой поделать. Аккуратно, с филигранной скрупулёзностью затягивая верёвки на разгорячённом теле пленника, Том, сам еле мог сдержаться.       Всё это началось ещё в первый день их знакомства.

*

      Убедив Майкла, что до убийства дело не дойдёт, и попросив удалиться, колдун в ярости наложил на Смита «Круцио». Каково же оказалось его удивление, когда проклятие просто стекло с пленника, — как с гуся вода, — не вызвав ни малейших болевых ощущений.       И, пока Его Темнейшество не успело придумать, чем бы таким проклясть своего «гостя», сквиб поспешил уверить своего несостоявшегося палача в том, что он несколько отличается от привычных Лорду жертв — не только тем, что является сквибом, но и тем, что подобные вещи на него не действуют.       Само осознание того, что охотник, — пробравшийся на территорию Малфоев и ранивший не такую уж слабую хтонь, — оказался сквибом, перевернуло мировоззрение Реддла. Факт же устойчивости к большинству магических манипуляциям вовсе был воспринято магом, словно вызов.       Час бесполезных попыток и заливистого смеха аномального американца, которого не брало не одно тёмное заклятие, окончательно, — в край, — распалил колдуна. Но, только он собирался вспомнить молодость и воспользоваться подручными средствами, как его настрой кардинально перевернулся от фразы заскучавшего сквиба:       — Я не боюсь боли. Если хочешь добиться хоть какого-то эффекта сегодня — тебе стоит придумать что-нибудь поинтереснее.       Еле сдержавшись и подавив в себе вспышку ярости, Тёмный Лорд все же отложил в сторону волшебную палочку, окидывая пленника тяжёлым задумчивым взглядом.       Что же — не боль, значит не боль. С физической точки зрения и на вкус тёмного мага, американец выглядел привлекательно. Подтянутый, непокорный… зеленоглазый. И эти сияющие глаза с вызовом взиравшими на Тома с лица, перечёркнутого шрамом.       Идея, пришедшая в голову Его Темнейшеству, сперва показалась слишком неправильной. Но, поразмышляв с минуту, маг осознал — именно в силу своей неправильности она идеально подходила для задуманного.       … для «неправильного» пленника.       Том приблизился к Криссу, нарушая его личное пространство и захватнически, без предупреждения, схватил молодого мужчину одной рукой за шею, а другой за ягодицу — вызывая у самоуверенного охотника удивление пополам с замешательством.       — Думаешь, человека можно пытать только болью? — спросил тогда Волан-де-Морт, ожидая ужаса и смятения от американского охотника.       Каково же оказалось его удивление, когда мужчина неожиданно воспользовался их близостью и страстно укусил Тома за скулу, спросив:       — У тебя есть ещё что-то, чем ты можешь меня удивить?       Глаза Тёмного Лорда загорелись потусторонним огнём и он, — как говорят магглы, — окончательно закусил удила.

*

      Тихий стон, говорящий о том, что охотник больше не в состоянии сопротивляться, сорвался с искусанных губ. Тело пленника расслабилось, хоть и продолжало выгибаться в попытках найти положение, позволяющее снизить интенсивность ощущений.       Слишком много чувствительных точек соприкосновения.       Слишком сильные ощущения, которые дарили касания жёстких верёвок.       Тёмный маг победно улыбнулся.       «Ну же, сдайся», — его мысли опаляли вожделением.       Том, встав со своего места, приблизился к Криссу. Он удобнее перехватил верёвку между связанными запястьями сквиба, а другой рукой мягко коснулся тёмно-русых волос.       Первое прикосновение за этот вечер с намерением ласки.       Первое прикосновение не магией и не верёвками.       Все чувства и ощущения пленника обострились, когда Том мягко скользнул рукой вниз, проходясь пальцами по горлу — заставляя охотника запрокинуть голову назад.       — Так нечестно… — со стоном вытолкнул из себя Крис, судорожно пытаясь уйти от прикосновений. Не потому что ему не было приятно… совсем наоборот. Но проигрывать змею в очередной раз не хотелось.       — Я — Тёмный Лорд. Честность — это не про меня. А вот у тебя она наверняка запрятана, хоть и очень глубоко… в одном нежном месте.       Хриплый смех колдуна путал мысли, а верёвки стянулись всё туже обостряя любое прикосновение к коже. Взмах волшебной палочки призвал ещё одну свободную плетёную «змею». И, медленно, — издевательски медленно, — Том магией велел ей проползти сначала по спине Криса. Вдоль позвоночника, затем дальше по крестцу, пока не завёл между ног, заставляя верёвку мягко огладить возбуждённую плоть.       Смиту хватило мгновения на осознание, что он больше не выдержит.       — Всё! Хватит! Прекрати, я… я сдаюсь.       Прозвучало почти истерично, но тёмный маг понятливо взмахнув палочкой, заставляя путы исчезнуть и снимая магическое воздействие. Подхватив дрожащее тело, Том, минуя кровать, усадил одурманенного охотника на деревянный стол.       — Черт… Я… Послушай, я реально сдаюсь…       Тёмный Лорд ошеломленно посмотрел ему в глаза.       — Как же вас, изнеженных и хрупких человечков, легко уломать. Неужели этих жалких минут хватило, чтобы ты наконец-то захотел?       — Да, я хочу.       Обхватив освободившимися руками своего мучителя за шею, Смит прошептал:       — Хочу тебя внутри.       — А не дохуя ли ты хочешь, ковбой?       Что-то нежное и тёплое прошелестело в груди. Было ли это банальное возбуждение, или осознание того, что спустя столько лет, не обращая внимания на его новую внешность, его кто-то искренне, без принуждения хотел, Тому было не важно. Страстно, по-звериному он впился в такие вожделенные губы, окончательно теряя голову       — Блять!!!       Маг не заметил, как глаза его пленника сначала широко недоуменно распахнулись, а потом смущённо зажмурились.       Ещё секунду назад такое податливое тело, лежащее под Тёмным Лордом, дёрнулось и вырвалось, разрывая контакт.       Крисс, пнул Тома под дых и, когда тот отшатнулся, спрыгнул со стола.       Осознав, что что-то не так, Реддл, призывал волшебную палочку, резко разворачиваясь в сторону двери.       … и оторопело застыл, встретившись взглядом с парой широко раскрытых медно-облепиховых глаз.